3.3. Сугубо практические рекомендации по повышению качества образования

В высшей школе переход к активным методам обучения является насущной потребностей сегодняшнего дня, однако на деле активизация обучения выражена очень слабо. Далее мы обозначим приемы, методы, которые при минимальных затратах сил, времени, энергии способны повысить эффективность преподавания.

Традиционная лекция, как известно, проходит в виде однонаправленного процесса передачи знаний. Альтернативой традиционной лекции, по нашему мнению, является проблемная лекция, в которой «новое знание вводится как неизвестное, которое необходимо «открыть»¹. Такая лекция базируется на проблемной ситуации. Лектор обозначает некоторую проблему, с которой студенты раньше не сталкивались. Неспособность студента решить, справиться с этой задачей, стимулирует его (даже подсознательно) на активный поиск решения, что обеспечивает постоянную включенность студента в процесс обучения. Сама лекция представляет собой совместное решение проблемной задачи, совместный поиск преподавателем и студентом некоторых истин. Поскольку студент «добытое» знание фактически получает самостоятельно, деятельностно, то такое знание лучше остается в памяти, что позволяет в будущем лучше оперировать такой информацией. При проблемной лекции преподаватель может обозначить все вопросы лекции, но полностью раскрыть часть вопросов, которые связаны с конкретной ситуацией. Основное преимущество проблемной лекции состоит в том, что при нем сохраняется включенность студента в процесс обучения.

Интересным приемом может оказаться подготовка студентами вопросов преподавателю, на которые они хотели бы получить ответы на лекции. Эти вопросы могут составляться дома или в течение пяти минут после объявления темы лекции. Далее эти вопросы передаются лектору, который в дальнейшем строит изложение лекции таким образом, что оно в какой-то мере отвечает на полученные от студентов вопросы.

Семинарские занятия могут проводиться в форме развернутой беседы по заранее известному плану или в форме небольших докладов студентов с последующим обсуждением. «Первый, и наверное, самый главный принцип (при проведении семинаров): использовать любую возможность для расширения диалога со студентами как метода обучения и как средства их личностного развития»². Однако на практике такие возможности остаются неиспользованными. На семинарах многие преподаватели идут на поводу инфантилизма студентов и разрешают им отвечать на вопросы темы или выступать с докладами по листочкам, в результате их ответы и доклады вырождаются в чтение третьесортного источника Интернета. По нашему твердому убеждению, необходимо запретить – свести на нет распространенную в наши дни практику, когда студенты отвечают на вопросы по бумажке.

Мы полагаем, что основной формой проведения семинарских занятий должен стать тотальный опрос студентов: всей группы по всем вопросам, так чтобы никто не остался неопрошенным, или же такой диалог, в котором участвовали бы все. Такая форма дисциплинировала бы студентов на подготовку к каждому занятию.

Надо приучить студентов говорить, всячески поощрять перекрестные диалоги студентов между собой. Преподавателю необходимо добиться того, чтобы большая часть семинара участники обучения были бы заняты изложением своих мыслей, своего мнения, тогда как простое освоение материала студентами происходила бы дома (при самостоятельной работе).

Активизация образования означает большую вовлеченность студентов в обучения. Очевидно, что для этого должна быть создана соответствующая обстановка, предрасполагающая к занятию активной позиции. Не последнее значение в связи с этим мы придаем интерьеру аудитории, а вернее способу размещения столов. Гениальным решением(!), на наш взгляд, является размещение столов вдоль стен в виде «круглого стола». При таком размещении столов у неуспевающих студентов фактически нет возможности прятаться за спинами других, как нет возможности у недобросовестных студентов списывать с шпаргалок, с телефонов. Кроме того, в случае, если студенты и преподаватель усаживаются по кругу, у всех участников семинара появляется возможность видеть лица друг друга, что, по идеи, уже подталкивает к началу дискуссии. Мы оцениваем значимость данного мероприятия столь высоко, что настаиваем на его повсеместно применении в высшей школе.

На семинарских занятиях, мы полагаем, надо расширять применение метода кейсов. Анализ конкретных ситуаций (case study) – «эффективный метод активизации учебно-познавательной деятельности обучаемых». Данный метод рассматривает разные типы ситуаций, приведем характеристику основных ситуаций. Ситуация-проблема представляет собой описание реальной проблемной ситуации. Цель обучаемых: найти решение ситуации или прийти к выводу о его невозможности. Ситуация-оценка описывает положение, выход из которого уже найден. Цель обучаемых: провести критический анализ принятых решений, дать мотивированное заключение по поводу представленной ситуации и ее решении. Ситуация-иллюстрация представляет ситуацию и поясняет причины ее возникновения, описывает процедуру ее решения. Ситуация-упреждение описывает применение уже принятых ранее решений, в связи с чем ситуация носит тренировочный характер служит иллюстрацией к той или иной теме.

