Билет №21.1. Государственный аппарат. Принципы организации и его деятельности.2. Применение права: понятие, субъекты, стадии. Акты применения права

отличительным признаком государствен­ного аппарата является то, что в его составе работают специалисты на профессиональной основе. Их обычно называют государствен­ными служащими, чиновниками, управленцами, или бюрократией. Понятие «бюрократия» происходит от франц. слова «бюро», что означает письменный стол. Поэтому слово «бюрократия» можно перевести как власть письменного стола.

Термин «бюрократия» введен в научный оборот в середине XVIII в. французским экономистом Винсентом де Гурней (1712 — 1759). Он употреблял его для обозначения способа осуществления государственной власти с помощью оплачиваемых чиновников. С течением времени этот термин менял свое содержание и смысл. Тем не менее теория бюрократии становится центральной в класси­ческих доктринах государственного управления.

Чаще всего теория бюрократии сводится к трем основным ти­пам: 1) Макса Вебера, или теория рациональной бюрократии; 2) марксистской; 3) восточной (имперской, азиатской, китайской).

Наибольшую разработку получила веберовская теория, кото­рая составила фундамент современной практики государственного управления во многих западных странах. Основные положения этой теории состоят в следующем:

1) бюрократы являются профессиональными управленцами, без которых не может существовать ни одно общество в государст­венно организованной форме. Иначе говоря, это слой профессио­нально подготовленных людей, назначение которых — компетент­ное управление государственными делами. Они представляют собой абсолютно необходимую часть государственного аппарата и хотя сами не создают никаких материальных ценностей, тем не менее выполняют социально полезные функции;

2) бюрократическая организация — это рациональное институ­циональное устройство для решения сложных задач управления в обществе и характеризуется ведением дел компетентными и бес­страстными исполнителями в полном соответствии с законом;

3) упорядоченность делопроизводства, т.е. наличие обязатель­ных регламентированных процедур, соблюдение которых строго необходимо для каждого чиновника и отступление от которых рас­ценивается как должностной проступок;

4) иерархическая организация, основанная на строго установ­ленной должностной субординации;

5) внутриорганизационная деятельность, осуществляемая в форме письменных документов, которые подлежат длительному хранению;

6) все чиновники должны быть хорошими специалистами в сфе­ре не только собственных обязанностей, но и норм права;

7) свобода от субъективных влияний при принятии решений, т.е. обезличенность функционирования, что дает гарантии от про­извола конкретных исполнителей.

Эти идеи развивал аналогичным образом американский Прези­дент В. Вильсон, который в своем труде «Изучение бюрократии» (1887) исходил из следующих посылок:

наличие единого управляющего центра в любой системе прав­ления;

отделение управления от политики, что делает бюрократию сво­бодной от политических пристрастий;

профессионализм служащих;

организационная иерархия.

В. Вильсон, как и М. Вебер, считал, что бюрократическая орга­низация представляет собой самую совершенную в техническом от­ношении организационную форму управления.

В дальнейшем в западных странах теория М. Вебера модерни­зировалась, совершенствовалась, обогащалась новыми идеями и конструкциями, особенно в американской школе административно-

го права. Поэтому некоторые отечественные ученые, например /29 проф. А.В. Оболонский, называют не три теории бюрократии, а че­тыре, относя к четвертой так называемую реалистическую теорию бюрократии (Г. Саймон, Э. Фромм, В. Остром).

Но современные теории бюрократии исходят в основном из ве- I беровской концепции, дополнив ее, во-первых, необходимостью ! учета субъективного фактора, который в принципе М. Вебер отри­цал (речь идет о человеческой стороне организации управления, об учете социально-психологических аспектов поведения управ­ленцев. Вебер же считал, что они должны быть беспристрастны); во-вторых, идеей самоуправления, т.е. участия населения в управ­лении обществом.

