Три главных вопроса

Борьба между чиновниками и путешественниками идет с переменным успехом. Чиновники постоянно придумывают новые бюрократические препоны и требуют новые справки, а путешественники учатся эти препоны преодолевать и справки «делать». В разных посольствах есть разные формы анкет и требуются различные виды документов. Но есть и общие принципы.

Прежде чем подавать документы на визу, нужно четко и ясно ответить на три главных вопроса: 1. Зачем собираетесь ехать именно в эту страну? Действительно, стран в мире так много, что у любого американского, например, консула поневоле возникает вопрос: «И зачем вам ехать в США, а не, скажем, в Монголию?» Ссылки на желание посмотреть Большой каньон или Йеллоустоунский национальный парк звучат неубедительно. Значительно с большим доверием относятся к желанию навестить друзей (желательно не из бывших россиян, а из «настоящих» американцев), побывать на научной конференции, принять участие в обмене студентов или поработать по программе Camp America.

2. А есть ли деньги на поездку? Причем речь идет не о том, сколько денег нужно на самом деле, а о том, сколько их должно быть у туриста, по мнению чиновника (в несколько раз больше, чем тратит настоящий путешественник). В качестве доказательства финансовой состоятельности можно использовать справку с места работы с зарплатой от 600 $ в месяц (если на вашей работе не дадут такую справку, то нужно искать место, где ее смогут «сделать»); документы на недвижимость (квартира или хоть какой-нибудь участок земли), об обмене валюты (всегда можно купить в любом обменном пункте за разницу между курсами покупки и продажи).

3. А есть ли зачем возвращаться в Россию? Мало доказать, что у вас есть возможность съездить за границу, не менее важно доказать, что есть причины оттуда возвращаться. В английском посольстве, например, всегда с большим подозрением относятся к тем, кто признается в своей особой любви к Англии, да еще и демонстрирует чересчур хорошее знание английского языка. А захочет ли такой человек возвращаться назад? Чувство патриотизма и любовь к «дыму отечества» — для консульских работников недостаточно весомые аргументы. Значительно большее доверие у них вызывают наличие хорошей (читай, высокооплачиваемой) работы, близких родственников, которые на период вашей поездки могут рассматриваться в качестве «заложников»; необходимость закончить учебу в престижном вузе (а в перспективе получить высокооплачиваемую работу!). Если ничего этого нет, то можно упирать на многочисленные визы и штампы в загранпаспорте — есть шанс, что человек, неоднократно бывавший за рубежом, но все время возвращавшийся назад, вернется в Россию еще раз.

Почему-то процесс получения виз постоянно навевает шпионские или даже полу уголовные ассоциации. Как и там — мало спланировать «идеальное преступление», нужно еще, чтобы тщательно рассчитанный план не рухнул из-за какой-нибудь мелочи. После того как я убедился в том, что у российских путешественников больше шансов попасть в Австралию не с туристической визой, а с бизнес-визой, все мои друзья и знакомые, рвавшиеся на Пятый континент, стали скрывать свой интерес к путешествиям и косить под «бизнесменов». Один из них, Григорий К., списавшись с Австралийским географическим обществом, получил приглашения на «чтение лекций». Прежде чем идти в посольство, он сделал справку о том, что на его банковском счету чудесным образом сохранились и даже многократно умножились все деньги, которые он когда-либо зарабатывал в своей жизни. Не составило труда сделать и справку о том, что, работая менеджером в фирме «Рога и копыта», он получает каждый месяц еще по 800 $. В качестве офисного телефона был дан его домашний номер. Родители были должным образом проинструктированы — как и что отвечать, если позвонят из австралийского посольства. Но звонок, как всегда, раздался неожиданно.

Трубку взяла мать Григория, жарившая на кухне котлеты. Услышав, что звонят из консульства, она сразу же забыла, что нужно говорить, и бросила трубку. Когда перезвонили, трубку взял отец. Он положил перед собой инструкцию и четко ответил на все вопросы. Его поблагодарили и напоследок попросили представиться. Он начал говорить свою фамилию «Ку...» и тут вдруг осознал, что это прокол — это же и фамилия его сына, которого он только что расписывал как одного из своих ценных работников. К счастью, он успел вовремя перестроиться и сменил окончание фамилии.