Геоморфологическая характеристика

Геоморфологический облик Южного Урала (при сравне­нии со Средним) отличается большим разнообразием. И. П. Ге­расимов (10) выделяет на востоке полосу грядово-лощинного вулканогенного рельефа от Магнитогорска до Кыштыма, к западу от нее район сопочно-хребтового (горы Юрма, Таганай, Уреньга и Уралтау) и район увалисто-хребтового рель­ефа (хребты у оз. Зюраткуль, Сука, Зигальга, Нары и др.). Последние два района морфологически близки друг другу, но второй из них отличается большей простотой и плавностью очертаний; есть разница и в слагающих горных породах, хотя в том и другом преобладают докембрийские и метаморфизованные (в разной степени) породы. По происхождению тот и другой являются вторичными, образовавшимися из древне-эрозионного грядово-лощинного рельефа после вторичной дефор­мации и платформенного поднятия в эпоху альпийских движе­ний.

И. П. Герасимов не называет Иремель ни в том, ни в дру­гом районе. Его следует отнести в район сопочно-хребтового рельефа, так как вершины в виде сопок весьма характерны для него. Кроме того, рельеф Иремельско-Авалякского поднятия отличается от рельефа хребтов Зигальги, Нургуша, Нары и др. большей сложностью и меньшей плавностью очертаний.

На геоморфологической карте Урала Иремель представ­лен в 4-х обозначениях: верхняя часть от (1300 до 1586) – на­горными террасами, ниже – мезозойской поверхностью вырав­нивания древнейшей, еще ниже (900 – 800 м) – мезозойской поверхностью выравнивания молодой, захватывающей третич­ную поверхность выравнивания; для всех склонов в разной степени характерны курумы, каменные россыпи.

Таким образом, указанная карта показывает унаследован­ный от древнего времени рельеф денудационных поверхностей. В течение первой половины мезозоя древние горы были денудированы и была создана мезозойская поверхность выравнива­ния древнейшая. После поднятий и некоторой деформации в киммерийскую орогеническую эпоху усилившаяся денудация в течение последних эпох мезозоя и в начале палеогена превра­тила среднегорья в низкогорья и создала мезозойскую поверх­ность выравнивания молодую. В неогене Ю. Урал, развиваясь уже в платформенных условиях, испытывает значительные глыбово-сводовые поднятия и усиленную эрозию, и на нижней ступени формируется третичная поверхность выравнивания, примыкающая непосредственно к межгорным долинам совре­менных рек (левобережье р. Юрюзани у склонов Зигальги, правобережье р. Березяка, у склонов Нургуша).

Многие геоморфологи не соглашаются с основным тезисом Б. А. Варсонофьевой, Д. В. Борисяка и других – «Чем выше ярус рельефа, тем древнее его возраст». Не отрицая существо­вания на Ю. Урале поверхностей древней денудации, они счи­тают рельеф гольцовой зоны, расположенной на Иремеле вы­ше 1200м и представленной верхними нагорными террасами и сопковидными каменистыми вершинами, молодым релье­фом. Он возник в позднейшую эпоху в процессе гольцового выравнивания и наложен на более древнюю денудационную поверхность, остаточные коры выветривания которой сохрани­лись лишь в продольных депрессиях.

Нагорные террасы. Самыми характерными чертами в ге­оморфологическом облике Иремельских гор являются плоские поверхности на вершинах, поднимающихся выше границы ле­са, и ступенчатые склоны, представляющие собою как бы ги­гантскую лестницу. Каждая ступень ее представляет более или менее широкую террасу.

Шире и лучше развиты эти ступени – террасы на запад­ных склонах Иремеля, а на северных и восточных они очень уз­кие, местами теряются в нагромождениях каменных глыб, но тоже прослеживаются, так как обычно обозначаются крутым уступом.

Если подниматься на Иремель по Тюлюкской тропе (Сенаторихиной по-местному) через р. Карагайку или по дороге между скалами Сукташа и Жеребчика, то на этих маршрутах по западным склонам можно наблюдать несколько террас. Нижняя широкая терраса находится на высоте горизонталей от 700 до 800 м, с уклоном от 1 до 4°; следующая – на высоте от 900 до 1000 м с тем же уклоном, на ней поднимаются скалы Сукташ (Сундуки) и Синяк.

