III. Сообщение о жанре, композиции поэмы «Кому на Руси жить хорошо»

«Кому на Руси жить хорошо» нельзя назвать поэмой в обычном смысле, но это также и не роман в стихах, это — скорее всего народная эпопея, впитавшая в себя наследие древнерусского былинного эпоса. Герои «Кому на Руси жить хорошо» наделены исконно русскими чертами характеров, они переживают народное горе и народное счастье.

Начало поэмы «Кому на Руси жить хорошо» — с знаменательными названиями губернии, уезда, волости, деревень — приковывает внимание читателя, прежде всего, к бедственному положению народа. Очевидно, горькая доля встретившихся на столбовой дороженьке временнообязанных мужиков и оказывается исходной причиной возникшего спора о счастье как материальном благополучии.

Поспорив, семь крестьян отправляются в дорогу по России в поисках счастливого человека. Отправимся и мы с ними.

Образ широкой дороженьки и открывает первую главу поэмы.

IV. Выразительное чтение начала главы «Поп». Беседа

— Какими художественными средствами пользуется Некрасов, рисуя деревенский пейзаж?

— В чем особенности авторской речи в поэме?

(Противопоставления: широкая дороженька, но песчана и глуха; хороша весенняя природа, но невесело глядеть на поля с бедными всходами. Возникают с первых строк тревожные мысли о народной судьбе, которая переходит в предчувствие надвигающейся беды и неблагополучия. Не случайно картина заканчивается горьким риторическим вопросом: «Какое счастье тут?..»

Авторская речь сливается с крестьянской («Недаром в зиму долгую...») просторечные формы, характерные для народной поэзии — дороженька, березками, копеечка; глава начинается — далеко протянулася; повторы — стоят деревни старые, стоят деревни новые...; краткие прилагательные — нарядны, песчаны, глуха; приемы сказок — обращение к избам как к живому существу; устойчивые синтаксические формы — «как им легко ли, трудно ли...»; малые фольклорные жанры — загадки — «пришла весна — сказался снег...», поговорки — «солдаты шилом бреются...». Авторская речь близка к крестьянской и по интонации, и по синтаксическому строю).

Связь с народным творчеством и живой крестьянской речью придаст стихам подлинно народное звучание, делает поэму близкой и доступной пониманию не только интеллигента, но и слушателя-крестьянина.

Задание.

Сопоставьте строки, где о весне говорит автор, и стихи, где она воспринимается глазами странников-правдоискателей:

Пришла весна — сказался снег!

……………………………..

Вода — куда ни глянь!

Поля совсем затоплены,

Навоз возить — дороги нет,

А время уж не раннее —

Подходит месяц май!

Луга, леса поемные,

Ручьи и реки русские

Весною хороши.

Но вы, поля весенние!

На ваши всходы бедные

Невесело глядеть!

(Сопоставление говорит о том, что сам автор смотрит на мир глазами народа, думает его думами).

— Какую роль играет в поэме описание деревень, природы?

(Авторское описание природы, сел, деревень, через которые идут странники (пейзаж из 2 главы) дается в неразрывном единстве с жизнью крестьянина («жаль бедного крестьянина»). В воображении читателя возникает образ земли, лишенной жизни, - «зелени ни травки, ни листа», «лежит под небом пасмурным», «как мертвец без савана», «чернехонько», «печальна и нага». Пейзаж рождает ощущение крестьянской обездоленности, горя. С особой силой звучит этот мотив и в описании деревни Клин — «селенья незавидного»:

Что ни изба — с подпоркою,

Как нищий с костылем;

А с крыш солома скормлена

Скоту. Стоят, как остовы,

Убогие дома.

Ненастной, поздней осенью

Так смотрят гнезда галочьи,

Когда галчата вылетят

И ветер придорожные

Березы обнажит...

То же самое в описании «богатого», «торгового» села Кузьминского с его грязью, училищем, «пустым, забитым наглухо», избой «в одно окошечко, с изображеньем фельдшера», «лавками», питейными заведениями.)

Вывод.

Все описания — убедительное свидетельство того, что в «жизни крестьянина, ныне свободного, бедность, невежество, мрак». В то же время описания дают представления о духовных богатствах крестьянской души, о талантливости народа, умеющего подобрать меткие эпитеты, сравнения, органически связанные с деревенским бытом. Возникает живая картина, помогающая остро почувствовать, как бедна, бесправна и в то же время талантлива крестьянская Русь. Самый облик крестьян, а еще более — их рассказы, убеждают, что счастье мужицкое — «дырявое с заплатами», «горбатое с мозолями», что и после реформы жизнь крестьянина-труженика лучше не стала.

Перед нами проходят крестьяне разного возраста и положения, из разных мест — питерский каменотес, чей облик и слова вызывают мысль о нравственной и физической красоте человека, любящего труд и умеющего трудиться, белорусский крестьянин, деревенская старуха. Эти географические приметы раздвигают границы действия до широких пределов.