Для марксистской концепции теории бюрократии характерно отрицание ценности и социальной полезности бюрократии как сис­темы управления. В марксистской литературе бюрократия пред­стает как абсолютное зло, как явление, чуждое трудящимся и не­пригодное для социалистического государства. Таким образом, марксистское учение, по существу, отождествляет бюрократию и бюрократизм. К. Маркс исходил из того, что бюрократические отношения порождаются взаимосвязью частной собственности с выполнением государственных функций, отсюда реализация част­ных интересов в качестве всеобщих. По мнению К. Маркса, для бюрократии характерен уход от общения с людьми, изучения дей­ствительности в сферу бумаготворчества, следовательно, общение бюрократа с внешним миром происходит посредством различного рода формальных предписаний и инструкций.

В.И. Ленин, опираясь на марксистскую теорию, выступал за искоренение буржуазного бюрократизма. Он был против использо­вания профессиональных управленцев в советском государствен­ном аппарате. Отсюда его знаменитый тезис: «Каждая кухарка может управлять государством». Поэтому первое, что сделали большевики, придя к власти, изгнали «спецов» из министерств и других органов государственного аппарата, а вместо них поставили преданных делу социализма комиссаров, которые, не обладая на­выками управления, действовали методами приказа, команды, при­нуждения. Отсюда превращение советской управленческой систе­мы в командно-административную.

Имперская модель теории бюрократии наиболее полно вопло­тилась в азиатских странах, поэтому ее принято называть восточ­ной. А поскольку ее классическим примером служит китайская сис­тема бюрократии, то ее иногда именуют и китайской.. Основные принципы имперской модели сводятся к следующе-

му. Как известно, в древнем и средневековом Китае не существова­ло частной собственности в европейском смысле. Император являл­ся единственным собственником всех земель страны. Подданные считались членами одной большой семьи во главе с императором. Чиновники выступали управителями императорской собственно­сти, поэтому их главное назначение состояло в обеспечении власти императора, а не в служении обществу. Отсюда при занятии долж­ности проверялась готовность претендента поддерживать стабиль­ность власти императора. Китайские чиновники не имели возмож­ности осознать себя в качестве самостоятельной политической силы и не превратились в привилегированный чиновничье-администра-тивный слой, а оставались лакеями императора.

Проф. А.В. Оболонский выделяет следующий механизм подчи­нения китайских чиновников власти императора: отсутствие у них узкой специализации, поэтому всегда одного можно было заменить другим; избыток претендентов на чиновничьи должности; финансо­вая зависимость от императорского жалованья; ограниченность перспектив служебной карьеры (на одной и той же должности мож­но было оставаться всю жизнь); тщательный контроль за чиновни­ками посредством секретной службы; отсутствие гарантий от про­извольных увольнений и перемещений; жесткие меры против личных связей чиновников, например, запрещались браки с жен­щинами из местного населения или приобретение собственности, находящейся под юрисдикцией данного чиновника.

Китайская система оказалась очень живучей и просуществовала более двух тысячелетий.

Другие восточные деспотии уступали Китаю по уровню органи­зованности системы управления. Восточная система управления не была публичной службой, поскольку все чиновничество работало на обеспечение нужд центральной власти, а не служило обществу.

Следует различать бюрократию и бюрократизм. Последний по­рожден негативными чертами бюрократической организации, кото­рые состоят в следующем:

1) отрыв аппарата управления от общества, в результате чего исполнительная власть становится фактически независимой и без­ответственной;

2) чиновники превращаются в самостоятельную силу, которая стремится подчинить правила управления собственному сохране­нию и использует свое положение для распоряжения общественны­ми делами;

3) чиновник не может быть абсолютно беспристрастным при /3/ выполнении управленческих полномочий (как полагал Вебер), по­скольку у него есть собственный интерес и он стремится навязать

его обществу;

4) в бюрократической организации заложен антидемократизм, так как чиновник считается единственно компетентным лицом,

а все другие — непрофессионалы, вынужденные подчиняться вла- Щ сти чиновника;

5) бюрократическая модель ведет к бессмысленному формализ­му, поскольку чиновник следит за соблюдением процедуры, хотя ее требования нередко формальны. В результате содержание управ­ленческой деятельности подменяется соблюдением формы;