На северном склоне М. Иремеля следует отметить очень широкую террасу, которая идет от левого берега р. Тюлюк на высоте от 820 до 940м, с уклоном в 1 – 2°, а на северо-вос­токе у горизонталей 1000 – 1050м террасу – седловину меж­ду М. Иремелем и Аваляком.

Выше идут террасы подгольцового и гольцового пояса. В подгольцовом поясе на высоте 1240 – 1260 м расположена терраса между Б. и М. Иремелем, имеющая более 1,5 км в ширину и до 2,5 км в длину с общим уклоном к ЗЮЗ (ме­нее 2°) и напоминающая обширную циркообразную котловину. Она, полого повышаясь к Б. и М. Иремелю, переходит на вы­соте 1300 м в следующую террасу, которая в виде угловатой подковы, открытой на запад, связывает Большой и Малый Иремель. Ближе к Кабану на этой террасе поднимается до 1380 м плосковерхая возвышенность «Залавок», с ярко вы­раженными ступенчатыми склонами и скалистыми стенообразными останцами у южного края. На той же высоте (1350 – 1400 м) к западной подошве Кабана примыкает нагорная терраса северо-западного отрога Б. Иремеля, протянувшаяся почти на 3 км и имеющая в ширину от 0,5 до 1 км. Терраса спокойно, с едва заметными уступами-перегибами понижает­ся на СВ к межгорной седловине (1300 м) и очень крутыми и длинными уступами срезана на ЮЗ и, особенно, на СЗ (300 м высоты на 600 м длины склона.

Самую верхнюю нагорную террасу в гольцовой зоне Ире­меля представляет плоская поверхность Кабана. Она слегка наклонена к западу и югу, вытянута в виде овала с севера на юг на 1 км при ширине 500 – 400 м и сложена более или ме­нее крупными глыбами кварцевых песчаников. Поражает выравненность этой огромной каменной россыпи, нарушаемая выступающими изредка стенообразными скалами из кварце­вых песчаников, оставшимися от прежнего более высокого уровня размытой поверхности.

Большая часть останцов поднимается по восточному краю террасы, обращенному к Тыгынской впадине, и образует своеобразный редкий гребень, продолжающийся на юг до горизон­тали 1100 м. Когда смотришь на этот гребень, продолжаешь мысленно наращивать снятую денудацией вершину (рис. 9). Останцы окружены, особенно с западной стороны, камен­ными россыпями, вернее грудами крупных каменных глыб. Обычно скалы останцов нависают к западу, где основание их вследствие усиленного морозного выветривания у линии мо­розного забоя сильнее разрушено.

Кроме останцов, для микрорельефа нагорной террасы Кабана характерны углубления, называемые каменными кот­лами, и глинистые пятна. Последние имеют диаметр от 60 до 150 см, окружены валиком растительной дернины, а внутри слегка понижены. Кроме глины, на них много мелкой щебен­ки из глинистых сланцев и кварцевых песчаников. Происхож­дение этих глинистых понижений объясняется выпиранием (извержением) прорывающегося при замерзании глинистого плывуна. Л. Н. Тюлина (29) при объяснении этого явления указывает еще в качестве фактора вечную мерзлоту, кото­рая, однако, на Кабане не установлена. Для излияния плы­вуна на поверхность при замерзании и растрескивании свер­ху достаточно того, что он подстилается каменными глыба­ми: глинистая масса находит выход и прорывается вверх, в сторону наименьшего сопротивления.

Каменные котлы на Кабане имеют в диаметре до 2 – 3 м глубину до 60 – 70 см, овальную или круглую форму. Дно их лишено мелкозема, сложено камнями; в дождливое время в некоторых котлах стоит вода, что и дало повод мало осведом­ленным людям говорить об озерах на вершине Иремеля. Кот­лы представляют дальнейшую стадию размыва глинисто-щебнистых пятен: вода выносит глинозем в глубину камен­ной россыпи или в боковые отверстия, и происходит неболь­шая осадка каменных глыб вниз.

