Криминальная новость и ее составляющие

Для примера того, как может строиться работа криминального репортера, возьмем уже знакомое нам событие – убийство в Санкт‑Петербурге депутата Законодательного собрания города Виктора Новоселова. Преступление это оказалось столь значимым, что на месте его собрались почти все, кто мог располагать реальной информацией о случившемся: представители двух прокуратур (районной, на территории которой произошло убийство, и городской, которая возбудила по этому факту уголовное дело и занялась расследованием), сотрудники ГУВД и районного отдела, Управления ФСБ, коллеги убитого по депутатскому корпусу. В общей сложности людей, облеченных чинами и способных как‑то прокомментировать гибель Новоселова, на углу Московского проспекта и улицы Фрунзе было не меньше десяти человек. Другое дело, что далеко не все они горели желанием что‑то рассказывать и комментировать прямо на месте событий. Однако, кроме них, на месте происшествия было множество рядовых сотрудников различных правоохранительных органов, случайных прохожих, ставших очевидцами происшествия, и, наконец, коллег‑журналистов, каждый из которых владел какими‑то крупицами информации. Поэтому желательно, чтобы репортер дополнил официальный комментарий, полученный от представителей правоохранительных органов, рассказами свидетелей о том, что они видели.

Следующим шагом журналиста, когда картина происшествия стала для него более или менее ясной, – было получение комментариев от тех лиц, кто не присутствовал на месте, но способен рассказать о личности погибшего, а также высказать собственные предположения о подоплеке случившегося: губернатора, представителей политических и экономических кругов Петербурга и т. д. Параллельно отслеживались все заявления, которые делались по ходу событий руководством правоохранительных органов, Законодательного собрания, администрации города. В информацию о гибели Виктора Новоселова включалась его биография, история и версии предыдущих покушений на него, выдвигались различные гипотезы и относительно последнего покушения, исследовались контакты погибшего с экономическими, политическими и криминальными кругами Петербурга. Именно такая совокупность фактов, логически связанных между собой, имеющая одну нить повествования и четко расставленные акценты, может расцениваться как полноценная оперативная информация.

Нужно отметить, что вовремя полученный комментарий от официальных властей не только придает вес информации, которую собрал репортер, но и в дальнейшем позволяет апеллировать к нему, как к некоему обязательству, данному представителями власти. Так, например, случилось с делом об убийстве таджикской девочки Хуршеды Султоновой. Вся первоначальная информация была собрана по уже вышеописанной схеме. (Кстати, когда речь идет о преступлениях на расовой или этнической почве, к традиционному списку источников информации желательно добавить правозащитников, представителей конкретной диаспоры.) Поскольку убийство малолетней девочки имело широкий общественный резонанс, всех интересовала реакция властей на случившееся. «Я беру расследование этого дела под свой личный контроль», – сказала тогда губернатор города Валентина Матвиенко журналистам. Конечно, о самой сути происшествия этот комментарий ничего не говорит, но, во‑первых, он дает понимание резонанса, который получило убийство, во‑вторых, дает возможности для манипулирования (в хорошем смысле этого слова) полученной информацией в дальнейшем.

Описанный нами комплексный подход к сбору информации требует одновременных усилий и координации действий целой команды журналистов, поскольку своевременно проделать весь массив работы одному человеку просто не под силу. Поэтому важно определиться – всякая ли новость требует такой всеобъемлющей подачи? Очевидно – нет. Сообщение о каком‑нибудь заурядном событии совершенно необязательно перегружать подробностями. Не секрет, что основной массив криминальных новостей составляют менее значимые события: не столь резонансные убийства, крупные ДТП, ложные сообщения об актах терроризма, грабежи, разбойные нападения, пожары, ход судебных процессов – словом, все то, что ежедневно подается в разделах криминальной хроники на страницах газет и в эфире телевизионных и радиопередач.

В то же время всегда нужно помнить, что малозначимая на момент поступления криминальная новость в дальнейшем может стать отправной точкой для аналитического исследования, а порой и серьезного журналистского расследования. Согласны, что случается это не так часто, тем ценнее, когда цепкая память журналиста выхватывает из огромного массива уже «отписанных» им новостей то, что, как выясняется, имеет между собой связь. Приведем пример. Два события лета 1998 года: покушение на убийство сотрудника частного охранного агентства в Красногвардейском районе Петербурга (в машину жертве подложили бомбу) и обнаружение через полтора месяца в подъезде дома на Лиговском проспекте трупа гражданина с татуировками «киллер‑убийца». Казалось бы – что общего между двумя этими преступлениями? Почерк – разный, районы происшествия – тоже. И все‑таки эти ЧП оказались звеньями одной цепи. Оба потерпевших, как выяснилось впоследствии, входили в одну преступную группировку и были убиты своими соперниками по криминальному бизнесу. Важно проследить связь между двумя разрозненными событиями – и именно с этой целью ведется архив отдела криминальной хроники, создаются электронные базы данных.

Теперь, определившись в том, что следует понимать под «горячей» новостью с точки зрения криминальной хроники и что является составляющими компонентами такой новости, попытаемся разобраться, откуда же репортеру становится известно обо всех этих проявлениях криминальной жизни.