Философская концепция немецкого лингвиста вильгельма фон гумбольдта

Гумбольдта считают основоположником теоретического языкознания, т.к. он обозначил основные противоречия, определяющие сущность и развитие языка.

Родился в старинной дворянской немецкой семье, получил разностороннее образование: политика, дипломатия, языкознание, теория литературы, философия, государственное право – основной круг его научных и жизненных интересов. Его близкими друзьями были Шиллер и Гёте. Вместе со своим братом Александром он создает центр современной немецкой науки - Берлинский университет, который по сей день носит имя братьев Гумбольдтов.

Языковые познания его охватывали китайский язык, древнеегипетский, японский и многие другие языки мира – необычайно широкий лингвистический кругозор, это давало ему надежную основу в области теоретических построений, касающихся устройства и развития языкового механизма.

Подлинную славу Гумбольдту принесли не частные исследования, а теоретические выводы, которые позволил ему заложить основы языкознания и создать оригинальную философию языка. Его вклад в теорию языкознания очевиден. Его теоретические исследования в области языкознания оказались востребованными в начале XX и XXI веков.

Философские взгляды Гумбольдта формировались в эпоху расцвета немецкой классической философии: Эммануил Кант, Фридрих Гегель – Германия. У Гегеля Гумбольдт позаимствовал сущность систематической теории диалектики, взгляд на язык как на развивающееся явление, также обостренное внимание к духовной культуре народа. Из философии Канта Гумбольдт взял его учение об антиномии и перенес это учение на изучение языка, выявил базовые языковые антиномии, противоречия, которые определяют сущность языка и его развитие. Антиномия – это выдвижение двух противоположных суждений об одном и том же объекте, каждое из которых может быть признано истинным.

Особо важное значение имеет 3-хтомный труд «О языке кави (древний язык ирландцев) на острове Ява». Введение занимало отдельный том, имело особое значение и называлось «О различии и строении человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человеческого рода».

I. Первая антиномия – это антиномия языка как деятельности и как продукта деятельности. С одной стороны, язык есть деятельность, а с другой стороны, язык есть продукт деятельности. По мнению Гумбольдта, язык представляет собой беспрерывную деятельность духа народа, то есть находится в постоянном развитии, развивается стихийно как естественный природный организм. Это значит, что развитие языка не зависит от сознательной деятельности людей, и языкотворческий процесс (процесс развития языка) представляет собой стихийную массовую деятельность множества поколений. Поэтому Гумбольдт говорит, что язык не продукт деятельности – эргон (ergon), а энергея (energeia). Вечно развивающийся язык. С другой стороны язык есть продукт деятельности, потому что каждое поколение получает язык от предыдущего поколения уже в готовом виде: с грамматическим строем, лексическим составом, не изобретает какой-то свой язык. Т.о. язык есть деятельность и продукт деятельности.

II.Антиномия социального, коллективного и индивидуального в языке. С одной стороны, язык социален, т.к. принадлежит всем говорящим на данном языке, с другой стороны, язык – явление индивидуальное, так как свое материальное воплощение он получает в речи отдельного индивида. Т.о., язык есть и социальное, и индивидуальное явление.

III. Антиномия языка и речи. Гумбольдт говорит о двойственной природе языка. Язык в речевой деятельности индивида мы наблюдаем то, что принадлежит всем (то есть сам язык, который представляет собой определенную систему, набор языковых элементов, в рамках этой системы каждый элемент проявляет себя как часть целого). Он говорит о том, что для речи язык устанавливает регулирующие схемы, предоставляя их индивидуальное оформление произволу говорящему. С другой стороны, язык реализуется в речи, в речевых актах. Т.о. язык – это потенция, которая обеспечивает способность к говорению и понимаю. Последовательно разграничивая язык и речь, Гумбольдт отдает приоритет живой речи, потому что она есть истинное состояние языка. Третья антиномия – это следствие предыдущей. До Гумбольдта вопрос соотношения языка и речи уже рассматривался.

IV. Антиномия свободы и необходимости в языке. Человек, рождаясь, не в праве выбрать язык. Язык как бы продиктован человеку обществом. В этом проявляется зависимость человека от языка. С другой стороны язык не императивно действует на человека, не закрепощает его в своей индивидуальной творческой речевой деятельности. Поэтому человеку комфортно живется с языком, язык дает человеку редкое сочетание свободы и необходимости: зависимости от него и одновременно возможности проявления своих творческих индивидуальных способностей. Поэтому что язык ненавязчиво, мягко воздействует на человека, на закрепощая его в индивидуальной творческой языковой деятельности. Язык есть то, что консолидирует, объединяет общество, потому что каждый человек ощущает себя как общественное существо с одной стороны, с дрст – как существо творчески свободное.

V. Антиномия речи и понимания. Всякое понимание есть непонимание или неполное понимание. В этой антиномии речь и понимание рассматриваются как две разные формы деятельности человека. Слова свою окончательную определенность получают в речи индивида. Однако, в живой речи говорящий и слушающий могут воспринимать один и тот же предмет с разных сторон и, следовательно, вкладывать в слово, называющее этот предмет, разное содержание (разность понимания слова, речи в целом обусловлена разным жизненным опытом говорящего и слушающего). Получая информацию, слушающий пропускает ее через свой жизненный опыт, опыт у слушающего другой, чем у говорящего, поэтому всякое понимание – это непонимание или неполное понимание.

