Назначение Алманбета главнокомандующим

В долине речки Сары‑Тал

В поход идущие бойцы

Устроили большой привал.

Воткнули копья в мягкий грунт,

Мечи забросили в кусты,

Коней угнали, чтоб пасти.

Одни, спасаясь от жары,

В реке купались голышом,

Другие спали под шатром.

По кругу вытоптав траву,

Устроили игру в ордо.

Назначив крупную байгу,

Играли здесь в тогуз‑коргол.

Как будто тысячная рать

Отправилась в большой поход

Поесть, поспать и поиграть!

Увидев это, Алманбет

Во гневе был и разъярен,

И тут же прибыл в ханский стан.

– Прости меня, великий хан!

Пора сворачивать с пути!

С такой разнузданной толпой

Нам до Бейжина не дойти.

Со стадом диким вот таким

Мы никогда не победим!

А если выступим, никто

Там не останется живым!

В поход я с вами не пойду!

Такую дикую орду

На гибель я не поведу!

И сорок воинов‑верзил,

А с ними сам старик Кыргыл,

Не смея ничего сказать,

Стояли, опустив глаза

(Видать, горели от стыда).

– Ты прав, мой храбрый Алманбет!

В войсках у нас порядка нет.

В походе на Большой Китай

Следить за войском, управлять

В пути обязан был Бакай.

А коли власть не смог он взять,

То, знать, состарился наш брат.

Отныне ханом боевым

В пути пусть будет Алманбет!

Езжайте к дядюшке сейчас

И сообщите мой приказ! –

Решительно сказал Манас.

И тут же Ажибай, Серек

Поехали к Бакаю в стан.

Чтоб пожилого абаке

Известием не огорчать,

Не знали, как, с чего начать.

Заметив это, хан Бакай

Сказал: – Я вижу, оба вы

Пришли о чем‑то сообщить.

Боитесь, если весть дурна,

Велю вам головы срубить.

Не бойтесь, выслушаю вас.

Что повелел мне хан Манас?

Набрался духу Ажибай:

– Простите, дядюшка Бакай.

Когда мы двинулись в поход,

Вы были ханом боевым.

Теперь всю войсковую власть

Алме решил он передать…

Здесь рассмеялся эр‑Бакай:

– Пока я дожил до седин,

Какой ни занимал я чин!

И ханом был, и тор‑ага,

Но, как вы видите, друзья,

На лбу не выросли рога!

Эр‑Алманбета я ценю

Повыше хана самого.

Умен, хитер, отважен, смел,

Большой знаток военных дел.

И это знает эр‑Манас.

Отдал разумный он приказ!

Как только Ажибай, Серек

Слова Бакая донесли,

Горластый воин Ырчы уул

Войскам немедля сообщил,

Что к Алманбету одному

Вся власть над войском перешла,

Чтоб подчинялись все ему

В тылу, в походе и в бою.

А если кто‑то возразит,

С плеч голова его слетит!

Добившись власти, Алманбет

Не медля обошел войска,

Людей в строю пересчитал,

Чтоб строгим был в пути учет,

Назначить старших приказал.

В десятке старший – он баши,

У сотни старший – жуз баши,

У тыщи старший – мин баши.

И всем он строго наказал,

Считать состав свой по утрам,

Ну, а потом по вечерам.

И если будет недочет,

Башку немедля отсечет.

И каждый воин должен знать –

В пути не будем отдыхать,

Пока до цели не дойдем!

В порядке строгом и в строю

Войска вновь двинулись вперед

Через леса, поля, луга.

Переходили реки вброд,

Короткий делали ночлег –

И так примерно сорок дней,

Не зная отдыха и сна,

Вся армия кыргызов шла.

Главарь дружинников – Кыргыл

В пути совсем уж занемог:

Натер мозоли между ног,

Сидя без отдыха в седле,

Натер он задницу до дыр.

Превозмогая боль и зуд,

Сказал десятнику Бозуул:

– Я ехать дальше не могу.

Наш хан Манас совсем сдурел –

Всю власть китайцу передал.

Он хочет загубить людей,

Загнать в дороге лошадей.