6) расширение деятельности государственного аппарата, увели­чение его штатов осложняют контроль над ним. Следовательно, снижается ответственность чиновников, растет их безнаказанность. Достаточно сослаться на такие факты: в нынешней России общая численность работников аппарата составляет 1 млн 130 тыс. чинов­ников. Для сравнения укажем, что в царской России на одну тыся­чу жителей приходилось до 0,3 чиновника, в СССР в 1991 г. — 4,8, а в современной России — 7,9. Таким образом, за последние десять лет аппарат власти вырос более чем в полтора раза;

7) желание скрыть свои дела под видом секретности и посредст­вом закрытия каналов коммуникации. Это направлено на стремле­ние выйти из-под контроля общества и обеспечить монополию вла­сти. Отсюда бюрократизм работает на себя, вместо того чтобы работать на общество. Кроме того, чиновники охраняют свои при­вилегии/, используют свое положение в ущерб управляемым.

В^гитературе называют и другие характерные черты бюрокра­тизма, например консерватизм, безразличие к конечному результа­ту своей деятельности. Но перечисленные наиболее характерны и присущи любой бюрократизированной организации.

В современной России концепция организации управленческой деятельности во многом базируется на теории М. Вебера и нашла за­конодательное закрепление в Федеральном законе от 27 мая 2003 г. «О системе государственной службы Российской Федерации». Со­гласно Закону под государственной службой понимается профес­сиональная служебная деятельность граждан Российской Федера­ции по обеспечению исполнения полномочий органов Российской Федерации и субъектов РФ, а также лиц, замещающих государст­венные должности.

2. Применение права: понятие, субъекты, стадии. Акты применения права Осуществление права – это воплощение установленных норм права в деятельности субъектов Следует различать два типа осуществления права: ♦ непосредственный тип, или реализация права, когда субъекты, которым адресованы нормы права, поступают так, как ими предписано

♦ правоприменительный тип, когда деятельности субъектов права по осуществлению правовых норм оказывается недостаточно и требуется участие государственного органа, для того чтобы осуществить предписанное правовыми нормами.

В реализации права заинтересованы не только законодатель, но и обладатели субъективных прав, а также государство и общество в це­лом, поскольку процесс реализации связан, как правило, с правомер­ным поведением, т.е. поведением, желательным для общества.

Правоприменение — это не одна из форм реализации права, а особый тип осуществления права, который, в свою очередь, имеет свои формы. То, что нельзя ставить правоприменение в один ряд с использованием, исполнением и соблюдением, справедливо замети­ли некоторые ученые. Оно имеет очень серьезные отличия и не яв­ляется однородным правовым явлением с ранее названными, а посе­му не может быть объединено одним понятием «формы реализации права

В. Н. Карташов применение права предлагает называть типом реализации. Но тут же называет в качестве типов оперативно-исполнительную (правонаделительную) и правоохранительную практику государства. См.: Карташов В. Н. Теория правовой системы общества. Т. 1. - Ярославль, 2005. - С. 291-292.

В.М. Сырых правоприменение считает формой реализации права, которую осуще­ствляют государственные органы, участвуя в публично-правовых отношениях. См.: Сырых В. М. Теория государства и права. — М., 2004. — С. 260—261.

В.И. Червонюк, тоже заметивший не однонорялковость использования, исполне­ния, соблюдения и применения, все же не решается отказаться от привычного наимено­вания применения нрава как формы реализации. См.: Червонюк В.И. Теория государст­ва и права. - М., 2006. - С. 513

Понятие правоприменения

Как можно было убедиться из предыдущей главы, субъекты права вполне могут действовать самостоятельно, сообразуя свое поведение нормами права (соблюдая запреты, исполняя обязанности, осущест-яя свои права).

Однако иногда нормальный правовой результат не может быть остигнут без вмешательства государственных органов и должностных лиц. В таких случаях в процесс осуществления права вклинива­ется правоприменение.

Правоприменение — это не одна из форм реализации права, а особый тип осуществления права, который, в свою очередь, имеет свои формы. То, что нельзя ставить правоприменение в один ряд с использованием, исполнением и соблюдением, справедливо замети­ли некоторые ученые'. Оно имеет очень серьезные отличия и не яв­ляется однородным правовым явлением с ранее названными, а посе­му не может быть объединено одним понятием «формы реализации права».