В наш век информационных технологий очень сильно превозносятся мультимедийные средства обучения. По мнению ряда авторов удобство этих средств состоит в том, что преподаватели могут «не тратить время на диктовку основных положений лекций, рисование диаграмм и выписывание длинных математических формул»¹. «Лекционное время теперь нужно посвящать… комментариям, разъяснениям, демонстрации логических связок и т.п.»¹. Однако на практике преподаватели чаще всего не комментируют положения слайда, а читают его содержание. Таким образом, с чтения лекций по листочкам преподаватели перешли к чтению лекций по слайдам. Порою преподаватели не стесняются помещать в презентации большие тексты, которые не видно ни студентам, ни им самим. Если преподаватель «не читает» слайды, то комментирует его столь отвлеченно или скучно, что этот комментарий превращаются в еще один текст.

В связи с активным использованием компьютеров «появилась возможность промежуточного контроля за самостоятельной работой… теперь можно требовать отсылки выполненного задания или его частей по электронной почте»¹. Это довольно широко используемая и полезная практика применения компьютерных технологий, которая облегчает взаимодействия преподавателей и студентов.

Кроме применения активных методов обучения, на наш взгляд, высшей школе необходимо пересмотреть методику оценивания. При настоящей методике оценивания студенты учатся от сессии к сессии. Решение данной проблемы нам видится в организации промежуточного контроля, при которой регулярно через непродолжительные промежутки времени проводились бы проверки знаний в форме контрольной на пол пару. Также мы больше ратуем за то, чтобы значение итогового экзамена снижалось в пользу промежуточных экзаменов. Возможно, стоит уменьшить экзаменационный блок с 50 баллов до 30 баллов; семестр разделить на два модуля, в течение семестра проводить два промежуточных экзамена, каждый из которых формировал бы блок по 20 баллов. И оставшиеся 30 баллов приходились бы на текущие оценки в течение семестра. При таком подходе акцент смещается с итогового экзамена к текущей успеваемости, и соответственно к большей дисциплине в процессе освоения предмета.

Развитие компьютерных технологий позволило проводить итоговые экзамены в тестовой форме. При такой форме экзамена практически исключается возможность подкупа и вымогательства, что при подготовке студентов по образовательным программам «Экономика», «Менеджмент», «Гос. управление», «Юриспруденция» и иным аналогичным профилям, особенно важно. С другой стороны, «введение министерством тестирования ограничило возможности преподавателей в изложении личных точек зрения»¹. Поскольку преподавателям и, в целом, высшей школе, по нашему мнению, настоятельно необходимо перейти к технологии активного обучения, когда от обучающегося требуется не столько знание «правильного» ответа, сколько умение думать, то ВУЗам необходимо отказаться от тестовой формы экзамена. Целесообразно, на наш взгляд, итоговый экзамен проводить в письменной форме, когда у студентов есть возможность раскрыть не один, а два вопроса. Дальнейшее развитие итогового экзамена нам видится по пути ведущих зарубежных ВУЗов. В настоящее время «ведущие зарубежные вузы требуют не изложить, а применить полученные знания при выполнении письменного экзаменационного задания, и это задание может лишь эпизодически включать вопросы, непосредственно содержащиеся в программе»¹.

Вывод. В данном параграфе были приведены некоторые рекомендации, которые при незначительных затратах ресурсов способны, на наш взгляд, существенно повысить качество образовательного процесса.

4. Наше поколение – чахлые камыши в болоте образования или основоположники новой эпохи?

4.1. Современное студенчество – лакмусовая бумага системы образования

Писать о студенчестве приходится по воспоминаниям. А что можно вспомнить о нем? Можно вспомнить невоспитанность, как студенты в верхней одежде заходят в компьютерной аудиторию, как они нескромно по-лошадиному ржут, можно вспомнить студенток, которые плачутся преподавателю-маменке, можно вспомнить пассивную аудиторию, которая никак не реагирует на вопросы преподавателя, можно вспомнить прилежных учениц, которые старательно записывают лекцию, можно вспомнить пустую библиотеку и редких студентов, которые в читальном зале разговаривают по телефону, можно вспомнить тех студентов, что участвуют в конференции, можно вспомнить жизнерадостных студенток, что совмещают учебу и работу, можно вспомнить детскую беззаботность и детскую строгость, можно вспомнить, как молодые люди в шортах ходят по институту.

Но общей чертой всего студенчества, с нашей точки зрения, является низкая мотивация к обучению, наплевательское отношение к учебе. Слабая мотивация студентов к учебе, слабая вовлеченность учащихся в образовательный процесс тесно связаны с низким качеством образовательного процесса. Однако чем является низкое качество выполнения студентами своей работы следствием или причиной дисфункции института высшего (экономического) образования?

Некоторые полагают, что во всех бедах в высшей школы виноваты студенты. Так, Т. Филиповская приводит результаты опроса: «Респонденты считают основной причиной, сказавшейся на появление у них ощущения недостаточности качества полученного образования, слабую материальную базу учебного процесса. Далее они отметили личную лень и только потом указали на невысокий уровень профессионализма преподавателей»¹. Тем самым автор статьи успокаивает себя тем, что проблема не в профессионализме преподавателей, а в лени студентов. К такому самоуспокоению прибегает и, в целом, система образования, считающая, что ими все делается хорошо, а во всех бедах виноваты сами студенты.