1 9

Для Кабана характерна асимметрия склонов. Северный склон менее крутой, но более длинный, чем западный, имеет высоту от подошвы около 270 м, а западный 180 – 190; южный склон хорошо террасирован и заканчивается широкой террасой между горизонталями 1300 – 1200 м. Большой кру­тизной и длиной отличается восточный склон. Он не имеет ясно выраженных террас, обозначенных здесь лишь небольшими карнизами, и без перерывов падает к долине р. Тыгына до уровня 1050 – 1000 м, т. е. этот склон имеет почти 600 м вы­соты и сливается со склоном всего центрального пентПЛЛЫЮГО ?.:.'::\"-.:яа Б. Иремеля. Поэтому при обзоре Иремеля со стороны Аваляка главная вершина кажется очень высокой и массивной (рис. 10), а форма огромной скирды (стога) исчезает. Север­ный склон представляет почти сплошную осыпь из крупных глыб кварцевых песчаников. Выходы коренных пород в виде останков встречаются у подошвы, ближе к долине Тыгына, у горизонтали в 1000 м и. как указано выше, вдоль восточ­ного края вершины, в ее гребне.

Нагорные террасы, расположенные на высотах от 1400 до 1300 м, более обширны. Геоморфология их характеризуется в основном теми же чертами. Наиболее близка по своему облику к нагорной террасе Кабана плоская поверхность Залавка: для ее микрорельефа характерны выходы глинистых сланцев у бровки северного края в виде торчащих пачек заостренных аспидных пластин, а у бровки южного уступа, обращенного к Тыгыну, как и на Кабане, мощные останцы из кварцевых песчаников (рис.11); характерны также глинистые пятна и каменные котлы.

Рис. 11. Останец у южного уступа Залавка.

Склоны «Залавка», особенно северные, представлены двумя четко выраженными, сравнительно узкими террасами. Они сложены выровненными каменными россыпями из квар­цевых песчаников, размеры глыб увеличиваются кверху, к бровкам уступов (рис. 12). На террасах уже есть растительность – мхи, лишайники, стелющийся можжевельник, неболь­шие елочки.

Терраса, примыкающая к западному склону Кабана на уровне 1100м и покрытая в большей части моховой тундрой, представляет водораздельную поверхность. Для ее микро­рельефа, кроме стенообразных скалистых останцов, глинис­тых пятен и каменных котлов, характерны еще нивальные формы рельефа. Они приурочены к западной и северной подошве Кабана: здесь долго, до половины июля, залеживают­ся снежники (рис. 13).

Эти формы представлены своеобразными нишами, корообразными понижениями — логами с более крутой каменис­той тыльной стенкой высотой от 1 до 2 – 3 м. Размеры округ­ленных понижений различны – от 5 до 15 м в поперечнике. Все процессы, связанные со снежниками – морозное вывет­ривание, солифлюкция и эрозия, протекают здесь, в камен­ном материале, иначе, чем в рыхлых породах – медленнее, но сущность их та же. Процесс оползания и обваливания грунта здесь заменяется передвижением каменного материа­ла сверху вниз. Калиги у снежника, не считая свалившихся, •лепыпе по размерам, а в лотковой части появляется щебенка. Мелкозем выносится (из под снежника вниз по склону, где продолжением котлообразного лога является русло водного потока, в г.пдс промоины шириной до Г>0- (50 см. На дне про-V!!''!';)¹] оби;)/к;к'I ея каменная рассыгп,. встречаются каменные котлы и ступенчатые пороги.

Рис. 13. Ц|фкоо'ф;!.^1Ы!! ло! v семерс -:.ап,-]дпо;"; , одппшы Каб;м.ч

Промоины обозначаются среди моховой тундры растительностью из высоких трав с широкой листовой пластинкой.

Нагорная терраса М. Иремеля – наиболее обширная, протянулась на 4 км с 3 па В и имеет общий наклон к Ю и ЮЗ в пределах высот от 1325 до 1275 м. Она представляет тоже водораздельную поверхность между водами, стекающими в рр. Тюлюк, Карагайку и Тыгын. Микрорельеф её характери­зуется теми же чертами, что и соответствующая ей терраса Б. Иремеля, но здесь больше каменных котлов и они круп­нее по размерам и глубже.