VI. Антиномия языка и мышления (тесно связана с учением Гумбольдта «О внутренней форме языка»). Гумбольдт выдвигает положение о том, что мышление народа выражается в его языке. Он утверждает неразрывную связь языка и мышления, языка и духа народа, говорит о том, что язык появился не столько для потребности в общении, сколько для развития человеком своих собственных духовных сил, образования, развития его мировоззрения. Гумбольдт говорит о том, что язык - это активная творческая традиция, позволяющая развивать себя духовно и интеллектуально, что способствует развитию его мышления посредством языка. Гумбольдт: язык и мышление возникли одновременно, их происхождение вытекает из древнейшего прошлого. Язык есть орудие образования мысли. Решая проблему взаимоотношения объективной действительности, мышления, языка, Гумбольдт пишет о промежуточном языковом мире, о мире языка как особом мировоззрении. Говорит о том, что язык как бы образует промежуточный мир между действительностью и человеком, мир языка – мир особой интерпретации действительности. Слово не фотография предмета, а особый ракурс его видения, осмысления, отраженный в языке. Для доказательства этой мысли Гумбольдт приводит пример названия слона в санскрите дважды пьющий (т.к. берет воду хоботом, потом берет воду в рот), или снабженный рукой, или двузубый - в названии мы видим, что слово не фотография предмета. Язык не есть то же самое, что в нем отражается. Мир, в котором мы живем, есть тот мир, в который помещает нас язык, на котором мы говорим. Человек живет с предметами так, как их преподносит ему язык (мир языка – это особый мир интерпретации действительности). По существу он разводит понятия «реальная картина мира» и «языковая картина мира». По мысли Гумбольдта, «язык как бы очерчивает вокруг человека круг, выйти из которого невозможно, не вступив в круг другого языка». Этим кругом является особый способ видения окружающего мира. Гумбольдт задается вопросом: чем обусловлен ракурс интерпретации? Он обусловлен, по мнению Гумбольдта, такой категорией как народный дух. Гумбольдт выдвигает следующий тезис: Язык народа есть его дух, а дух народа есть его язык. Факторы, обуславливающие национальное мировидение:

а) территория;

б) климатические условия, в которых живет народ;

в) основной вид деятельности;

г) традиции;

д) обычаи;

е) ритуалы;

ж) верования.

Они определяют мир в интерпретации языка и определяют его внутреннюю форму. Например созвездие «Большую медведицу» они? называют «кичигой» (орудие для молотьбы), татары называют это созвездие «Семь грабителей лошадей». Мы осмысляем под определенным углом то или иное явление объективного мира.

Разные языки квалифицируются Гумбольдтом не как разные обозначения одного и того же предмета, а как разные его видения, рассмотрения, обусловленные категорией народного духа.

С идеей своеобразия языковой картины мира и связано введенной Гумбольдтом понятие «внутренняя форма языка». Внутренняя форма языка – это способ мышления народа, приспособленный к особой форме выражения мысли в данном языке. Таким образом, Гумбольдт различает в языке внутреннюю и внешнюю форму. Внешняя форма языка – это звуковой, грамматический строй языка.

В свете сложившихся в современном языкознании представлений об анализе языковых форм и значений понятие внутренней формы языка можно рассматривать в 3 аспектах:

1. Гносеологическом аспекте.

2. Этнолингвистическом аспекте.

3. Системно-структурном аспекте.

Охарактеризуем каждый из 3-х аспектов.

1. Гносеологический аспект: внутренняя форма языка – это способ объективации мысли в языке, то, что соединяет понятие, переданное языковым знаком, со звучанием. То есть звуковая оболочка объективирует мысль, оформляет содержание мысли. То есть познав фрагмент действительности, выявив его признаки, дали ему определенное название.

2. Этнолингвистический аспект внутренней формы языка – это выражение самобытного мировосприятия, народного духа, т.е. внутренняя форма придает национальную специфику, отражающую не только в мышлении народа, но и его характер, его духовную, материальную культуру. То есть каждый народ воплощает в языковых единицах то, что продиктовано ему особенностями быта, образом жизни, традициями, верованиями.

3. Системно-структурный аспект рассмотрения внутренней формы предполагает изучение того, какие элементы языка (элементы каких языковых уровней) приспособлены для выражения его национальной самобытности. Внутренняя форма в системно-структурном аспекте определяет способ организации семантических полей в этом языке, их внутреннюю структуру, определенный набор грамматических категорий, свойственных для данного языка. Внутренняя форма отражается в структурировании лексического и грамматического состава языка. В лексическом составе РЯ широко представлена лексико-семантическая группа слов «ветер со снегом» - это отражение национальной специфики системного состава лексики РЯ (это обусловлено географическими особенностями), в английском языке есть только одно слово, называющее подобное явление.

Теория внутренней формы, предложенная Гумбольдтом, имела особое значение для развития и становления антропологического /антропоцентрического направления в современном языкознания (активно заявит о себе это направление в 80-е годы XX века, активно будет развиваться в XXI веке). В рамках этого направления каждый язык рассматривается как инструмент специфической интерпретации действительности в соответствии с заложенным в нем миропониманием этноса. В рамках этого направления языку приписывается функция регулирующего воздействия на поведение человека.

Подведем итоги, характеризуя вклад Гумбольдта. Гумбольдт по существу обозначил основные антиномии (противоречия, определяющие сущность языкового организма, специфику человеческого языка). Гумбольдт одним из первых заговорил, во многом опережая свое время, наметил и другой, не сравнительно-исторический, а антропоцентрический подход языка, который окажется востребованным в конце XX, в XXI веке. Этот антропоцентрический подход разводит реальную картину мира и языковую картину мира? Разведение картин мира обусловлено тем, что язык тесно связан с мышлением и действительностью, действительность своеобразно познается и отражается в языке. Лингвокультурология, этносоциология, когнитивная лингвистика – один из основоположников данных дисциплин.