Применение права — это государственно-властная деятельность компетентных органов государства по осуществлению норм права относительно конкретных жизненных случаев путем вынесения индивидуально-конкретных предписаний.

Правоприменительная деятельность характеризуется следующи­ми признаками:

♦ осуществляется компетентными органами государства;

♦ имеет властный обязательный характер, характер односторон­него волеизъявления или распоряжения;

♦ требует профессиональных знаний и навыков;

♦ осуществляется в форме индивидуально-конкретных предпи­саний;

♦ является организующей деятельностью по осуществлению норм права. Ее цель — удовлетворение не личных потребностей пра­воприменителя, а потребностей отдельных лиц или всего общества;

♦ осуществляется в процессуальных формах.

Применение права может подключаться ко всем формам непо­средственной реализации права:

♦ к использованию (например, получение жилой площади мало- 397 имущими, получение пенсии, получение льгот инвалидами);

♦ к исполнению (например, призыв в армию);

♦ к соблюдению (например, совершение правонарушения).

В ходе дискуссии были высланы три точки зре­ния, точнее, определилось три подхода к проблеме.

1. Сторонники первой точки зрения говорили, что нормы права применяют толь^ко органы государ­ства, а некоторые из них да^^е говорили, что толь­ко органы специальной юрисдикции {суд, проку­ратура, милиция).

2. Другие считали, что _ПравоИР^{именитель}ную дея­тельность осуществляют гоС!/А^аР^{ственны}е органы и уполномоченные на то общественные органи­зации.

3. Третьи утверждали, что нор>*^ы права применяют­ся государственными орга^¹¹' общественными организациями и гражданам¹*-

Как видим, подходы к проеме были далеки от единства. Теория и практика не подтверждали девиз трех точек зрения.

Представители третьей точки зрения (третьего подхода) руководствовались ка­залось бы благородной идеей повышения роли личнос­ти в правовом регулировании, необходимостью расши­рения прав и свобод граждан. Профессор П.Е. Недбайло, например, писал о том, что гражданин — не только пас­сивный исполнитель правовых предписаний, а он есть активный участник правореализационного процесса. Участвуя в выборах, подавая заявление в суд и т. п., гражданин своими действиями (считает П.Е. Недбай­ло), влияет на деятельность органов власти и управле­ния, которые обязаны действовать в соответствии с поданными заявлениями, изъявленным желанием уча­ствовать в выборах. А это значит, что граждане приме­няют нормы права.

Тем не менее и эта точка зрения не может быть признана правильной. Ее сторонники слишком расши­ряют круг участников правоприменения.

Вот почему в настоящее время признается наибо­лее правильной точка зрения, высказанная в ходе дис­куссии второй группой ученых о том, что субъектами правоприменения являются: государственные органы, должностные лица, уполномоченные государством организации. Само собой разумеется, нормы права применяются и органами местного самоуправления, и их должностными лицами. В ходе дискуссии вопрос о них стоял, так как в то время органов местного само­управления в таком качестве, как сейчас в России, не существовало, а участники дискуссии к международ­ному опыту не обращались, использовали практику реализации права, в основном, СССР.

Применению права присущи (характерны) следу­ющие черты:

1) применение — такая форма реализации права, в которой необходимо присутствует субъект, наде­ленный властными полномочиями;

2) применение норм права осуществляется в установ­ленных процессуальных формах;

3) применению норм права присуща определенная процедура (последовательность действий);

4) применение права должно осуществляться на оп­ределенной нормативно-правовой основе, в том числе и в случаях применения нормы права по аналогии;

5) применение права — это процедура, направленная на индивидуализацию общенормативных предпи­саний;

6) применению права присущ обязательный атри­бут — правоприменительный акт (устный или пись­менный приказ, устное или письменное распоря­жение, решение, приговор и т. д.);

7) применение права допускает контроль за процес-сом принятия решения и его исполнением;

8) применение права — это власти о-организующая деятельность уполномоченных на то субъектов;

9) применение права — это дополняющая действие нормативных актов деятельность компетентных субъектов права, поскольку принимаемые ими ин­дивидуальные правовые акты являются продолже­нием, дополнением нормативных актов.

