Нейропсихологическое обследование двигательной сферы.

Обследование двигательной сферы начинается с изучения нарушения или сохранности общих характеристик движений ребенка. Следует отмечать:

1. Общую подвижность

2. Устойчивость, неустойчивость походки

3. Координацию движений

4. Скорость

5. Плавность

6. Переключаемость

7. Ритмику

8. Умение двигаться под музыку.

Затем исследуется предметно-бытовые и предметно-игровые навыки: а) спонтанные действия ребенка с предметами (в игровой деятельности), б) произвольные действия с предметами по речевой инструкции «возьми кубик», «поймай мяч», «посмотри в окно», в) без речевой инструкции по подражанию. Затем исследуется произвольная форма разных видов праксиса. В этой части изучаются все виды праксиса. Тесты на выполнение предметных действий и их количество предлагаются с учетом возраста ребенка. Все тесты выполняются по показу и по подражанию. Дается вербальная инструкция и показывается нужное действие рук. В необходимых случаях дополнительно применяются пробы либо облегчающие, либо затрудняющие выполнение теста, что позволяет уточнить механизм нарушения и найти зону ближайшего развития ребенка.

Исследуются все виды праксиса – динамический, праксис позы, пространственный, конструктивный. Любое предметное действие может быть выполнено при условии, если с разных участков мозга поступают соответствующие импульсы в ответ на задачу – взять предмет, поднять или опустить руку и т.д. каждый участок мозга вносит свое специфическое участие в организацию полноценного предметного действия. Эта функциональная система, состоящая из различных афферентаций, всегда направлена на выполнение задачи. Повреждение какого-либо участка мозга, или его недоразвитие ведут к нарушению всей функциональной системы и предметное действие нарушается, но всякий раз по-разному, и это зависит от того, какой участок мозга поражен. Последнее можно узнать, если проанализировать ошибки выполнения тестов.

Праксис позы – направлен на исследование кинестетических ощущений, участвующих в движениях, которые обеспечиваются теменными зонами коры головного мозга.

Динамический праксис – исследуется динамическая организация действий, их последовательность, способность к переключению с одного действия (или элемента) на другое. Эта составляющая движения обеспечивается задне-лобными отделами коры левого полушария. Динамическую организацию движения обеспечивают и глубинные отделы мозга, которые обеспечивают совместную работу обоих полушарий. Для исследования состояния этих зон мозга используется тест на реципрокную координацию движений.

Пространственный праксис – его исследование дает возможность судить о сохранности (или нарушении) пространственной и сомато-пространственной организации предметных действий, выполнение их в пространстве. Эта составляющая двигательного акта обеспечивается работой теменных и теменно-затылочных зон коры мозга и совместной деятельностью пространственного, слухового, вестибулярного анализаторов.

Конструктивный праксис – также направлен на исследование сформированности пространственного восприятия и оптико-пространственных действий (теменно-затылочные зоны мозга).