Мы не разделяем такую точку зрения и полагаем, что студенчество – это лакмусовая бумага системы образования. Институт высшего (экономического) образования не потому испытывает дисфункцию, что студенты не учатся. Верно то, что студенчество слабо заинтересовано в хорошей учебе, в прилежности из-за дисфункции высшей школы. По нашему твердому убеждению, состояние студенчества совершенно верно отражает бездействие и апатию высшей школы. И действительно, система образования долгое время по существу не занималось и сейчас не занимается ничем, кроме демонстрации собственной благочестивости.

Давайте же проследим за тем, как система образования, в действительности чуждая интеллектуального развития, творческого совершенствования, формирует не личностей с активной (деятельностной) жизненной позицией, а пассивных, безынициативных, самоуверенных, алчных выпускников.

На стратегическом уровне государство желает переориентировать образование на запросы народного хозяйства. И это самая ущербная ориентация, практикоориентированное образование – это образование вчерашнего дня. Практикоориентированность реализуется в компетентностном подходе, согласно которому обучение нацелено на выработку некоторого перечня компетенцийТакой подход в обучении чужд действительному развитию студентов. Компетентностный подход фактически ориентирует всю образовательную систему лишь на соответствие уровня выпускников некоторым результатам – минимальным требованиям, предъявляемых гос. контролерами.

Качество образования во многом определяется объемом финансирования в расчете на одного студента. К сожалению, в настоящее время государство не только не увеличивает объем финансирования образования в расчете на одного студента, но и не проводит более строгий отбор студентов, и не поддерживат более жесткий отсев студентов по неуспеваемости. Создается ощущение, что государство в какой-то мере заинтересовано в поддержании качества на низком уровне. Это позволяет, в том числе, направлять энергию и силы молодых людей на предпринимательскую деятельность, в создаваемые бизнес-структуры, поскольку из-за дисфункции института высшего (экономического) образования студенты не могут реализоваться сначала в учебе, а затем и в научной деятельности.

Финансирование ВУЗов в настоящее время осуществляется нормативно-подушевым методом, при котором объем финансирования зависит от численности студентов. Следствием такого способ финансирования является практика не-отчисления, когда наплевательски настроенного студента не отчисляют, а тянут до последнего курса. Кроме того, что наплевательски-настроенные студенты к последнему курсу вовсе перестают учиться, практика не-отчисления негативно влияет на мотивацию, прилежность остальных студентов. Видя, что неуспевающих студентов не отчисляют, остальные студенты также начинают «учиться, не учась».

Достижения целей государственной образовательной политики возможно лишь при усилении вертикали власти и бюрократизацию высшей школы. Бюрократизация ВУЗов заключается в том, что вся деятельность администрации и преподавателей направлена на простое выполнение гос. задание, преобразования гос. заказ в программу минимальных действий. Для того чтобы преподаватели исполняли свою часть гос. задания, государство, через администрацию ВУЗов проводит жесткую регламентацию их учебной и внеучебной деятельности. При такой регламентации преподаватели должны как писать определенное планом количество статеек, участвовать в конференциях, заседаниях, советах, так и осуществлять преподавательскую деятельность при более жестких нормах времени. Это обстоятельство не позволяет преподавателям уделять достаточно времени для качественного обучения, такого обучения, которое было бы нацелено на интеллектуальное развитие, творческое совершенствование студентов, формирование у них активной жизненной позиции. Кроме дефицита времени высшая школа не создает достойных материальных условий труда, что вынуждает многих педагогов заниматься совместительством, что негативно сказывается на качестве обучения. Хорошему преподаванию также мешают такие обстоятельства, как отсутствие раскрепощенности и практического опыта работы преподавателей.

Таким образом, и государственная образовательная политика, и характер взаимоотношений государства – администрации ВУЗов – преподавателей, и сложившиеся практики преподавания чужды действительному развитию обучающихся. Образовательный процесс в наши дни, фактически, нацелен на достижение результатов, на формирование компетенций, на соответствие уровня выпускников минимальным требованиям. Система образования, в целом, не обеспокоена творческим совершенствованием, духовным ростом студентов. Такая незаинтересованность судьбой обучающихся формирует в высшей школе дух апатии, который особенно негативным образом, угнетающе действует на студентов.

Стоит ли в этой связи удивляться тому, что студенты не учатся?!

Первопричину всех кризисных явлений в высшей школе мы видим в господствующем ныне индивидуализме. Индивидуализм является сердцевиной западной культура. Нынешняя отечественная культура является не просто прозападной, а что не на есть западной.

При молчаливом согласии старшего поколения в сознании молодежи произошла смена культурных установок. Ценности западной культуры: демократизм (учет мнения каждого), свобода слова (пустословие), либерализм (разрешено все, что не запрещено), парламентаризм (красивый face на депутатском кресле), частное предпринимательство (возможность работать на себя), настолько закрепились в сознание молодежи, что на сегодняшний день воспринимаются ими как естественными. Пропагандируемые в наши дни гражданское общество и правовое государство кажутся нынешнему студенту единственно верными формами человеческого общежития. Современный студент войдет в ступор, если попросить его представить какое-то иное общество, какую-ту иную культуру.

