2. Вторжение немецко-фашистских войск в Данию и Норвегию

Гитлеровский генералитет приступил к конкретному планированию захвата Норвегии вскоре после окончания польской кампании. В конце 1939 г. в штабе ОКВ была создана специальная группа из офицеров трех видов вооруженных сил, перед которой была поставлена задача разработать стратегический план операции. 10 января 1940 г. Гитлер направил командующим видами вооруженных сил предварительные соображения, в которых раскрывался замысел этой операции.

Норвегия представляла собой необычный театр военных действий. Сильно изрезанное фиордами побережье, простирающееся почти на 20 тыс. км, то есть больше береговой линии Африканского континента, резко пересеченный рельеф (около двух третей страны занимают Скандинавские горы), множество болот, лесов и бурных горных рек, бездорожье и суровый климат (примерно одна треть территории находится за Полярным кругом) — все это усложняло ведение здесь боевых действий, в частности ограничивало возможности применения танковых частей. Приморский характер норвежской территории предполагал самое широкое использование военно-морских сил и авиации. Между тем немецкое командование не имело достаточного опыта в решении задач, требовавших четкого взаимодействия армии, авиации и флота. Все эти трудности вызвали дискуссии среди германского генералитета.

Браухич и Гальдер, например, считали, что наступление против Франции поглотит все материальные и людские ресурсы, и поэтому предлагали временно отложить захват Норвегии, намеченный на апрель 1940 г. Однако Гитлер настоял на проведении операции.

27 января 1940 г. ОКВ отдало директиву, в которой говорилось: «Фюрер и верховный главнокомандующий желает, чтобы оперативно-стратегический план «N» (захват Норвегии. — Ред.) разрабатывался под его личным и непосредственным наблюдением и в тесной связи с общими [67] задачами руководства военными действиями... В связи с этим в составе ОКБ создается рабочий штаб, являющийся одновременно ядром будущего штаба по руководству планируемой операцией»{148}. Руководителем штаба был назначен командир 21-го армейского корпуса генерал пехоты Н. Фалькенхорст. 29 февраля он представил Гитлеру оперативный план, в котором наряду с Норвегией предлагалось одновременно захватить и Данию, что обеспечивало более надежную блокаду Балтийского моря. Кроме того, датские аэродромы позволяли немецкой авиации значительно расширить районы боевых действий и оказать более эффективную помощь войскам, вторгшимся в Норвегию.

1 марта 1940 г. Гитлер подписал директиву на проведение операции против Норвегии и Дании под кодовым названием «Везерюбунг» («Учения на Везере»). Удар предполагалось нанести одновременно по Норвегии и Дании с широким использованием воздушных и морских десантов. В Норвегии десантам предстояло занять Осло, Кристиансанн, Арендаль, Ставангер, Эгерсунн, Берген, Тронхейм и Нарвик, а в Дании — Копенгаген и другие центры страны. Причем в Дании занятие десантами стратегически важных объектов должно было осуществляться одновременно с переходом датской границы сухопутными силами.

К операции привлекался фактически весь действующий военно-морской флот Германии. Надводные корабли получили задачи произвести высадку десантов, осуществить переброску сухопутных войск в районы десантирования и обеспечить охрану норвежского побережья. Более 30 подводных лодок (9 групп) развертывалось на маршрутах вероятного следования английского флота к району операции и у мест высадки десантов с целью их прикрытия с моря{149}.

Военно-воздушные силы, завоевав господство в воздухе, должны были активными действиями компенсировать слабость гитлеровского флота. Предполагалось, что воздушные десанты захватят важнейшие аэродромы противника и тем самым обеспечат базирование германской авиации для борьбы с морскими силами союзников на подступах к побережью Дании и Норвегии. Для этой цели выделялся 10-й авиационный корпус, имевший 500 боевых и 500 транспортных самолетов, специальным назначением которого являлась борьба с боевыми кораблями и торговым флотом противника.

Гитлеровское командование придавало огромное значение маскировке своих планов и быстроте их осуществления, считая эти факторы важнейшими в стратегии «молниеносной войны». Они, по мнению фашистских стратегов, позволяли в операции «Везерюбунг» сравнительно небольшим силам сухопутных войск, несмотря на значительное превосходство противника на море, успешно осуществить вторжение в Норвегию и Данию.

Круг лиц, допускавшихся к планированию операции, был строго ограничен. Фалькенхорст, минуя другие инстанции, подчинялся непосредственно Гитлеру. С самого начала разработки плана вводилась в действие сложная система дезинформации противника. В приказе Кейтеля от 2 февраля 1940 г. указывалось, чтобы все мероприятия по разработке планов вторжения и подготовке войск создавали впечатление, что они направлены против Англии. Широковещательные заявления западных союзников в начале 1940 г. о якобы скорой высадке экспедиционных войск в Норвегии с целью оказания «помощи» Финляндии помогали гитлеровской верхушке распространять выгодную ей пропагандистскую версию [68] об «агрессивности» Англии и Франции и «миролюбии» фашистской Германии в отношении скандинавских стран.

В приказе от 24 марта и в особой инструкции от 4 апреля 1940 г. германским кораблям предписывалось маскироваться под английские суда. «Морские силы, — говорилось в приказе, — должны при входе в порты идти под английским флагом до тех пор, пока войска не высадятся на берегу»{150}. Каждый немецкий корабль получал наименование английского. Например, легкий крейсер «Кёльн» должен был именоваться английским крейсером ПВО «Каир», а «Кенигсберг» — крейсером ПВО «Калькутта» и т. д.

Немалое значение придавалось действиям «пятой колонны» в Дании и Норвегии. Военное и политическое руководство гитлеровской Германии поддерживало тесные связи с главарем норвежских фашистов В. Квислингом и его агентурой. Как в Дании, так и в Норвегии организовывались специальные группы, которые должны были в момент агрессии парализовать работу государственного и военного аппарата. Приводились в готовность средства пропагандистского воздействия на население и армии этих стран. Германское министерство пропаганды заготовило 1 200 тыс. листовок и 10 тыс. плакатов, призывавших население и армии Дании и Норвегии к «сотрудничеству» с вермахтом. Немецкое командование дало указание своим войскам при отсутствии сопротивления со стороны армий Дании и Норвегии демонстрировать «лояльное отношение» к вооруженным силам этих стран, не предпринимать против них враждебных действий и не разоружать их{151}.