Тесты	Материал	Инструкция	Анализ симптомов (ошибок)
Праксис позы кисти руки	Тест на кинестетическую организацию предметных действий. Вытянуть вперед 2-й и 5-й пальцы (коза), 2-й и 3-й пальцы (ножницы), 2-й палец. Сделать кольцо из 1-го и каждого следующего пальца.	По образцу – «делай как я» По словесной инструкции – «вытяни 2-й и 5-й пальцы» и т.д.	Первичные ошибки – не дифференцируются 1-й и 5-й пальцы, трудности при попытке сделать кольцо, поиски поз, перебор пальцев в поисках нужной позы, ухудшение выполнения проб с закрытыми глазами и др. – говорят о дисфункциях кинестетического анализатора, теменных отделов мозга.
Динамический праксис	Тест на динамическую организацию двигательного акта Кулак-ребро-ладонь; Ладонь-кулак-ребро (повторить 2 раза, затем ребро- ладонь – кулак Последовательное касание стола 1-м, а затем 2-м пальцем; 1-м, а затем 5-м пальцем (1-2, 1-5) и т.д., и так менять позы несколько раз. Графическая проба «забор»	По образцу: «Посмотри, как делаю я и повтори» По словесной инструкции: «Сделай кулак-ребро-ладонь и т.д. Слушай меня и делай так, как я говорю: 1-й палец, затем 2-й палец, теперь убери его; 1-й палец – 5-й, 1-й – 2-й палец; 1-й – 5-й … Продолжай рисовать «забор» по образцу, не отрывая руки П/\П/\	Первичные ошибки: А) персеверации; Б) трудности переключения с одного элемента на другой; В) замедленность выполнения действия; Г) трудности запоминания программы (путание последовательности движений внутри серии) и др. В графической пробе может инертно повторяться один из элементов, трудности переключения с одного элемента на другой, персеверации. Ошибки в этих двух тестах говорят об инертности в двигательной сфере и о заинтересованности в патологии задне-лобных отделов левого полушария мозга
Реципрокная координация	Тест на динамическую организацию двигательного акта. Смена рук с одновременным сжиманием одной кисти в кулак и разжиманием кулака другой кисти	«Делай как я». Положить кисти рук ладонями вниз, попеременно сжимать в кулак одну руку, при этом разжимать другую, менять позы (кулак-ладонь); обязательно одновременное и плавное переключение	Исследуется динамическая организация движений, но протекающая на более низком уровне строения мозга – это поражение мозолистого тела. При этой локализации поражения мозга распадается координированное движение рук.
Пространственный праксис	Тест на пространственную и сомато-пространственную организацию движения рук. Пробы Хэда. Одноручные пробы: 1) кисть руки к подбородку, пальцами касаясь подбородка 2) пальцами наружу. Двуручные пробы: кисть руки накладывается тыльной стороной на тыльную сторону кисти другой руки 3) к вертикально стоящей ладони одной руки приставить перпендикулярно ладонь другой руки, смена рук.	По образцу: «Делай как я».	Ошибки: замена правой руки на левую; Ошибки пространственного расположения рук; Путание левой и правой стороны и др. – связаны с дефектами движений рук в пространстве, с нарушением пространственного гнозиса: дисфункция теменно-затылочных отделов мозга.
Конструктивны праксис	Тест на исследование пространственного гнозиса, восприятия пространства. копирование фигур, сделанных из палочек. Спичек педагогом в том же пространственном расположении. Копирование геометрических рисунков пространственно ориентированных	По образцу	Ошибки пространственного характера: ребенок неправильно располагает палочки внутри фигуры, путая правое и левое, низ и верх, иногда не может воспроизвести всю фигуру. Это может говорить о недоразвитии затылочных и теменно-затылочных отделов мозга.
Оральный праксис	Артикуляторный аппарат – губы, язык. надуть щеки; оскалить зубы; поцокать языком; вытянуть язык; вытянуть губы в трубочку подудеть, посвистеть	По образцу: Те же или другие движения по речевой инструкции: «Надуй щеки», «Посвисти» и др.	Элементы оральной апраксии встречаются при поражении нижних отделов сенсо-моторной зоны и теменно-височных отделов, прилегающих к ней.
Символический праксис	Погрозить; Попрощаться (рукой); Сдуть пушинку с ладони; Поздороваться; Поаплодировать.	По образцу	Исследуется непроизвольный семантический уровень действий, действий ритуальных. Исследуется подкорковый уровень двигательного анализатора.

Лекция №8

Тема: «Мозговая организация внимания »

План.

1. Психологическое строение внимания.

2. Физиологические индикаторы внимания.

3. Мозговая организация внимания.

Литература.

1. Лурия А. Р. Высшие корковые функции человека и их нарушения при локальных поражениях мозга. – М., 2000. – С. 370 – 378.

2. Лурия А. Р. Основы нейропсихологии. – М., 2002. – С. 256 – 294.

3. Методика диагностического нейропсихологического обследования детей. Л. С. Цветкова. – М., 1997.

4. Сиротюк А. Л. Нейропсихологическое и психофизиологическое сопровождение обучения. – М.,2003. – С. 92 – 96.

5. Хомская Е. Д. Нейропсихология. – М., 2002. – С. 211 – 239.

Внимание. Психологическое строение.

А. Р. Лурия дает такое определение внимания – как фактора, способствующего селективности протекания любых психических процессов, как познавательных, так и аффективно-волевых. Из подобного понимания внимания следует. Что существует несколько форм внимания, соответственно тем процессам, в которых оно реализуется. К этим формам относятся:

• Сенсорное внимание (зрительное, слуховое, тактильное и др.)

• Двигательное внимание, проявляющееся в моторных процессах, в их осознании и регуляции

• Эмоциональное внимание, привлекаемое эмоционально значимыми стимулами

• Интеллектуальное внимание, которое проявляется в интеллектуальной деятельности (внимание к предмету обдумывания, к интеллектуальным операциям, с помощью которых реализуется сам процесс мышления).

Как известно, существуют два самостоятельных уровня внимания: непроизвольный и произвольный. Л. С. Выготский обозначает их как первичное и вторичное, считая, что первичное, непроизвольное внимание – то, с которым ребенок рождается; вторичное, произвольное внимание формируется по мере становления всех других психических функций.

