Сказка об обманутом ожидании

Эта история началась в те времена, когда люди еще не решили, животные они или уже нет, а мир принадлежал огромным ящерам. Нынче, когда находят останки этих ящеров, ученые придумывают для них мудреные названия, а раньше тех из них, кто летал в небе или ходил по земле, именовали драконами, а тех, кто плавали в морях и океанах, морскими змеями.

Как-то раз один морской Змей плыл себе по своим делам. Это был уже вполне взрослый, но все еще любопытный Змей, а потому, увидев впадавшую в море реку, он решил узнать, куда и откуда она течет. Он поднялся вверх по течению и попал в огромное озеро. Берега его были тихими и пустынными, в самом озере жило много рыбы, и плотно закусивший Змей решил вздремнуть перед возвращением в море.

Надо сказать, что морские змеи были такими большими, что любое их действие занимало так много времени... И когда Змей проснулся и всплыл глотнуть свежего воздуха, все вокруг было совершенно не таким, как ему запомнилось. Озеро стало меньше, берега его заросли лесом, а самое главное – река, соединявшая озеро с морем, исчезла! Волей-неволей Змей остался жить в озере. Вскоре он обнаружил новых обитателей берега. Это были явно не звери, но кто? Они жили в хижинах, похожих на хатки бобров и плавали по озеру в стволах с углублением. Они ужасно боялись Змея, называли его «чудовищем» и бросали в него камнями и палками. Змей счел их очень глупыми и старался не подплывать лишний раз к берегу, где они жили.

– Это люди, – объяснил ему старый Ворон, – Они пришли откуда-то со стороны восхода и поселились здесь. – Они мне не нравятся, – решил Змей.

– Они никому не нравятся, – ответил Ворон, – но раз уж они здесь живут... Они слабые и беспомощные. Что нам за дело до них?

Время шло. Людей становилось все больше, дома в их поселках – все выше, а шум от них – все громче.

В один прекрасный летний день Змей дремал на мелководье, где были цвели желтые кувшинки. Он слушал голоса леса и озера и не обратил внимания на шлепанье чьих-то ног по воде. Шлепанье все приближалось. Змей повернул голову – и встретился взглядом с девочкой-подростком.

– Сейчас начнется визг и крик, – удрученно подумал Змей, готовясь скользнуть в глубину.

Но не было ни визга, ни крика. Девочка, восхищенно глядя на огромного Змея, тихо сказала:

– Какой ты... красивый.

За всю его долгую жизнь никто не называл Змея красивым, и он несколько растерялся и переспросил:

– Что – что?

– Ты очень красивый, – повторила девочка и подошла поближе. – Я – Энна, а тебя как зовут?

Так из-за одного слова вся жизнь Змея пошла наперекосяк. Каждый вечер он теперь приплыва в тихую бухту, где его ждала Энна. Долгими зимами, когда озеро замерзало и вьюга кружила над лесом, ему снилось лето и новые встречи с Энной, а Энна заглядывала в каждую прорубь – не мелькнет ли там золото и бронза чешуи – и ждала лета.

Никто не считал годы морских змеев, а вот годы людей сосчитать так легко. Энн росла, а Змей оставался все тем же, и все больше привязывался к ней. – Не к добру, не к добру! – каркал Ворон, видя их. Из девочки Энна стала девушкой, и настал день, когда она не пришла на берег. Встревоженный Змей отправился на поиски и вскоре нашел ее. Но Энна была не одна и куда больше интересовалась своим спутником, чем происходящим на озере.

Она не пришла и на следующий день, и через день, и через неделю, и через месяц. Падали на воду желтые листья, но Змей терпеливо ждал, не веря в то, что Энна забыла его.

Она уехала, – однажды прокричал ему Ворон, – Она уехала далеко-далеко, навсегда и не вернется, глупая ты рыба!

Ворон не был злым, но хорошо знал людей и считал своим долгом просветить Змея на этот счет.

Она человек, а ты животное. Зачем ты ей? Она нашла для себя другого человека, и ты ей не нужен.

– Она вернется, – отвечал Змей. – Я подожду.

– Ну и жди, пока не окаменеешь! – с досадой бросил Ворон и улетел. Змей долго смотрел ему вслед.

Утром на берегу озера появился камень странного вида. Никто не знал, откуда он взялся, и никто больше не встречал Змея. О камне судачили, что это якобы застывшие слезы змея, а может, его разбитое людским легкомыслием сердце. Ворон же утверждал, что это сам Змей обратился в камень, чтобы дождаться дня, когда Энна придет на берег и позовет его.

Говорят, что в безлунные ночи можно увидеть, как под черной водой медленно и величественно движется голова Змея, и узкие глаза его светятся, точно одинокие звезды...