Современная молодежь – это адепты западной культуры: книги западных (зарубежных) писателей почти полностью вытеснили русскую литературу. К русской литературе девятнадцатого века обращаются реже, о том, что в двадцатом веке тоже что-то писалось почти никому не известно. Если произведения Серебренного века еще будут кое-как вспомнены, то о литературе советской эпохи будет сказано: «А что? Там что-то писалось? Да, у нас ведь занавес был, какое искусство может быть?» Вообще история двадцатого века современной молодежью воспринимается, как ошибочная, ненужная страница истории. «Двадцатый век доказал ошибочность идей социализма. Россия после неудачного эксперимента возвращается в лоно мировой цивилизации» - такова глубокая убежденность современного студенчества.

Ненужность изучения советской истории сформирована в сознании молодежи теми русскими, которым, благодаря своей приверженности западных ценностей, позволено писать учебники. Это привело к тому, что уверенная в том, что опыт Советского Союза никак не может быть полезен в сегодняшнем дне, молодежь решает вообще не затрачивать усилия на изучение российской истории двадцатого века. Вследствие этого современные молодые люди знает лучше индустриализацию начала двадцатого века, причины первой мировой войны, положение Германии перед второй мировой войны, отказ от золотого стандарта, деколонизацию Африки, глобализацию и сырьевой кризис 70-ых годов, ТНК зарубежных стран, падение берлинской стены, чем историю коммунистической партии.

Западная культура, западное мировоззрение наиболее полно выражается в идеологии индивидуализма. В чем суть индивидуализма? В том, чтобы для начала разделить, потом противопоставить личное начало общественному. Из такого неудобного положения индивидуализм призывает отдельную личность максимально полно раскрыть собственный интеллектуальный, творческий потенциал. Как единичное «я» может раскрываться в отрыве от общественной самоактуализации? Наш ответ – никак. Индивидуализм же мямлит и дает неубедительный ответ, что-то типа: «Индивидуальное счастье – это всё».

Западные идеологи, сторонники индивидуализма столь сильны в России, что, благодаря их болтовне, у подавляющей части молодежи в голове глубоко вбито то, что индивидуализм – это гуманистическое, гармоничное мировоззрение, которое нацелено на максимально полное развитие, творческое совершенствование каждой личности. В действительности, индивидуализм является антигуманистической идеологией. Если мы посмотрим на то, какие ценности превозносит индивидуализм, то увидим жалкие установки успеха, достижения, удовольствия и торжества. Для того чтобы их достичь человеку надо противопоставить себя обществу, необходимо собственный успех противопоставить общественному не-достижению, а собственное счастье серости масс.

И в этом, в противопоставлении личного развития общественному и кроется вся ущербность индивидуализма. Индивидуализм, как верно отметил И. Кон, обрекает человек человека на мировоззренческую замкнутость. Индивидуализм по своей сути чужд личностному развитию.

Человек – это социальное существо. Социальное развитие личности происходит по мере вступления человека в общественные отношения. Сознание – это проекция, точка пересечения тех общественных отношений, в которых он участвует личность. Малолетний ребенок познает что такое хорошо, что такое плохо – лишь во взаимодействии с людьми, подросток знакомится с бюрократическим устройством государства тогда, когда заполняет дневник, и когда заводят классный журнал. Точно также и сознательный, взрослый человек развивается в той мере, в какой он участвует в общественных отношениях.

Познавая окружающий мир, человек пытается определиться со своим местом, понять собственное предназначение. Все эти размышления приходят к человеку не в пустом поле, эти мысли пишутся не на чистой доске. Все эти вопросы возникают лишь в процессе взаимодействия человека с другими людьми, точно также и ответы на них человек может найти лишь в контакте с другими людьми. Человек действует, в каждом действии человек, выражая собственное отношение к самому себе, к окружающему миру, пытается утвердить собственное предназначение. Отдельный поступок – это проявление устремлений, чаяний человека и вместе с тем это попытка, момент раскрытия потенции общества, природы, Вселенной.

Человек не познает природу, природа познает саму себя через человека, человек в этом случае развивается как часть природы. Человек не познает общество, общество познает саму себя, человек же в таком познании приобретает возможность дальнейшего социального совершенствования. Отдельный философ (психолог) не познает собственную личность; весь человеческий род (абстрактный человек) познает самого себя; и через такое познание возможно развитие любого представителя человеческого рода.

Человек, как самораскрывающаяся система, желает постоянно совершенствоваться, бесконечно развиваться. Поскольку родительницей любого человека является общество, человек для собственного личностного развития стремится предложить такое улучшение, такое действие, которым мог бы воспользоваться каждый, которое повышало бы благосостояние каждого. Если предлагаемая некоторыми членами модель поведения, образ мира, мысль, деятельность лучше, эффективнее того, что имеется, то возникает социальное действие, которое через некоторое время закрепляется как отношение. Через такую эволюцию отношений происходит развитие общества, а вместе с ним происходит развитие отдельные индивидов. Осознание связи личного и общественного развития позволило бы отдельным членам понять, вскрыть механизмы личностного совершенствования. К сожалению, индивидуализм с его противопосталением личного и общественного начала уводит человека от человеческой сути, от понимания того, в чем состоит предназначение человека, и благодаря чему возможно индивидуальное развитие.

