Влияние на собак 19-часового пребывания в камере

Вегетативные показатели. В первых 19-часовых опытах, начиная с 12-го часа, когда в предыдущих экспериментах собаки выпускались из кабины и бежали на прогулку, частота пульса и дыхательных движений увеличивалась или уменьшалась (увеличивалась соответственно на 10–26 и 8–16). Изменение этих показателей были большими, чем в грудные моменты 12-часовых экспериментов. Дыхание у ряда собак становилось поверхностным и прерывистым, чего не было при 12-часовых экспериментах. Иногда выдох сопровождался звуками, напоминающими стоны. Температура тела возрастала на 0,11°.

Нарушалась суточная периодичность вегетативных функций: если 12-й час опыта совпадал с ночным временем суток, то частота сердечных сокращений и число дыхательных движений, а в ряде случаев и температура тела, были столь же повышенными, как и в активные периоды суток. После того как животные использовались в 19-часовых опытах многократно, они привыкали находиться в кабине такое время, и все эти явления либо не отмечались вообще, либо имели место в минимальной степени.

Пищевые реакции. После длительного пребывания в кабине животные в первых 19-часовых экспериментах отказывались принимать пищу. В последних — стали есть, но делали это вяло: съедали менее 30% суточного рациона.

Выделения. Поскольку в 7- и 12-часовых экспериментах мочеиспускание и дефекация происходили во время прогулок, когда кончались опыты, предполагалось, что после 12 час. пребывания в камере животным было тяжело сдерживать мочеиспускание и дефекацию и они могли начать испражняться в камере. Однако, несмотря на все признаки потребности в выделениях, собаки продолжали терпеть и выделения появлялись только по окончании опытов во время прогулок.

Оказавшись вне камеры, животные проявляли большое нетерпение: быстро бежали к выходу, при этом отмечались массовые случаи капельного выделения мочи (случаи непроизвольного мочеиспускания по дороге были редкими).

Количество появлявшейся мочи и кала, их цвет, консистенция и оформленность были нормальными.

Сон. В первых 19-часовых опытах после 10–12-го часа собаки спали плохо, просыпались; одни животные вставали, нетерпеливо переступали лапами, повизгивали, другие лежали не двигаясь, но с открытыми глазами.

В последних экспериментах сон улучшался, регистрировались полусонные состояния, однако полной нормализации сна в конце 19-часовых экспериментов также не происходило.

Высшая нервная деятельность (рис. 14–17). При первых 19-часовых опытах в период 12–14-го часа наблюдались функциональные нарушения: сорванным оказался большой процент дифференцировок (77,3%), появлялось много (43%) межсигнальных реакций, регистрировалось отсутствие (в 26,3% случаев) реакций на положительные сигналы. Собаки в станке крутились, производили беспорядочные движения лапами, неэффективные нажимы на крышку-кормушку (нажимы менее 50 г), издавали звуки. После прогулок условнорефлекторная деятельность животных сразу приходила в норму.

Таким образом, продление экспериментов изменяло соотношение возбудительного и тормозного процессов в сторону преобладания возбудительного. Очевидно, возникала широкая иррадиация процесса возбуждения по всем структурам мозга. Значительно ухудшалось внутреннее торможение.

В период 12-го и 13-го опытов 19-часовых экспериментов, т. е. после относительного привыкания животных находиться в кабине по 19 час, показатели высшей нервной деятельности улучшались по сравнению с таковыми в начале 19-часовых опытов. Процент сорванных дифференцировок снизился до 31,1, число межсигнальных реакций — до 2,8, реакции на положительные сигналы отсутствовали в 13,6% и т. д. Менее возбужденным стало поведение животных в станке. Сравнение этих данных с материалами, полученными в первых 12-часовых опытах, указывало на относительную существенность таких сдвигов в высшей нервной деятельности. После привыкания собак находиться в кабине по 19 час. подряд нервное состояние улучшалось в меньшей степени, чем при привыкании к 12-часовым экспериментам.

Поведение. Было нарушено то соотношение поз покоя и действия, которое отмечалось при опытах меньшей длительности: 14 час. в сутки животные стояли и сидели, что говорило о большей, чем в других экспериментах, возбужденности собак.

Существенно увеличилось число двигательных реакций, они стали интенсивными. У многих собак отмечалось значительное увеличение реакций, возникающих без внешних раздражений (топтаний на месте, прыжков и т. д.). Показатели актограммы в период 12–19-го часа 19-часовых опытов возросли в среднем в 1,4 раза. У одной собаки, как и в 12-часовых экспериментах, наблюдалась смена повышенной двигательной активности малоподвижностью.

Существенные изменения регистрировались также и в области звуковых реакций. Животные не только скулили, но иногда и стонали, чего не наблюдалось в 12-часовых опытах.

Таким образом, удлинение 12-часовых опытов до 19-часовых ухудшало общее состояние собак и, в частности, состояние их нервной системы, что видно при изучении поведения и обследовании животных разными методами. Ухудшение получало особенно выраженные формы после 13 час. и нарастало к концу 19-часовых опытов.