На этой террасе поднимается пять куполовидных сопок, представляющих вершины М. Иремеля и имеющих относи­тельную высоту в пределах 100 м. Они состоят из каменных россыпей и венчаются обычно в своей верхней части скалис­тыми останцами из кварцевых песчаников (рис.14).

Рис. 14. Каменная россыпь с останцами на М. Иремеле

Крайняя восточная сопка-вершина М. Иремеля отделе­на от вышеуказанных понижением и поднимается на террасе, расположенной на высоте 1150 м, уже в пределах лесной зоны, переходящей в подгольцовый пояс. Она характеризует­ся выровненной каменистой площадкой со стенообразными скалистыми останцами (рис. 15). С этой вершины открывает­ся прекрасный обзор Иремеля с СВ, ясно видны все основные нагорные террасы, образующие гигантскую лестницу к Кабану (рис. 16).

Указанная нижняя нагорная терраса между горизонта­лями 1100 – 1200 м хорошо выражена не только в северо-вос­точном отроге Иремеля, но и в юго-западном и северо-запад­ном. Необходимо отметить, что и здесь на ней поднимаются такие же каменистые горки-сопки, имеющие относительную высоту в пределах 50 – 70 м.

Таким образом, рельеф в гольцовом и подгольцовом поясе представлен: а) водораздельными поверхностями в виде горизонтальных или слабо наклоненных площадок и нагорных террас, б) плоскими горными вершинами и усечен­ными сопками с возвышающимися на тех и других стенообразными скалистыми останцами и в) ступенчатыми склона­ми, которые покрыты подвижными каменными россыпями – «курумами». Из форм микрорельефа характерны глинистые пятна, каменные котлы на террасах, небольшие лога, карообразные понижения и промоины у подошвы Кабана и на склонах террас.

Вопрос о происхождении рельефа нагорных террас в голь­цовом поясе спорный и решается по-разному, в зависимости от взглядов на после варисцийскую историю тектонического развития Урала, о чем было сказано выше. Существо спора заключается в следующем.

Сторонники теории «предгорной лестницы», сводя разви­тие Ю.Урала к многократным эпейрогеническим поднятием, считают, что каждое поднятие было зафиксировано путем раз­мыва формированием плоских слегка наклонных террас, и чем выше терраса, тем она древнее. Сторонники теории после-варисцийских глыбовых дви­жений на Ю. Урале считают, что до середины третичного периода вырабатывалась еди­ная денудационная поверх­ность, а после платформен­ного поднятия Ю. Урала в эпоху альпийского орогенеза, выразившегося в волнообраз­ном короблении поверхности среднегорного антиклинория, в верхнем ярусе его форми­руете молодой рельеф голь­цовых нагорных террас.

Существует несколько раз­личных взглядов на причины образования гольцовых тер­рас: результат поступатель­ных движений осыпей, мо­розное выветривание, воз­действие атмосферных аген­тов на горизонтальные струк­туры, совместное влияние снежного покрова, морозного выветривания, вечной мерз­лоты и солифлюкции и др. Н. В. Башенина (2), анализируя эти взгляды, считает, что в каждой из этих теорий указана одна из многих причин, действующих совокуп­но и составляющих сложный процесс «гольцового выветривания», и приурочивает его к четвертичному времени и современной эпохе. При этом она справедливо указывает, что основные причины (вер­нее предпосылки) возникновения гольцовых террас кро­ются в первичной морфоло­гии гор, в структуре, слоистости горных пород, в неравномерности распределе­ния наносов и вечной мерз­лоте.

С. Г. Боч и И. И. Краснов. (7) называют этот сложный процесс «гольцовым выравниванием», указывая этим терми­ном на конечный результат, и определяют его как совокуп­ность ряда процессов: морозного выветривания и сдвига, гравитационных движений в форме солифлюкции, снежного выветривания (нивации), делювиального сноса и выравнива­ния (планации) материала мелкими непостоянными ручей­ками (микрогидрография). Это определение более точное и оно обосновано многолетними наблюдениями в различных районах горного Урала. Главным фактором гольцового вы­равнивания является климат, в силу чего оно действует не только на Северном Урале, но и на Южном – в его верхнем, гольцовом поясе.

