4. Сша и расширение японской агрессии в Азии

В то время когда вермахт готовился к наступлению в Европе, политика Японии, занявшей выжидательную позицию, не вызывала большой тревоги у правительства США. Торговые связи между обеими странами сохранялись и развивались. Правящие круги США знали, что японские экстремисты настойчиво требовали от правительства Японии покончить с «мягкой» позицией в отношении США и Англии и даже готовили заговоры с целью устранения из его состава не угодных им деятелей. Но пока эти факты мало беспокоили администрацию США.

Летом 1940 г., после поражения англо-французской коалиции, владения европейских колониальных держав в странах Востока, по мнению японских правящих кругов, оказались «бесхозными». Единственным конкурентом, способным помешать японским захватам, были Соединенные Штаты. Это придало особую остроту американо-японским противоречиям.

Агрессивность Японии резко возросла после прихода к власти правительства Ф. Коноэ и присоединения Японии к тройственному пакту, другие участники которого — Германия и Италия — уже встали на путь новых авантюр. Оккупация Японией северной части Индокитая вызвала осложнения в американо-японских отношениях и потребовала от США более решительных действий.

Американский посол в Токио Д. Грю настаивал на том, чтобы США заняли твердую позицию в отношении Японии. 14 декабря 1940 г. Грю писал Рузвельту: «Мне совершенно ясно, что нам в один прекрасный день предстоит схватка, и основной вопрос сводится к следующему: что более выгодно для нас — случится это раньше или позже»{568}. В ответном послании 21 января 1941 г. Рузвельт полностью согласился с мнением посла, указав в то же время на тесную связь между положением в Европе и на Дальнем Востоке. Он предлагал сдерживать Японию в «определенных границах»{569}.

Суть внешнеполитического курса США была такова: показать японским правящим кругам, что агрессия Японии на юг вызовет противодействие. В то же время Вашингтон оставлял открытым вопрос об агрессии Японии на север, против Советского Союза.

Между тем военно-политическая обстановка в Юго-Восточной Азии и на Тихом океане складывалась так, что создавала для милитаристской Японии выгодные стратегические предпосылки к захвату колониальных владений США и Англии в этом обширнейшем регионе. Эти предпосылки приобретали тем большее значение потому, что правительство США еще не отказалось от пагубной для себя политики уступок агрессору, а правящие круги Японии все больше склонялись к «южному варианту» агрессии.

Еще весной 1941 г. начались японо-американские переговоры. «С самого начала я правильно понял, — писал государственный секретарь К.Хэлл, — что на успех в переговорах было менее одного шанса из двадцати, пятидесяти или ста»{570}. Япония требовала признания ее монопольного положения в Азии, с чем США не соглашались. Договариваться фактически было не о чем. Но обе стороны тянули время. Правительство США не оставляло надежд на достижение с Японией компромисса. Япония со своей стороны рассматривала переговоры главным образом как средство маскировки своих военных приготовлений. [202]

Соединенные Штаты Америки с началом второй мировой войны провозгласили нейтралитет, но постепенно стали переходить на позиции противников германо-японского блока. Существо политики и стратегии правящих кругов США заключалось в том, чтобы оттянуть время вступления Соединенных Штатов в вооруженную борьбу. В успехе германской экспансии в Европе, итальянской — в Африке и японской — в Китае они увидели прямую угрозу интересам американского монополистического капитала, его глобальным притязаниям. Противодействие этой угрозе вытекало из оценки международной обстановки и нараставших внутриимпериалистических противоречий. Под лозунгом обеспечения безопасности Западного полушария в США довольно высокими темпами осуществлялось строительство военных предприятий, наращивалось производство боевой техники и оружия. Вместе с тем было начато развертывание крупных вооруженных сил, способных оборонять Западное полушарие и вести военные действия вдали от США.

Происходила эволюция внешней политики Соединенных Штатов: из нейтрального государства они постепенно превращались в фактического, хотя еще и не воюющего, союзника Англии, стали склоняться к поддержке жертв германо-итальянской и японской агрессии. Зарождалась тенденция к позитивным изменениям в отношении Соединенных Штатов к Советскому Союзу. Наиболее дальновидные члены правительства США, и прежде всего президент Рузвельт, начали понимать, что на пути стран оси к мировому господству неизбежно встанет Советский Союз и что именно он может сыграть решающую роль в предотвращении распространения фашистской агрессии.

В конечном счете США исходили из уже ставшего традиционным принципа вступать на арену войны тогда, когда другие государства достаточно истощат друг друга, опасность для США исчезнет, а накопленная к тому времени военная мощь позволит утвердить себя в роли международного арбитра. Хотя в этот период политика и стратегия США решали в основном проблемы обороны Западного полушария, отчетливо проявлялся глобальный характер целей, которые ставил перед собой американский империализм.

Глава десятая. Борьба народов капиталистических стран против фашистской агрессии и империалистического гнета