Индивидуализм, пропагандирующий такие ценности, как установки успеха, торжества, удовольствия особенно негативно сказывается на студенчестве. Очевидно, что при господстве таких ценностей нет места интеллектуальному росту, духовному совершенствованию студентов. Для чего они нужны? Ведь их наличие не принесет торжества, успеха. И на самом деле никто из студентов не заинтересован в действительном личностном развитии. В ВУЗы студенты приходят лишь для получения диплома, или лучше сказать, абитуриенты, будучи еще детьми, приходят в ВУЗы по многим причинам, но все студенты оканчивают старшие курсы лишь для получения диплома. Диплом же – это то средство, которое в будущем гарантирует успех. Будущий успех – вот, чем горят студенты. А пока… А пока что молодые годы надо прожить весело, с удовольствием, прожить так, как не способно прожить серая масса. Таким образом, и в ВУЗах индивидуализм, чуждый личностному развитию, уводит студентов от их собственной самости, от человеческой сути.

Поскольку студенчество составляют молодые люди в возрасте до 23 – 25 лет, то на него оказывает влияние молодежная субкультура. Преемственность прошлого заставляет нас при описании нынешней молодежной субкультуры вспомнить ее истоки, которые находятся в 90-ых годах. Как дети бывают падки на всякие мерзости, так и молодежь является восприимчивой к наиболее ущербным и худшим эталонам, образцам. Культуру 90-ых годов можно охарактеризовать как гипертрофированный, грязный индивидуализм, который считал, что любая цель оправдывает средства, который в качестве высшей ценности признавал «выигрыш», «успех», не важно, какими усилиями они будут достигнуты. Отголоски этих установок можно увидеть в следующих высказываниях:

- «вершина успеха на то и вершина, что на ней может находиться лишь один»;

- «я не собираюсь горбатиться, я буду лишь делать вид, что работаю»;

- «быть ботаником и сдать экзамен – в этом нет ничего выдающегося, ум в том, чтобы без подготовки, сдать экзамен»;

- «ум – в отсутствии знаний»;

- «мне ничего не стоит унизить себя или унизить других, в этой жизни надо быть проще к мерзости и грязи»;

- «не подъебешь, не проживешь»,

- «всякий человек имеет свою слабость, надо лишь найти правильный подход» и т.п.

Все эти принципы живы до сих пор. Не следует думать, что они остались в 90-ых, что уже в нулевые годы их отголоски были еле слышны. Их влияние ощущается до сих пор.

Характеризуя современное студенчество, надо сказать, что оно не однородно. Однако эта неоднородность искусственно созданная, это не та неоднородность, которая обусловлена различием в социальных статусах и ролях. Современная неоднородность возникает из-за жалкого желания отдельных молодых людей противопоставить себя обществу, выделить себя из серой массы. В связи с этим молодежь красится то в черный национал, то в зеленую гармонию, то в красную независимость, то в розовое мудачество, то в синее унылое настроение, то в белую чистоту. Однако весь этот покрас лишь внешнее противопоставление. С сущностной стороны большая часть молодежи идеологически однородна, без-оппозиционно. Разговор таких молодых людей – это монолог единственного героя – эгоиста и индивидуалиста.

Для того чтобы хоть как-то обозначить неоднородность студенчества приведем типологию студентов нашего института – Института управления, экономики и финансов. Классификация студентов произведена по признаку общности мировоззрения, схожести социального поведения и психологических реакций. Целью классификации было выявить те факторы, что предопределяет объединение студентов в ту или иную группу с тем, чтобы в дальнейшем определить влияние тех или иных факторов на социальный психотип студенчества.

Мы не настаиваем на том, что каждый студент может быть однозначно отнесен в ту или иную группу. Лично, автор этой работы не может отнести себя однозначно в некоторую группу студентов. Однако, кроме двух крайних типов («шлюх» и «казанских петухов»), все остальные типы явно прослеживаются в нашем институте. Начнем мы описание с девушек, поскольку они составляют большинство обучающихся.

Шлюхи (мы лично не знакомы с ними, пожалуй, в институте их не так много, но о них говорят, следовательно, они существуют; и здесь мы их приводим, только потому что каждый ощущает их наличие) – это те девушки, что познали разврат. Вкусив этот запретный плод удовольствия, они не могут далее ограничить себя в пороке. Смотря ей в глаза, Вы не сможете отвести взгляд; в ее глазах Вы прочтете игру, что Вас заинтересует, и открытость, которую Ваше внутренне я сочтет за доступность (и окажется правым). Как всякие шляхи, эти девушки часто не считают себя порочными; и даже сохраняют в душе и теле какую-ту свежесть, чистоту, что, однако, лишь временно… Весь мир для них – это мир людей. В истории человечества, как прошлой, так и нынешней, на их взгляд, ключевую или даже определяющую роль играют женщины и любовные интриги. Удел таких девушек известен. Единственное, что важно это то, что они являются наглядным и показательным примером для остальных.