Приведенная авторами схема гольцового выравнивания раскрывает сущность процесса и она вполне применима к Иремелю, подтверждается нашими наблюдениями (рис. 17).

На горных склонах Иремеля выше 1100 – 1200 м, в услови­ях субполярного климата и резких колебаний температур, на первичных неровностях и неровностях, образованных поздней­шей третичной деформацией поверхности, в результате мороз­ного выветривания началась выработка небольших площадок. Наиболее интенсивное выветривание происходит у «линий мо­розного забоя», т. е. линий перелома склона при переходе об­рыва в пологий склон, крутой склон разрушаясь попятно от­ступает. Измельченные камни передвигаются от подножий по уклону, образуя каменные россыпи.

В результате гравитационного растекания обломочного материала нивелируется линия морозного забоя и выравни­вается поверхность площадки. Развиваются полого-горизон­тальные площадки, ограниченные уступами, крутизна кото­рых поддерживается активным морозным выветриванием вдоль линий морозного забоя. Горизонтальные поверхности (с небольшим наклоном) постепенно расширяются за счет разрушения и накопления обломочного материала внизу за линией морозного забоя и, особенно, за счет попятного отсту­пания склона «на себя».

На основе этой конкретизированной схемы можно счи­тать, что вершины Кабан, М. Иремеля и «Залавок» представ­ляют собою усеченные, остаточные горки типа «тумпов» на С. Урале, что они снижаются под действием морозного вывет­ривания и «миграции» обломочного материала (солифлюкации) и еще интенсивнее «срезаются» со стороны уступов, ко­торые отступают и постепенно сближаются между собой. Стенообразные останцы, окруженные каменными россыпями, яв­ляются свидетелями прежнего более высокого уровня указан­ных «горок». За счет накопления обломочного материала об­разовались у линий морозного забоя аккумулятивные проме­жуточные террасы на ступенчатых склонах «Залавка», Кабана и др. Они будут расшириться за счет срезания верхней плоскости вершин.

Конечно, наряду с этими процессами гольцового вырав­нивания, представляющими фактор площадной денудации, происходит вертикальное расчленение под действием эрозии и парообразования. В результате этих двух противоречивых факторов рельеф выравнивается и снижается еще быстрее.

Разрушение останцев происходит очень быстро. С. Г. Боч и И. И. Краснов наблюдали на С. Урале случаи полного раз­рушения их за 15 – 20 лет. Останцы на Иремеле и Зигальге, за которыми велись нами наблюдения в течение последних 8 лет, заметно разрушились за это время.

Нагорные террассы, расположенные между Б. и М. Иремелем в подгольцовой зоне, следует отнести по вышеприведенной схеме к погребенным неактивным террасам, так как каменная выравненная россыпь уже покрыта почти сплошным раститель­ным покровом, процессы гольцового выравнивания затухли и преобладают процессы эрозии. Это межгорное понижение пред­ставляет обширный водосбор, здесь зарождаются многочислен­ные ручьи, питающие р. Карагайку, многоводный приток р. Тюлюка. Они прорезали вогнутую и наклонную к западу террасу многочисленными рытвинами — своеобразными русла­ми а виде узких, часто скрытых в траве извилистых канав. На дне последних обнажается каменная россыпь, слагающая по­гребенную террасу.

Для ее микрорельефа характерны еще небольшие переги­бы – уступы и незначительные каменные россыпи, несколько возвышающиеся в своей средней части над окружающей мест­ностью; но ближе к «Залавку» встречаются россыпи с пониже­нием в средней части, напоминающие каменные котлы. Стелю­щийся можжевельник, осока и мхи наступают на остаточные россыпи со всех сторон и постепенно, по мере накопления мелкозема между камнями, закрывают их.

Склоны Иремельских гор (ниже 1100 – 1000м) постепенно выполаживаются и имеют, как правило, вогнутую форму; толь­ко северный склон М. Иремеля, в западной части, остается кру­тым до высоты 800 м. Бровки и уступы террас на нижних скло­нах выражены менее четко, так как они задернованы и покрыты густым лесом. Ступенчатость склонов лучше наблюдается на прогалинах, покрытых лугами.

