Глава 2 Психологическое пространство личности как основное понятие субъектно-средового подхода

Результатом осуществленного нами теоретического анализа был вывод об актуальности и целесообразности рассмотрения человека и мира как взаимодействующих и взаимопроникающих непротиворечивых систем. Это позволяет, с одной стороны, интерпретировать средовые проявления человека символически и метафорически, как моделирование своего внутреннего мира со всеми его особенностями и противоречиями, а с другой — изменяя телесные и топологические параметры жизнедеятельности человека, изменять его как личность. Самоопределение человека представляет собой ответ на вопрос о границах собственной субъектности, а самоосознание — это взаимодействие «Я» с различными формами «не-Я». Развитие личности — это усиление субъектности в направлении расширения контакта с действительностью и его углубления.

Эти идеи были положены в основу определения и операционализации понятия «психологическое пространство личности».

2.1. Психологическое пространство личности и его свойства

Психологическое пространство личности мы понимаем как субъективно значимый фрагмент бытия, определяющий актуальную деятельность и стратегию жизни человека. Оно включает комплекс физических, социальных и чисто психологических явлений, с которыми человек себя отождествляет (территорию, личные предметы, социальные привязанности, установки). Эти явления становятся значимыми в контексте психологической ситуации, приобретая для субъекта личностный смысл, и начинают

99

охраняться всеми доступными ему физическими и психологическими средствами. Ключевое место в феноменологии психологического пространства занимают его границы. Психологическое пространство представляет собой форму субъектности человека и развивается посредством последовательно совершаемых выборов (идентификаций – отчуждений) в каждой жизненной ситуации.

Терминологический контекст понятия «Психологическое пространство личности»

Проанализируем тезаурус понятий, близких по значению и содержанию термину «психологическое пространство личности». Прежде всего это эмпирическое Я У. Джемса (включающее внешние атрибуты личности, которые она присвоила и защищает) [45]. Однако, введя термин «эмпирическое Я», У. Джемс не успел его операционализировать и предложить методологию изучения.

К. Г. Юнг писал об индивидуации как процессе образования и обособления психологического индивида в качестве существа, отличного от коллективной психологии [197, 199, 201]. Отмечая несовпадение индивидуального и нормативного, К. Г. Юнг полагал, что если коллективное начинает замещать индивидуальное в психике человека, то необходимость в нормах отпадает, настоящая моральность гибнет, а индивидуальная безнравственность возрастает. В то же время он подчеркивал, что необходимое условие индивидуации — это адаптированность к нормам. Таким образом, не обозначая этого формально, К. Г. Юнг считал целостность границ между личным и коллективным условием нормальной зрелости личности. Индивидуация приводит к обретению самости (неосознаваемой сущностной основы личности), выражающей ее единство и целостность. Область пересечения психологического пространства личности и самости включает в себя эмпирически подтверждаемые поступки и переживания.

Еще одно семантически близкое понятие — это идентичность, которая может быть определена как устойчивый образ Я и система соответствующих способов поведения личности, индивидуально вырабатываемых каждым человеком и представляющих собой условие психического здоровья и психологического благополучия человека [195]. Это понятие введено Э. Эриксоном; оно отражает преемственность разных стадий жизненного цикла человека

100

(тождественность самому себе). В становлении идентичности очень важно существование «опорных точек», которые служат человеку внешними доказательствами его существования — это качества его тела, личное пространство, социальное окружение. Отчуждение от мира приводит к разотождествлению с самим собой и побуждает к поиску новой идентичности, отсутствие которой переживается как личностный кризис. Используя математические образы, соотношение психологического пространства личности с идентичностью можно уподобить соотношению функции с ее пределом: это попытка с той или иной мерой точности приблизиться к тому, что не может быть достигнуто, дискретно описать непрерывность.

В разных направлениях психологической мысли, чаще в психоанализе и гуманистической психологии, говорят о личной автономии — независимости, способности принимать решения, опираясь на внутреннюю поддержку [17]. Механизмом достижения автономии является сепарация — отделение от физической и социальной среды и ее отдельных объектов, в том числе родителей.

Еще одно близкое по смыслу понятие — это приватность, представляющая собой механизм регулирования границ между миром и субъектом; в широком смысле слова приватность стала означать способ создавать и защищать собственное Self [204, 286]. Персонализация — напротив, «вынесение» себя вовне, наделение личными характеристиками того, что прежде ими отмечено не было; «расширение» субъекта в среду, превращение элементов среды в органы функционирования личности [204, 135, 184].

В современной отечественной психологии также используется несколько содержательно близких понятий, на которых мы уже останавливались выше: Д. В. Ольшанский предлагает термин «психологический образ жизни», или «субъективное пространство жизнедеятельности», а Н. Б. Шкопоров уже употреблял термин «психологическое пространство личности» в небольшой работе, посвященной взаимопроникновению субъекта и среды [127, 191]. А. Б. Орлов говорит о Внешнем и Внутреннем Я, В. И. Слободчиков — о внутреннем мире и субъектности, Т. В. Снегирева — о психологическом опыте [128, 154, 32]. Таким образом, близкие понятия используются достаточно широко, однако, как правило, предложение их применять не подкрепляется операционализацией

101

и созданием исследовательского метода, что ограничивает возможности их использования.