Хорошенькие-1 – это те девушки, которые всем нравятся (или могут понравиться). У таких девушек когда-то был очень хорошо развит «ребенок», именно поэтому интуитивно они знают, как можно понравиться другому человеку (взрослому). К 18 годам такие девушки, не поставив под контроль своего «ребенка», попадают в атмосферу, в которой пропагандируются установки на то, что «цель может оправдать любые средства», «эффективный путь – кратчайший путь», «социальное взаимоотношение – это обмен»; в итоге они укрепляются в убеждении, что «к каждому человеку можно найти свой подход». Вступая в отношения, они анализируют партнера, ситуацию, и используют наиболее эффективную модель поведения, модель, доставляющую наибольшее удовольствие партнеру и им самим, но, прежде всего, им самим. В таких отношениях им не так важно сохранить свою самость, для них более важна сама игра и возможность выигрыша, ради которого они готовы поступиться своей самостью. Такое поведение: отказ от своей самости в пользу выигрыша, показывает, что они – есть Потаскухи. Такие Потаскухи вовсе не падшие женщины: учатся они не очень прилежно, но умеют поддерживать свою успеваемость на «хорошо», поскольку всегда могут найти «свой» подход к каждому преподавателю. С социальной точки зрения они не являются здоровыми членами Общества. Их развитие (иногда высокое) лежит за пределами ВУЗа, в них развиты коммуникативные способности. Гуманитарные и психологические познания могут быть высоки, а неподавленный ребенок обеспечивает творческую креативность. Если институт высшего (экономического) образования сможет вовлечь их в свою орбиту через должное воспитание, то многое приобретет.

«Хорошенькие-2» имеют гораздо меньше сходства с «Хорошенькими-1», чем «Хорошенькие-1» с «Шлюхами». Если вкратце, этих девушек отличает то, что они не переигрывают и мы даже скажем больше, они – не «играют», что, однако, не мешает им оставаться «хорошенькими». Справедлива, в этой связи, их собственная оценка самих себя: «Я никогда не подстраиваются под других». Возможность нравиться другим достигается за счет женственности и интуиции, которые неосознанно изменяют их поведение, нацеливая его на сотрудничество и созидания. Такие девушки становятся хорошими матерями, которым удается, строго воспитывая детей, не задушить личность ребенка. Такие девушки часто участвуют в обсуждениях и, в целом, активны в процессе обучения. Науку они сторонятся («не бабское это дело»), но зато бывают очень хорошими воспитателями.

В экономические ВУЗы, к некоторому нашему удивлению, в последние годы все больше стало поступать «Детей учителей», абитуриентов, у которых родители являются учителями или работниками иных социальных профессий. Такие родители, являясь наиболее интеллигентной частью общества, решив, что у их детей должно быть будущее (как нынче заговорили!?), «поддерживают» выбор своих детей (в поступление в экономические ВУЗы). В семье такие дети получили хорошее семейное воспитание с необходимой дисциплиной и отеческой теплотой. Поступив в ВУЗ, они продолжают старательно учиться, ожидая привычного одобрения и поощрения. Такой «школяцкий» подход, как думается, должен исчезать на первом, втором курсе. Но этого чаще всего не происходит: в настоящее время в системе высшего образования столь мало толковых молодых людей, что поощрять остается только этих прилежных «учениц». Такое одобрение прилежности, исполнительности никоим образом не стимулирует творчество и самостоятельность таких студенток. Из-за высокой успеваемости их оставляют в аспирантуре, но в своих кандидатских им не удается внести существенный вклад в науку. Прилежность в обучении формирует достаточный объем нужных компетенций и развивает аналитические способности; дисциплинированность позволяет им найти работу, соответствующую их характеру.

«Маменькие дочки» - это девушки, которых отличает большой инфантилизм. Такие девушки и на последнем курсе могут позвонить: «Маменька, я сдала экзамен. Вроде, хорошо. Нет, после обеда будет известно». Такие студентки очень смазливы, а их слова приторны. Автору, как старосте, всех тяжелее было взаимодействовать с ними из-за их детской и сильной волнительности и эгоизма, когда дело затрагивало их. Преподавателям также противны эти студентки, и не зря – эти «пиздюшки» всегда льют грязь на преподавателя за его спиной; успеваемость у них средняя, без высоких притязаний. Думаем, что лишь заботы о ребенке лет к 25-ти заставит их повзрослеть.

Как и следовало ожидать, среди девушек могут быть выделены не столь большое количество типов.

Категории «Шлюх» противостоят тип молодежи «Казанские петухи» (мы также лично не очень близко знакомы с ними, а описание их приводим по той причине, что они существуют; и своим существованием оказывают воздействие на студенчество Института). К «Казанским петухам» относятся юноши, разъезжающих на опущенных, тонированных машинах; катающих девочек, цепляющих девушек; ночь, съёмные квартиры, пьянки – все сюда. И среди студентов ИУЭиФ нечто подобное есть. «Шишкацкая семья» и заграница ничего не меняет: весь этот тип объединяет установка «Если не сейчас, то когда?». Все их интеллектуальное развитие на уровне какого-нибудь фрейдовского афоризма «член – центр Вселенной», а вся их активность направлена на удовлетворение половых потребностей. Вся деятельность, в конечно счете, ограничивается родительскими деньгами, или легкими (нечистыми деньгами), или трудно-заработанными деньгами, спускаемыми быстро на разврат, азарт и удовольствие.

Выделяя типы студентов, мы не можем обойти стороной группу «Мудаков». «Мудак» - это человек, совершающий поступок без четкой цели или человек, виляющий в достижении цели, человек, выполняющий свои функции не по-человечески; «как в голову стукнет, так и поступит», человек без «царя в голове», без «долгого ума». Их появление обусловлено переходом традиционного (мужского) общества к обществу либеральному, где часть женщин, взяв на себя ответственность за принятие круга решений, вытеснила часть мужчин (юношей) из активной сферы жизни общества.

