(В) Вербальное определение не должно иметь логического круга.

Это означает, что определяющий термин не должен ни прямо, ни косвенно (через другие его определения) содержать определяемый термин. Такое определение ведет к познавательному тупику: неясное (определяемое понятие) предполагается разъяснить через это же самое понятие. Например, если вращение определить как движение вокруг своей оси, а ось – как прямую, вокруг которой происходит вращение, то получится круг в определении (определяемый термин "вращение" входит в определяющий термин). Круг такого рода не возникает в индуктивных или рекурсивных определениях¹⁰, очень широко применяемых в логике и математике.

В проблемной ситуации круга в определении имеются и тонкости. Речь должна идти именно о термине, который может выражаться словосочетанием, а не об отдельных словах этого словосочетания. К тому же смысл определяемого термина должен быть точно такой же, когда он входит в определяющий термин. Поясним эту ситуацию на примере.

Допустим, дано определение логики как науки о правильном мышлении, а правильное мышление определяется как мышление по правилам логики. Тут определяемым термином является слово "логика" и это же слово входит в словосочетание, выражающее определяющий термин "правила логики". Но в этом вхождении слово "логика" не является самостоятельным термином. Оно просто входит в словосочетание, выражающее термин "правила логики", который, однако определяется без всякой опоры на термин "логика". Его значение определяется заданием системы правил, не требующих знания того, что такое логика, поэтому в данном определении никакого логического круга нет, хотя внешне кажется, что он имеется.

(Г) в определении определяемый термин (тот, который определяется) и определяющий термин равнообъемны.

Вообще говоря, это тривиально следует из самого понятия об определении. Если мы не знаем смысла или значения определяемого термина, но знаем смысл или значение определяющего термина, а затем говорим, что первый термин имеет тот же смысл или значение, что и второй, то ясно, что у этих терминов будут одинаковые объемы. Сомнения в равнообъемности определяющего и определяемого терминов возникают тогда, когда имеется остенсивное определение определяемого термина, а помимо этого ему дается еще и вербальное определение. Вот тогда бывает неясно, тот ли самый объем будет иметь определяемое понятие в результате вербального определения.

Например, на основе примеров (т.е. остенсивного определения) мы знаем объем термина "человек". А потом решаем дать этому термину вербальное определение. В начале, допустим, мы определяем человека как животное. Однако мы уже знаем объем последнего термина и видим, что объем термина "животное" шире объема термина "человек". В виду этого сразу можно сказать, что такое определение не годится. Тогда даем другое определение: человек – это разумное животное. Так как мы убеждены, что объем определяющего термина "разумное животное" тот же самый, что объем остенсивно определенного термина "человек", то вербальное определение дает такой же объем определяемого понятия, какой оно имеет при остенсивном определении, и поэтому мы можем принять это вербальное определение. Во всяком случае, не отвергать его как неравнообъемное.

Существуют и другие логические требования к определению, нарушение которых ведет к познавательной непригодности определений. О них можно прочитать в учебниках по логике¹¹.