Стадии применения норм права. Применение права, как уже отмечалось, протекает в установленной процессуальной форме и при наличии определенной процедуры, которой присущ ряд необходимых после­довательных стадий. В юридической литературе это иногда называют правореализационным или правопри­менительным процессом, т. к. применение права ха­рактеризуется определенной закономерностью, проте­кающей последовательно.

Стадиями применения норм права являются:

■ анализ (установление) фактических обстоятельств дела для правильного применения нормы права, т. е. необходимо убедиться, имеет ли рассматрива­емый случай юридическое значение (зачастую — это сбор доказательств, оценка фактов, имевших место в прошлом, поиск истины);

■ выбор (отыскание) правовой нормы, подлежащей применению. Здесь важно знать, где искать требу­емую правовую ному. Иногда в эту стадию вклю­чают установление подлинности текста правовой нормы, т. е. выяснение вопросов — имеется ли та­кая норма, действует ли она, опубликовывалась ли она в официальном органе издания, а не в каком-либо второстепенном (сборнике, учебнике, местной газете и т. п.);

■ уяснение смысла и содержания применяемой нор­мы (толкование правовой нормы);

■ принятие решения по делу (вынесение правопри­менительного акта): издание приказа, принятие су­дебного решения, вынесения приговора и т. п.;

■ реализация акта применения нормы права, т. е. его фактическое исполнение (вручение награды, вы­дача пенсии, конфискация имущества, отбывание наказания по приговору суда и т. п.).

В юридической литературе является дискуссион­ным вопрос о стадиях правоприменения. Часто право­применительные действия подразделяют натри основ­ные стадии:

1) установление фактических обстоятельств дела;

2) установление юридической основы дела;

3) принятие решения по делу.

Иногда стадии установления фактической и юри­дической основ дела объединяют в одну. Порой пред­лагается большее число стадий правоприменительной деятельности. Последнее обстоятельство, как правило, связано с делением стадии установления юридической основы дела на несколько самостоятельных стадий: выбор нормы права, проверка подлинности текста нормы, анализ нормы с точки зрения законности, ее действия во времени, в пространстве и по кругу лиц; анализ содержания нормы права (толкование).

Следует сказать, что различия во взглядах на коли­чество стадий не носят принципиального характера: можно укрупнять стадии процесса применения права и называть их основными; можно правоприменитель­ный процесс делить на более мелкие отдельные дей­ствия.

Виды правоприменения

Краткий анализ форм применения права, проведенный выше, го­ворит о том, что они далеко не однородны, а довольно сильно различа­ются. Если взять в качестве основы для их группировки такой Критерий, как субъекты, занимающиеся правоприменительной деятельно­стью, можно будет выделить два вида правоприменения¹:

1) исполнительно-распорядительный. Сюда относятся такие фор­мы правоприменения, как конкретизация и контроль. В этих случаях правоприменительную деятельность выполняют государственные служащие, занимающие различные должности в исполнительных ор­ганах. Смысл их деятельности состоит в гармонизации частных (гра­ждан и организаций) и публичных интересов. Есть все основания по­ручать им столь серьезную деятельность, поскольку они при этом должны руководствоваться принципом законности, т.е. точно соблю­дать все требования нормативных актов. Кроме того, им должны быть присущи профессионализм и компетентность. Это обеспечивается предъявлением требований к подготовке государственных служащих как при поступлении их на государственную службу, так и в процессе ее прохождения (аттестация, сдача квалификационных экзаменов и

др.);

2) правоохранительный. Здесь речь идет о таких формах примене­ния, как рассмотрение споров и применение санкций за правонаруше­ния. В подлинно развитой юридической системе в настоящий принцип возведено то, что рассмотрение споров и правонарушений осуществля­ется правоохранительными органами, компетентными в этой сфере, не зависящими от политических или административных руководящих органов, защищенными от любого давления или угроз. Центральное место среди правоохранительных органов занимают суды. По мере раз­вития общества роль судов будет возрастать². Поэтому в дальнейшем судебному правоприменению будет уделено особое внимание.