3.5. Клиника искажений психологического пространства

Результаты применения опросника СПП демонстрируют, каким образом история развития личности и опыт перенесенной депривированности или травмированности определяет настоящее — актуальное состояние человека. Исходя из того, что построение и защита психологических границ могут иметь также компенсаторный характер, проявляясь в стремлении и достижении состояния «квазисуверенности», при котором границы охраняются сверх необходимого, а дистанция по отношению к объектам внешнего мира увеличивается, проиллюстрируем сказанное анализом случаев из нашей консультативной практики. Мы отбирали эти случаи из текущей работы в порядке обращения, подряд. Все обратившиеся — женского пола, что не случайно в свете полученных нами данных о связи coping-стратегий и степени суверенности-депривированности: респонденты мужского пола, в отличие от женщин, реже используют такой способ психологического преодоления, как поиск социальной поддержки, вариантом которого является обращение за помощью к психологу-консультанту. Таким образом, депривированность мужчин, возможно, усугубляется их субъективной неспособностью делиться собственными проблемами с другими и внутренним запретом на визит к психологу, противоречащим

255

общественному мнению о том, что мужественность и свойство «быть клиентом» — вещи несовместимые.

Итак, остановимся на нескольких примерах, чтобы проиллюстрировать, во-первых, амбивалентность в стремлении защитить границы собственного «Я», что может проявляться в достижении сверхсуверенности, и, во-вторых, компенсаторные возможности психологического пространства, благодаря которым депривированность по одному из его измерений компенсируется избыточной свободой в другом. Нами использовались специально разработанные профильные бланки с нормализованными показателями для выборки детей и подростков (W1) и взрослых (W2), интервал средних значений располагается между 40 и 60 баллами и выделен пунктирной линией.

Случай 1

А. Б. тридцать семь лет, это яркая женщина, мать семейства, объективно успешная во многих отношениях: будучи инженером по образованию, она оставила работу (которой, впрочем, никогда особенно не дорожила) ради воспитания своих дочерей. Экономическое положение семьи А. Б. стабильно и позволяет ей заниматься тем, что ей интересно. Поэтому она много времени уделяет различным видам самосовершенствования: посещает спортивный клуб, изучает психологию, является членом одного из «эзотерических» клубов, занимающихся духовными практиками, и среди прочего посещает психотерапевта. Одевается ярко, «выразительно» — любит яркие южные расцветки, изобилие стразов, люрекса. Подчеркивает исключительность собственного художественного вкуса. По собственным словам А. Б., она вполне чувственная женщина, однако ее потребности не ограничиваются чисто телесными: она стремится достигнуть гармонии, развиваясь нравственно и духовно, встраиваясь не только в мир людей и вещей, но и в циклы Вселенной. А. Б. никогда не дает негативных характеристик другим людям и часто подчеркивает собственные переживания, связанные с виной и страхом, которые типичны для нее. Она стремится понять позицию любого человека, даже обижающего ее, и этим вызывает расположение, но одновременно — и беспокойство за ее способность себя защитить. Будучи сильной, красивой женщиной спортивного телосложения (она

256

много лет занималась спортом почти профессионально), А. Б. все же производит впечатление очень ранимого человека.

В нашу консультацию она попала с нетривиальным запросом на решение проблемы зависимости от психотерапевта, с которым А. Б. работает в течение 12 лет. Запрос был замаскирован под учебное задание, поскольку А. Б. получает дополнительное психологическое образование. На протяжении общения с консультантом А. Б. нередко проявляла необязательность, опаздывала и пыталась частично занять время консультации других клиентов. Время от времени А. Б. забывала вовремя расплачиваться и неожиданно отменила последнюю встречу, забыв вернуть необходимые для обучения конспекты, позаимствованные у консультанта. Таким образом, можно отметить, что в рамках консультативного общения А. Б. продемонстрировала межличностные патологии, присущие изначально депривированному, жестко контролируемому извне человеку, который пытается взять «психологический реванш» у других людей, нарушая их приватность (в рамках договоренностей, правил и временного режима).