Всякая организованная психическая деятельность человека характеризуется известной избирательностью (селективностью). Из огромного числа доходящих до нас раздражителей человек отбирает лишь небольшое число тех, которые являются наиболее сильными или существенными, соответствующие его интересам, намерениям или стоящим перед ним задачам. Среди различных возможных движений отбираются только те, которые дают возможность достигнуть требуемого результата и выполнить нужную деятельность

Из большого числа следов, хранящихся в нашей памяти, отбираются лишь немногие, соответствующие мнестической задаче и позволяющие осуществить нужную интеллектуальную операцию.

Во всех этих случаях круг возможных ощущений, движений или следов памяти, которые доходят до нашего сознания, резко сужается, вероятность их появления становится неравной, избирательной: одни из них (существенные или новые) начинают доминировать, другие (несущественные или хорошо знакомые) тормозятся.

Эту избирательность (селективность) психических процессов в психологии принято называть вниманием, понимая под ним как тот фактор, который обеспечивает выделение существенных для психической деятельности элементов, так и тот процесс, который поддерживает контроль за четким и организованным протеканием психической деятельности.

Основная задача нового исторического подхода к процессам внимания заключается в том, чтобы преодолеть тот разрыв, который всегда существовал в психологии между элементарным непроизвольными, и высшими, произвольными, формами внимания.

Психология хорошо знает, что признаки элементарного, непроизвольного, внимания, которое привлекается сильными или биологически значащими раздражителями, можно наблюдать уже на первых месяцах развития ребенка. Они заключаются в повороте глаз (а потом и головы) в сторону раздражителя, в прекращении всех остальных побочных видов деятельности, отчетливом комплексе дыхательных, сердечно-сосудистых и кожно-гальванических реакций, которые В. М. Бехтерев назвал рефлексом сосредоточения, а И. П. Павлов – ориентировочным рефлексом. Отчетливые физиологические признаки этого рефлекса, выделяющего наиболее интенсивный или биологически значимый раздражитель и придающего всему поведению организованный характер, можно наблюдать уже у ребенка первых недель жизни – сначала в виде реакции пробуждения, затем в виде фиксации внешнего раздражителя и, наконец, в виде активного поиска раздражителя. Некоторые исследователи наблюдали отдельные физиологические признаки непроизвольного внимания даже у новорожденных, в частности по показателю прекращения ритмических сосательных движений во время предъявления световых раздражителей. Таким образом, наиболее элементарная форма внимания по показателям ориентировочного рефлекса складывается очень рано, что делает ее доступной для объективного изучения.

Кроме поворота глаз и головы в сторону раздражителя в ориентировочный комплекс входят вегетативные и ЭЭГ-реакции – кожно-гальванический рефлекс, изменения ритма дыхания, сужение сосудов периферии при расширении сосудов головы.

Как показали эти исследования, признаки ориентировочного рефлекса предшествуют специфической реакции (например, реакции сужения сосудов на холодовые и расширения сосудов на тепловые раздражители) и являются одним из существенных факторов формирования условного рефлекса, возникновение которого резко замедляется, если его выработка протекает на фоне угашенного ориентировочного рефлекса.

Вегетативные и электрофизиологические показатели ориентировочного рефлекса возникают на первые предъявления раздражителя, но постепенно угасают по мере многократного его повторения.

Существенная особенность ориентировочного рефлекса и его отличие от общей реакции пробуждения заключается в том, что он может принимать высокоизбирательный характер, создавая основу селективного, организованного поведения.

Возникает естественный вопрос, какими путями из этих элементарных ориентировочных реакций, которые некоторые физиологи считают видом врожденного рефлекса, возникает сложнейшая форма произвольного внимания, проявляющаяся в возможности самостоятельно контролировать свое поведение, форма, которую психологи классического периода расценивали как совершенно особое проявление духовной жизни, не имеющее никаких корней в биологических формах жизнедеятельности?

Подход к решению этого вопроса, который укрепился в научной психологии лишь в самый последний период и который был в свое время предложен выдающимся отечественным психологом Л. С. Выготским, впервые позволяет дать научное объяснение и этих сложнейших форм внимания.

Этот подход сводится к признанию того факта, что в отличие от элементарного ориентировочного рефлекса произвольное внимание является по своему происхождению не биологическим, а социальным актом и что его следует расценивать как привнесение в организацию селективности психической деятельности тех факторов, которые являются не продуктом биологического созревания организма, а формируются у ребенка в его общении со взрослым.

Ребенок с самого начала живет в окружении взрослых, и когда мать называет ему один из предметов окружающей среды, указывая на него пальцем, внимание ребенка привлекается к этому предмету и названный предмет начинает выделяться из других независимо от того, является ли он сильным, новым или жизненно важным раздражителем.