Боюсь, что я в пути умру.

В поход я дальше не пойду!

Живым хочу вернуться в тыл! –

Стонал в бессилии Кыргыл.

И тут ответил он баши

Бозуул во гневе старику:

– Когда всех брали на учет,

Ты был в десятке, старый черт!

Когда Алма нас перечтет,

Тебя не хватит одного.

Башка чтоб не пошла в расход,

Я Алманбету доложу,

Что ты, Кыргыл, в пути подох!

Главарь дружины боевой,

Кыргыл в боях был закален,

И наглой грубостью такой

Был старый воин оскорблен.

И сам пошел к Манасу он.

– Ты сам водил в походы нас!

Теперь я не пойму, Манас,

Кто нас ведет на этот раз?

И почему кыргызов в бой

Ведет китаец на Китай?

Ответ разумный людям дай!

Народ устал и изнурен.

Голодны кони, нужен корм,

И кровь сочится под седлом.

Мы все в дороге перемрем –

И до Бейжина не дойдем!

А может быть, китаец твой

Решил в пути нас загубить?

Измучился вконец народ –

В поход он дальше не пойдет!

Меня просили: – Передай,

Пусть будет проклят ваш Китай!

Послушав старого бойца,

Манас прошелся по войскам

И Алманбету приказал

Дать людям отдых и привал.

Но прежде повелел Манас

Людей в строю пересчитать,

И там, где будет недочет,

Башку от тела отсекать.

И перед ним войска прошли:

В составе полном он баши,

И жуз баши, и мин баши –

Все триста тысяч человек!

Но тут беда одна стряслась:

В десятке, где был сам Манас,

А он баши был Тазбаймат,

Как ни считали, не могли

Десятого бойца найти!

И Алмабет тогда сказал:

– Выходит, трус один сбежал.

А ты, плешивый Тазбаймат,

Подкуплен был или проспал!

Снесите голову ему! –

Алма во гневе приказал.

И мигом шестеро чоро

Баймата к плахе повели,

Чтобы плешивую башку

Секирой мигом отрубить,

И приготовили ведро,

Чтоб кровь бедняги тут же слить.

– Постойте! – заорал Серек. –

А может, Тазбаймат‑дебил

Манаса в список не включил?

Решил, что хан не человек!

– Ты мой батыр! Я твой желдет.

Меня в твоей десятке нет!

Выходит, ты меня, нахал,

За человека не считал?!

Зачем ты, добрый мой Серек,

От смерти Тазбаймата спас! –

Смеялся громче всех Манас.

Добро на отдых получив,

Упали наземь все бойцы.

В пути измученных коней

Пустили по лугам пастись.

Зарезав жирных кобылиц,

Устроили привальный той.

Лечили тех, кто занемог,

И спали крепко под луной,

Как говорят, без задних ног.

А на заре хан Алманбет

Пришел к Манасу на совет.

– Мой хан, докладываю вам,

Вот, наконец, мы подошли

К китайским землям, городам.

И чтоб подходы разузнать,

Послать разведку надо нам.

– Кыргыз не знает этот край –

Ты должен сам идти в Китай! –

Ему ответил хан Манас.

– Готов я выполнить приказ,

Но об одном прошу я вас:

Чтоб не было сомнений вдруг,

В разведку пусть пойдет со мной

Надежный, преданный мне друг,

Чоро ваш самый молодой,

Не раз испытанный в боях, –

Бесстрашный, доблестный Сыргак.

В Китае будет нужен нам

Конь Ажибая Карткурон,

Надежный жеребец‑вожак,

Он может пригодиться там, –

Сказал Манасу Алманбет.

– Готовьтесь, пусть с тобой идет

В разведку доблестный Сыргак.

Узнаете вы по пути,

Как нам к Бейжину подойти,

Как укрепил свой город враг.

Желаю соколам моим

Вернуться в целости живым! –

Благословил батыр Манас.

И вскоре Алманбет, Сыргак

Никем не веданной тропой,

На поводу ведя с собой

Коня по кличке Карткурон,

Ушли в разведку за кордон.