Наиболее широкая терраса, как указано в начале этой гла­вы, расположена на уровне 700 – 800 м: от северо-западного склона М. Иремеля она тянется на запад к хребту Бахты, отде­ляясь небольшим понижением от его конечного, северо-восточного платообразного поднятия; она же окаймляет нижние скло­ны северо-западного и юго-западного отрогов Б. Иремеля; на севере под Иремелем она прорезана долиной реки Тюлюк, которая отделяет от Иремеля группу возвышенностей, примыка­ющих к г. Ягодной.

Эта подгорная терраса рассматривается на геоморфологи­ческой карте Урала как мезозойская поверхность выравнива­ния молодая, захватывающая третичную.

Развитие рельефа на средних и нижних склонах в совре­менную эпоху определяется, главным образом, процессами эро­зии. Средние склоны на высоте 1000—800 м прорезаны горны­ми ручьями с каменистым руслом. Ниже 700 м узкие долины ручьев расширяются, превращаясь в речные долины, появляются пойменные террасы.

Каменные россыпи. Весьма характерную черту геоморфо­логического облика и вообще ландшафта представляют камен­ные россыпи, хотя в этом отношении Иремель сильно уступает Яман-Тау, где каменные россыпи развиты значительно шире и имеют вид грандиозных каменных рек, далеко врезающихся в горную тайгу.

Состоят они из угловатых валунов, вернее глыб, из квар­цевых песчаников, величиной от нескольких кубических деци­метров до 2-3 куб. метров. На Иремеле они более выветрелые, чем на Яман-тау, края притуплены, поверхность изъедена и покрыта лишайниками. Глинистые сланцы в россыпях на Ка­бане представлены плитами различной величины.

На западных склонах Иремеля, хорошо увлажняемых, по­крытых густым лесом и задернованных, развиты небольшие каменные россыпи. Северные и юго-восточные склоны в верх­ней части представляют сплошные каменные россыпи, врезаю­щиеся в виде каменных языков в лес, что объясняется боль­шой крутизной склонов, более интенсивным действием мороз­ного выветривания и смыва мелкозема.

Самая большая каменная россыпь на Иремеле заполня­ет долину р. Тыгына в ее верхнем течении между Б. Иремелем и южной частью Аваляка. Она протянулась на 6 км в длину, достигая в ширину до 1 км. Среди этой россыпи, про­мывая ее весной и после сильных дождей, течет Тыгын, не­видимый сверху.

Огромная каменная россыпь протянулась вдоль севе­ро-восточного склона М. Иремеля среди заболоченной под­горной террасы. Местные жители вынуждены ездить по этой обнаженной россыпи из крупных кварцитовых глыб (дорога через Аваляк на Керябинское). Трудно представить себе бо­лее тряскую, ужасную дорогу.

Каменные россыпи представляют элювиально-делювиаль­ные образования крупнообломочных продуктов распада ко­ренных пород. Происхождение и развитие их связано с не­ровностями поверхности, выступавшими в виде боковых хребтиков, невысоких гребней, валов, не прикрытых почвенно-растительным покровом. Они были разрушены в резуль­тате морозного выветривания, интенсивно действовавшего в ледниковую эпоху и в нижнем поясе гор.

Наблюдения над каменными россыпями на Иремеле, Зигальге и Таганае подтверждают правильность взгляда, по которому каменные россыпи следует считать «автохтон­ными», т. е. образовавшимися на месте выступавших неров­ностей коренного субстрата. Как правило, во всех более или менее крупных россыпях наблюдается осевая часть, где кам­ни крупнее и лежат выше, чем по краям, и где иногда подни­маются останцы, свидетельствующие о выходе коренных по­род на более высоком уровне. Конечно, некоторая передвиж­ка каменного материала вниз по склону и от оси к краям происходит под влиянием силы тяжести и солифлюкции, но она незначительна.

Каменные россыпи постепенно зарастают от пониженных окраин, где скапливается мелкозем и откуда наступает рас­тительность. Текучие воды, работа которых усиливается вес­ной при таянии снегов и во время сильных дождей, выносят из россыпей мелкозем, регулярно промывают их и таким об­разом задерживают их зарастание.