Такое направление внимания ребенка посредством общения, слова, жеста определяет принципиально важный этап в развитии новой формы – социальной организации внимания. Из этой формы и родится в дальнейшем наиболее сложно построенный вид организации внимания – произвольно внимание.

Согласно концепции Л. С. Выготского, который впервые указал на социальные корни высших форм внимания, на ранних фазах развития сложная психологическая функция внимания была разделена между двумя людьми: взрослый пускал в ход психологический процесс, обозначая предмет словом или, указывая на него жестом; ребенок отвечал на этот сигнал, выделяя названный предмет своим взором или схватывал его. На последующих этапах развития происходит перестройка этого социально организованного процесса. У ребенка развивается собственная речь. Теперь он уже может сам называть тот же предмет, который выделяет этот предмет из остальной среды и привлекает внимание ребенка. Функция, которая раньше была разделена между двумя людьми, становится способом внутренней организации психологического процесса. Из внешнего, социально организованного внимания развивается произвольное внимание ребенка, представляющее на этом этапе внутренний, саморегулирующийся процесс.

Однако овладение высшими формами произвольного внимания возникает не сразу. Факты, полученные в результате длительного изучения ребенка, показывают, что формирование произвольного внимания претерпевает длительную и драматическую историю и что полноценное, достаточно стойкое социально организованное внимание формируется у ребенка лишь к концу его дошкольного возраста.

Наблюдения показали, что даже простое подчинение словесной инструкции, направляющей внимание на определенный объект, развивается у ребенка далеко не сразу. Побуждающее (или импульсивное) действие словесной инструкции можно наблюдать уже у ребенка первого и начала второго года жизни: мы уже говорили, что на вопрос матери: «где кукла?», «где чашка?» ребенок раннего возраста направляет свой взор к названному объекту или тянется к нему. Но это имеет место лишь в самых простых условиях, а именно в тех случаях, когда во внешнем поле нет иных отвлекающих объектов. Достаточно попытаться воспроизвести этот опыт в других условиях и предложить ребенку «дать куклу», когда рядом с ней (или ближе к нему) лежит другая привлекательная или новая игрушка – рыбка или петушок. В этом случае взор ребенка сначала блуждает между всеми этими предметами и часто останавливается не на названной кукле, а на ярком или новом петушке или лежащей ближе рыбке, и тогда ребенок тянется к новому, яркому или привлекательному объекту и дает его. На этом этапе развития (1 год 6 мес. – 2 года 4 мес.) речевая инструкция еще не может подавить конкурирующие с ней факторы непосредственного «поля». Сформировавшаяся на ранних этапах развития непосредственная ориентировочная реакция на новый, сильный или привлекательный раздражитель легко оттесняет едва начавшуюся складываться высшую, социальную форму внимания. Только к 4,5 –5 годам формируется эта способность подчиняться речевой инструкции, так что вызванная ею связь становится доминирующей и оттесняет влияние всех побочных, отвлекающих раздражителей, хотя признаки недостаточной стойкости высших форм внимания, вызванных речевой инструкцией, могут проявляться еще в течение довольно длительного времени.

К школьному времени произвольное внимание складывается в прочный вид избирательного (селективного) поведения, подчиняющегося уже не только слышимой речи взрослого, но и собственной внутренней речи, этот процесс проходит последовательные этапы формирования в онтогенезе.

Характерно, что к школьному возрасту высшие формы избирательного, организованного при участии речи внимания настолько закрепляются, что оказываются в состоянии существенно изменить не только протекание движений и действий, но и организацию сенсорных процессов.

Один лишь пример может проиллюстрировать это положение.

Е. Д. Хомской удалось наблюдать следующий факт, четко указывающий на возможность с помощью речи воздействовать на сенсорные процессы. Ребенок начального школьного возраста должен был, согласно инструкции, давать двигательную реакцию на светло-розовый цвет и воздерживаться от реакции на темно-розовый цвет. Пока эти оттенки были четко различимы, выполнение этой задачи протекало без затруднений; однако когда они становились едва различимыми, появлялись ошибки, которые достигали 50% и более. Однако если опыт изменялся и ребенку предлагалось словесно оценивать оттенок (говоря «светлый» или «темный»), одновременно давая соответствующую реакцию, точность различения оттенков существенно возрастала, а процент ошибок заметно падал. Включение собственной речи ребенка позволяло выделять дифференцирующие признаки и, по-видимому, повышало различительную цветовую чувствительность, делая двигательные реакции значительно более стойкими. Другие работы Е. Д. Хомской позволяют проследить некоторые внутренние механизмы этого организующего влияния собственной речи ребенка и намечают новый подход к анализу ее роли в построении высших форм произвольного внимания.