Такой тип людей вовсе не комплексуют, если их определяют как мудаков. Хотя психика всякого здорового мужчины не переносит замечаний в адрес своей жизнеспособности, обвинений в отсутствии цели, смысла и сил. Мудаки спешат согласиться с тем, что они мудаки. Такие мудаки машут платочками и заявляют, что дел делать они не могут, но зато очень внимательные, чуткие, нежные. Очевидно, что такие мудаки существуют, потому что некоторые особи противоположного пола останавливают свой выбор на них. Эти решительные, деятельные женщины своими активными качествами компенсируют недостаток этих свойств у их партнеров. Хочется надеяться, что женщина, как организм, осуществляющий деторождение, не будет вступать в связь с представителями данного типа. Но пока что «женственность» таких мудаков перевешивает природную целесообразность.

Насколько глубока эта проблема? О том, что мужик нынче не тот пошел, начали поговаривать сразу после Отечественной войны. О том, что в школе нет мужского влияния – с 90-ых годов. Эта проблема прогрессирует, и прежде всего, за счет скрытого мудачества, когда мужчина нет-нет да и перекинет на женщину часть своих функций. Чтобы бороться с данной проблемой, надо определить глубину проблемы, а для этого надо начать с себя. Однако с этим пока что очень сложно. У нас задаться вопросом «Я – злодей?», является возвышенным поступком; а вопросом «Насколько я мудак?» - чем-то неловким, от чего хочется отмахнуться: «Да ну его».

«Карьеристы науки и искусства» еще один тип студентов, к этой категории относятся парни, получившие хорошее воспитание. От родителей таким карьеристам достался не низкий статус. В ВУЗе они укрепляются в своих индивидуалистических установках, формирование которых была начата их родителями в старших классах. Поступив в ВУЗ и оглянувшись, они трезво понимают, какой бардак творится в системе высшего образования. Они учатся так, чтобы без хвостов закрывать сессию, на выдающиеся цели они не нацелены, сверх-напрягать свой мозг также не желают. Уяснив прекрасно, что ВУЗу нужно от них, они пишут поверхностные статейки; далее поступают в магистратуру. Администрация ВУЗа оставляет их в аспирантуре, где они пишут диссертацию «ни о чем»; их кандидатская не вносит никакого вклада в науку. Такие карьеристы могут быть особо выдающимся и могут пристроиться на теплое место в национальной компании. Весь их авторитет будет состоять в связях. Вся их успешность в том, что они умеют ждать, пока освободится высшее место. Вся их сущность в поддержании существующей структуры Общества.

«Математиками» мы будем называть тех студентов, у которых больше других развиты аналитические способности. В школах у них было отлично с математикой и физикой. Причина, что подтолкнула к поступлению в экономический ВУЗ либо престижность профессии, либо интерес к общественным наукам. Поскольку они интроверсивны, для них характерна высокая степень приятия общественных ценностей и жесткая самодисциплина. Успеваемость у них высокая, вследствие их дисциплины и трудолюбия. Исследовательский тип их мышления – это то, что нужно экономической науки. Однако жалкое положение науки, особенно экономики, не привлекает их в аспирантуру. На рынке труда они способны найти работу, соответствующую их аналитическим возможностям. Но с генерирование чего-то нового, инновационного у них не так хорошо, поскольку образование не развило эти способности. Также они не расположены к управлению людьми из-за неразвитости коммуникативных способностей.

Юноши характеризуются нескольким большей неоднородностью, чем девушки. Однако обратной стороной такой неоднородности является то, что среди юношей также встречается гораздо больше совершенно заурядных людей. «Заурядные» студенты – это вечные хорошисты, они глубоко убеждены в непроигрошности «золотой середины». Их вряд ли можно застать среди тех, кто поднимет первым руку. Они также стараются не скатываться в троечники. Для них характерен конформизм с «про себя» ворчанием и исполнением. Их собственная точка зрения тесно коррелирует с общественной. После учебы в большинстве случаев они идут работать; в экономике есть потребность в таких сотрудниках (отдел продаж, снабжения, сбыта, труда и заработной платы, бухгалтерия). Высшая позиция, на которую они могут рассчитывать, – это должность начальника отдела.

К «Социально-враждебному» типу относятся молодые люди из неблагополучных семей. Среди девушек также есть те, кто, будучи из неблагополучной семьи, поступил на льготной основе, но они, будучи девушками, легче растворились среди остальных студенток. У «Социально-враждебного» типа студентов уровень воспитания и образования ниже среднего, учебная программа дается им сложнее, плохое воспитание не выработало в них дисциплины, они забивают на пары. Никто с ними не занимается, они волочатся в конце, их не отчисляют, а тянут до последнего курса. На наш взгляд, это лицемерие. Лучше отчислить, а не относится к ним высокомерно, выказывая пренебрежение и всячески подчеркивая их нежизнеспособность. По своей природе они всему враждебны, внутреннее раздражение в редких случаях вырывается у них в виде хамства. В будущем они мечтают организовать индивидуальное предпринимательство, то есть получить возможность работать на себя, ни от кого не зависеть.

