60. Принцип реального исполнения обязательств.

Принцип реального исполнения выражается в требовании исполнения обязательства в натуре. Должник обязан совершить в пользу кредитора именно те действия, в которых последний заинтересован. Брагинский предлагает все имущественные меры понуждения к реальному исполнению обязательства подразделить на меры, обеспечивающие реальное исполнение обязательства и меры, выражающие реальное исполнение обязательства. Первые косвенным образом обеспечивают исполнение обязательства, к их числу относятся способы обеспечения исполнения обязательства, некоторые меры процессуального характера (наложение судебных штрафов, арестов на имущество и денежные средства должника). Меры, выражающие реальное исполнение обязательства, напрямую обеспечивают исполнение обязательства.

При ненадлежащем исполнении обязательства возмещение убытков или уплата неустойки не освобождает должника от исполнения обязательства в натуре. Напротив, если исполнение по обязательству не начиналось, то возмещение убытков или уплата неустойки полностью освобождают должника от исполнения обязанности в натуре. Объясняется это тем, что при ненадлежащем исполнении обязательства неустойка и убытки определяются исходя из неисполненной части обязательства, и поэтому они лишь частично компенсируют потери кредитора от нарушения обязательств. Если же обязательство должником вообще не исполнено, то неустойка и убытки исчисляются исходя из полного объема обязательств. В этом случае уплата неустойки и возмещение убытков полностью компенсируют кредитору его потери, а значит, интересы кредитора удовлетворяются и без исполнения обязательства в натуре. Следует иметь в виду, что действие принципа реального исполнения обязательства может быть расширено, сужено, либо совершенно отменено в законе или договоре. Принцип реального исполнения не применяется, если кредитор отказался от принятия исполнения ввиду утраты к нему интереса, а также, если стороны заключили соглашение об отступном.

В случае неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь в собственность, в хозяйственное ведение или оперативное управление или в возмездное пользование кредитору, кредитор вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передаче кредитору на предусмотренных обязательством условиях. Очевидно, что право отобрания вещи должно принадлежать и кредитору, имеющему имущество на ином вещном праве, например, на праве самостоятельного распоряжения. Перечисленные в ст. 398 ГК РФ обязательства имеют единую черту – все это обязательства по передаче вещи. Именно обязанность должника передать вещь кредитору дает последнему праву требовать отобрания вещи. При этом как передается вещь: возмездно или безвозмездно и на каком праве кредитор будет ею владеть после предоставления ему этой вещи, в сущности, не имеет значения для применения положений данной статьи.

Если по поводу одной и той же вещи существует несколько обязательств по ее передаче, кредитор вправе требовать отобрания вещи лишь тогда, когда вещь еще не передана другому лицу в собственность, хозяйственное ведение или оперативное управление. Очевидно, что в этом проявляется принцип приоритета вещно-правовых полномочий над обязательственными. Однако данный принцип выдерживается не до конца. Если следовать содержанию данной нормы право отобрания вещи сохраняется у лица и тогда, когда в силу соглашения другой кредитор уже стал ее собственником, однако вещь еще не была ему передана.

Следуя буквальному толкованию данной нормы, право отобрания также сохраняется у кредитора, если вещь была передана другому лицу в возмездное пользование. Это было бы справедливо, если бы сталкивались интересы кредиторов в разных обязательствах, например, интересы одного, вытекающие из договора купли-продажи вещи и интересы другого, вытекающие из договора аренды. Как известно, смена собственника не ведет к прекращению обязательства, основанного на договоре аренды. В таком случае интересы обоих кредиторов не нарушались бы. Если же между собой сталкиваются интересы двух арендаторов, одному из которых вещь уже передана в пользование, то налицо пробел закона. Очевидно, что в такой ситуации интересы кредитора несомненно нуждаются в защите.

Если вещь еще не передана другом лицу на праве собственности, хозяйственного ведения, оперативного управления, то преимуществом в праве отобрания вещи пользуется тот кредитор, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить – тот, кто раньше предъявил иск. Вместо предъявления требования о передаче вещи, являющейся предметом обязательства, кредитор вправе требовать возмещения убытков.

Иначе осуществляется принцип реального исполнения в обязательствах по выполнению работ, оказанию услуг. В обязательствах такого рода невозможно понудить должника к исполнению вопреки его воле. Поэтому в случае неисполнения должником обязательства изготовить и передать вещь в собственность, в хозяйственное ведение или в оперативное управление, либо передать вещь в пользование кредитору, либо выполнить для него определенную работу, или оказать ему услугу, кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену, либо выполнить его своими силами. Кредитор вправе поручать исполнение третьим лицам или выполнять обязательство своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства. В юридической науке высказано мнение о том, что кредитор вправе прибегнуть к исполнению обязательства третьими лицами либо выполнить его своими силами не только в случае неисполнения обязательства должником, но и в случае его ненадлежащего исполнения. Однако в последнем случае такое право возникает у кредитора только тогда, когда требование кредитора о надлежащем исполнении обязательства не было исполнено должником в разумный срок. Кроме того кредитор вправе требовать возмещения должником понесенных необходимых расходов и других убытков.