Скальные города. Своеобразную и живописную форму рельефа Иремеля, а также хребтов Бахты, Нургуша, Зигальги, Машака, Яман-Тау и Аваляка представляют «скальные горо­да». Приурочены они на Иремеле к концевым участкам от­рогов при переходе их в подгорные террасы и речные долины в пределах горизонталей от 800 до 1000м. Таковы скалы у Жеребчика, которыми заканчивается северо-западный отрог Б. Иремеля, на высоте более 1000 м; к ЗЮЗ от них, пример­но в 1 км, поднимаются скалы Сундуки или Суктаж на высо­те от 900 до 1050 м; горы Синяк представляют длинную ска­листую оконечность юго-западного отрога, разделяющую долины рек Синяк и Тыгын, на высоте от 800 до 900 м; ряд скал выступает из леса у юго-восточного подножия Б. Иремеля при переходе в долину Тыгына, у горизонтали 1000 м, и так же на северном склоне М. Иремеля.

Скальные города характеризуют южную широкую око­нечность хребта Зигальги, окаймляя его с юга и юго-запада тоже на высотах от 700 до 900 м. На хребтах Бахты и Нургуш скальные города приурочены, главным образом, к вер­шинам и представляют гребни этих моноклиналей на высотах от 900 до 1000 м, в пределах лесного пояса. Скальные города отличаются от гольцовых вершин Иремеля резким расчлене­нием, большой относительной высотой скал, отсутствием тер­рас и плоских площадок на вершинах, развитием каменных хаосов у оснований (рис. 18).

Как крепости с бойницами, зубцами, башнями и бастио­нами, поднимаются из хвойного леса своей верхней частью скалы Синяка, Суктажа и Жеребчика, что и является осно­ванием назвать их «скальными городами». У основания скал встречаются небольшие площадки, покрытые мощной подушкой зеленых мхов или дерниной. Скалы достигают 40 – 50 м относительной высоты, считая от площадок или верхней части каменной россыпи; многие из них обрываются к долинам в виде отвесных стен высотою до 15 – 20 м. При этом важно отметить, что в каждом скальном городе (Синяк, Сукташ) вершины большинства скал срезаны под один уровень, что свидетельствует о происхождении их путем расчленения об­щей денудационной поверхности.

Рис. 18. Скальный город в юго-западном отроге Б. Иремеля

Для многих скал характерно нависание над грудами ка­менных глыб, что объясняется более интенсивным действием морозного выветривания у подножья скал, т. е. у линии морозного забоя; разрушается основание скалы и из него выпадают глыбы. Это ведет к тому, что скала в конце концов рушится и падает в виде крупных глыб, увлекающих за со­бой более мелкие и создающих таким образом беспорядочное скопление каменных глыб, хаосов. Последние труднопрохо­димы, а составляют они по площади большую, основную часть скальных городов. Можно сказать, что скалы лишь вен­чают эти огромные хаосы.

Образование скальных городов объясняется прежде все­го тектоникой и литологией, а потом экзогенными фактора­ми – процессами морозного выветривания и эрозии.

Неравномерные платформенные поднятия в неогене вызвали деформацию древней денудационной поверхности и ее расчленение: краевые части отрогов отделились от горного массива понижениями, по которым водотоки стремились к межгорным долинам. В последующем главным фактором своеобразной скульптуры скальных городов явилось мороз­ное выветривание, интенсивно проявлявшее себя в эпоху оле­денения. Трещины расширяются, превращаются в ущелья, песчаники разрушаются по вертикальным плоскостям, обра­зуются огромные столбчатые скалы, в виде зубцов, ба­шен и т. п.

От плоской общей поверхности древнего выравнивания не осталось других следов, кроме общего уровня высоты скал, что особенно ярко выражено на Сукташе и Синяке. Кстати, слово Сукташ (сук-таш) переводят «разбитый камень», и оно очень верно определяет геоморфологическую сущность этого скального города.

В современную эпоху процесс морозного выветривания в нижнем поясе гор проявляется менее интенсивно благодаря менее суровым климатическим условиям, густому лесу и ус­тойчивому снежному покрову, и разрушение скал, их снижение происходит значительно медленнее, чем в гольцовом поясе.