В данной классификации мы несколько обострили границы. В действительности, юноши нашего института сильно изнежены вниманием противоположного пола, поэтому они слабо обозначают собственную самость.

Кто-то нам заметит, что мы упустили такой тип, как «Предприниматели» или «Будущие предприниматели». Нет, не упустили, просто мы не посчитали нужным его выделять по причине его малочисленности. Если ныне проводимые реформы, направленные на более тесную интеграцию, увенчаются успехом, следует ожидать увеличение этого типа студентов. Однако для нас это несколько непонятно: разве для того, чтобы выпустить предпринимателя (ИП), нужно учить студента 4 года? По нашему мнению, подготовку по направлению «Предпринимательское дело» лучше организовать на базе колледжей, училищ. В ВУЗах, мы полагаем, правильнее было бы выращивать несколько иной тип студентов, тип «Новаторов». Потребность в данном типе выпускников в народном хозяйстве есть, причем эта потребность почти никак не удовлетворяется, поскольку институт высшего (экономического) образования, в целом, нацелен на выпуск «Консерваторов».

Как мы говорили ранее, целью классификации студентов является выявление факторов, которые оказывают воздействие на формирование определенных социальных психотипов. «Шлюхи» и «Хорошенькие-1» - это студентки с гипертрофированным личностным произволом, полагаем, что их появление в какой-то мере связано с распространенностью мнения о том, что женщина может реализоваться не обязательно в семье, а самым доступным способом самореализации, как известно, является любовные интриги. Выбор «Детей учителей» в поступление в экономические ВУЗы является наибольшим подтверждением приверженности абитуриентов и их родителей идеям индивидуализма. Поступая в экономические ВУЗы по принципу: «У экономиста всегда будет свой кусок хлеба» - такие студентки ограничивают свое личностное развитие будущим достатком. Инфантилизм «Маменьких дочек» обусловлен тем, что при индивидуализме, при противопоставлении личного успеха общественным не-достижениям от отдельных членов общества – студенток, прячутся реальные жестокости, несправедливости общества.

Говоря о юношах, хочется отметить, что такие типы, как «Математики», «Заурядные» и «Социально-враждебные» характерны для всех типов общества. Существование трех других типов: «Казанские петухи», «Мудаки» и «Карьеристы», в какой-то степени обусловлено распространенностью в обществе индивидуалистских установок. «Казанские петухи» живут вседозволенностью в сегодняшнем дне, живут по принципу «здесь и сейчас»; такая установка есть наиболее яркое выражение ценностей индивидуализма, ценностей удовольствия и торжества. «Мудаки» - это также побочный продукт западной культуры. «Карьеристы», которые утверждаются с помощью инструментов, методов индивидуализма, является самыми яростными защитниками западной культуры, западной идеологии. Подрастающие молодые люди данного типа станут «достойной» заменой существующим западным идеологам.

Вывод. Плохое состояние студенчества не стоит рассматривать как причину дисфункции института высшего (экономического) образования. Обучающиеся в ВУЗах студенты – это лишь формирующаяся, растущая часть общества. Вследствие того, что ими не еще не до конца определена их собственная самость, их собственная личная позиция к миру, они не могут быть главными виновниками всех проблем высшей школы. Студенчество – это лакмусовая бумага, которое совершено верно отражает современное состояние института высшего (экономического) образования.

В данном параграфе было показано, как те пороки, что характерны в целом для института высшего (экономического) образования сказываются ущербным образом на мировоззрение, мироощущение студентов. Дух бездействия развращает молодежь, учит студентов апатии и «ничего-не-деланию». Бюрократизация создает заслоны для качественного преподавания. Стоит ли в таком случае удивляться тому, что из-за отсутствия воспитания или воспитания, но ненадлежащего качества появляются слабо мотивированные, бездеятельные студенты?

Кроме системы образования на сознание молодых людей оказывает влияние общая культура общества, в целом, и молодежная субкультура, в частности. Современная культура воспитала таких молодых людей, которые полностью разделяют западные ценности и установки, таких молодых людей, которые демократизм, либерализм, парламентаризм, гражданское общество, правовое государство считают единственно возможными формами человеческого общежития. Современные молодые люди, сами того не подозревая, уже становятся яростными защитниками ценностей западной культуры, сторонниками западного общества.

Западная культура наиболее полно выражается в мировоззрении индивидуализма. Как мы не раз констатировали в своей работе, данная идеология чужда действительному личностному развитию индивидов. Противопоставление личного начала общественному уводит человека от его самости, от человеческой сути. Являясь социальным существом, человек развивается лишь в той мере, в какой развиваются те общественные отношения, в которых он задействован.

На мировоззрение студенчества оказывает влияние молодежная субкультура, истоки которой находятся в 90-ых гг. Для современной молодежи особенно характерно внешнее, показное разнообразие, когда, желая выделиться из серой массы, молодые люди красятся в разные цвета. В заключение параграфа были приведены типы студентов, которые могут быть выделены в нашем институте – Институте управления, экономики и финансов. В данной классификации явно прослеживается влияние западной культуры, в целом, и молодежной субкультуры, в частности.