Психотерапевт — пожилая женщина, ровесница мамы и свекрови А. Б., без базового психологического образования. Со слов А. Б., психотерапевт — человек исключительно духовной направленности; мало интересуется «бытом» (семьей, сыном, внуками, воспитанием которых в основном занимался ее муж), считает более целесообразным думать о месте человека в мире, о том, чтобы ловить ритм «дыхания Вселенной» и подстраиваться к нему. Все остальное психотерапевт считает суетным и малосущественным.

По словам А. Б., именно настойчивость ее наставницы в желании направить ее от дел семьи и близких и вносит в их достаточно давние отношения напряжение: А. Б. осознает, что сама она другой человек, и что «высокое» и «земное» дороги ей самой в равной степени. В то же время она находится в стабильно подавленном состоянии: занимаясь семьей, она испытывает чувство, что отрывает время от своего духовного развития, а уезжая из дому — переживает чувство вины перед детьми, которые скучают без нее.

Обратимся к истории жизни А. Б. Это единственная дочь в семье военнослужащего; воспитана в строгих правилах, вся жизнь ее до студенческого возраста контролировалась очень жестко. Никаких увлечений и «лишних» контактов не допускалось (девушка должна была поддерживать честь офицерской дочери, поэтому ее

257

дружеские привязанности подвергались «цензуре» по сословным соображениям, нередко побуждая ее отказываться от общения с интересными людьми, принадлежащими к другому кругу). Материальное положение семьи было стабильным в низшей точке: в связи с переездами мать не могла найти себе работу, поэтому жили экономно и просчитывали бюджет по возможности надолго вперед. А. Б. была обязана хорошо учиться и заниматься спортом (впрочем, на соревнованиях никогда не выигрывала). Будучи послушной дочерью, А. Б. понимала и понимает, что в такой, иногда обременительной форме, выражается любовь ее родителей, которые сами пережили голод и сиротство и для которых контроль над собственной жизнью стал естественным способом бытия. А. Б. пробовала протестовать против режимных правил в родительской семье (возвращаться домой позже), за что была физически наказана, будучи уже взрослой девушкой. Итак, по данным клинических бесед можно говорить о том, что в биографии А. Б. присутствовали эпизоды нарушения границ личности: в форме телесных наказаний (хотя и нерегулярных), ограничения режимных привычек, строгости в отношении покупок и особенно — отвержения личного мировоззрения и круга ценностей А. Б.

В настоящее время у А. Б. хорошая семья, близкие отношения с мужем, который во всем ее поддерживает, но присутствует ощущение внутреннего расщепления, которое мешает ей быть вполне счастливой. Амбивалентность в основных жизненных установках (духовность — телесность, семья — социум, дети — самосовершенствование) лишает ее продуктивности в построении собственной жизни. Присутствие психотерапевта дополняет мировоззрение родителей, по-видимому, этим и объясняется прочность их взаимоотношений, постепенно переживаемых А. Б. как зависимость, но обе эти позиции являются недостаточными. Похоже, что оплотом гармонии и единства перечисленных противоположностей является свекровь А. Б., человек естественный и жизнерадостный.

Обратимся к данным опросника СПП, который отразил жизненную историю и актуальное состояние личности А. Б. Общий показатель СПП ниже границ средних значений, что свидетельствует о депривированности, граничащей с травматическим состоянием. Внутри диапазона нормы находятся показатели суверенности физического тела (физические наказания все же не были типичными в семье А. Б.) и территориальности (по-видимому,

258

А. Б. имела достаточно возможностей побыть в уединении, и это право уважалось). На границе нормы расположены показатели суверенности в области привычек и социальных связей (вспомним контроль над режимом и кругом знакомств). Несколько ниже нормы уходит показатель суверенности вещей — то есть А. Б. обычно пользовалась и носила не те вещи, которые по-настоящему нравились ей. И, наконец, намного ниже нормы, вблизи минимального значения, расположен показатель суверенности ценностей — что указывает именно на экзистенциальную, аксиологическую подоплеку переживаемого А. Б. внутреннего конфликта (это косвенно подтверждает пол и возраст психотерапевта, который априорно не может быть объектом либидозного переноса). Таким образом, картина данных СПП в общих чертах действительно отражает жизненный путь А. Б.

Рис. 3.5.1. Профильный бланк А. Б. (случай 1)

259