Раздел 4. Гештальт - консультирование План

4.1. Гештальт-подход в консультировании.

4.2. Ф. Перлз – основатель гештальт-психологии.

4.3. Основные положения гештальт-консультирования.

4.4. Нововведения.

4.5. Причины неадекватного поведения людей.

4.6. Практика.

4. 1. Гештальт-подход в консультировании

Гештальт-консультирование, или гештальт-терапия, согласно Перлзу, ее главному «архитектору», является экзистенциальным подходом, для которого характерен «ана­лиз не только симптомов или структуры характера, но и всего существования человека» (Perls, 1969). В конце своей жизни Перлз (Perls, 1969) написал, что он рассматривал гештальт-консультирование как один из трех существовавших тогда ти­пов экзистенциального консультирования; два других типа — это логотерапия Франкла и dasein-консультирование Бинсвангера («dasein» нем. — «быть налицо, присут­ствовать»). Клиенты, которые приходят к гештальт-консультанту, находятся в состоя­нии экзистенциального кризиса и нуждаются в обучении тому, как брать на себя ответ­ственность за свое существование. Перлз считал, что все другие экзистенциальные философы черпали свои концепции из других источников; например Бинсвангер — из психоанализа, Тилли — из протестантизма, Сартр — из коммунизма. Гештальт-кон­сультирование — это единственный экзистенциальный подход, который поддержива­ется своей собственной структурой, поскольку формирование гештальтов, возникно­вение потребностей является первичным биологическим явлением. Перлз отмечал:

«Гештальт-терапия — это философия, гештальт-терапевты пытаются быть в гармонич­ных отношениях со всем остальным, с медициной, с наукой, со Вселенной, со всем, что есть» (Perlis, 1969).

4.2. Фриц Перлз – основатель гештальт-психологии

Фридрих (Фредерик или Фриц) Соломон Перлз (1893-1970), создатель теории гештальт-консультирования, родился в Берлине, в семье еврейского коммивояжера, торговавшего палестинскими винами. Он рос вместе с двумя сестрами в беспокойной обстановке, так как mежду его родителями постоянно происходили ожесточенные стол­кновения, как словесные, так и физические. Мать Перлза била сына палкой для выби­вания ковров, но Перлз утверждал, что это не сломило его дух; вместо этого он сам ломал палки, которыми его били. Перлз считал своего отца лицемером, который пропо­ведует одно, а делает другое, и который все больше изолируется от семьи. Перлз пи­сал: «В целом я ненавидел отца и его напыщенную справедливость, но иногда он мог быть заботливым и сердечным. Насколько на мое отношение к отцу повлияла нена­висть к нему моей матери, насколько эта ненависть отравила нас, детей, я не могу ска­зать» (Perls, 1969). В годы, когда Перлз мужал, знакомился с сексом, про­бовал активно самостоятельно действовать, он был черной овцой для своей семьи. В течение всей своей жизни Перлз был склонен к мятежу, никогда не угодничал, очень быстро замечал притворство других и остро реагировал на псевдоподлинность, ему нра­вилось выставлять напоказ свою личность. Ощущения неприятия и ненадежности, ко­торые Перлз часто испытывал в детстве, возможно, сильно повлияли на ход его жизни.

Перлз учился в университетах Фрейбурга и Берлина и получил степень доктора медицины в Берлинском университете в 1920 году. В 1926 году Перлз был ассистентом психолога Курта Гольдштейна во Франкфуртском неврологическом институте, в нача­ле 1930-х годов он работал в Венском институте психоанализа, а затем в Берлинском институте психоанализа. В 1933 году, когда Гитлер пришел к власти, Перлз бежал из Германии в Голландию. Перед отъездом он занимался психоанализом у Вильгельма Райха, а его методистами были Отто Фенихель и Карен Хорни. Перлз писал: «От Фенихеля я получил нарушение ориентации; от Райха — наглость; от Хорни — способность к участию без злоупотребления специальной терминологией» (Perls, 1969).

В 1934 году по рекомендации Эрнеста Джоунса, друга и биографа Фрейда, Перлз пере­ехал в Йоханнесбург, где стал обучать студентов психоанализy. Через год после пере­езда он основал Южноафриканский институт психоанализа. В 1942 году в Южной Аф­рике была издана первая книга Перлза «Эго, Голод и Агрессия» (Ego, Hunger and Aggression), в Англии эта книга была выпущена в 1947 году. Несколько глав в этой книге были написаны женой Перлза Лаурой, которая внесла большой вклад в создание и развитие теории гештальт-консультирования (Yontef, Simkn, 1989).

В 1946 году Перлз эмигрировал в Соединенные Штаты и основал частную практи­ку в Нью-Йорке. В 1951 году он опубликовал книгу «Гештальт-герапия» (Gestalt Thera­py) в соавторстве с Ральфом Хефферлином и Полом Гудмэном. В 1952 году Перлз осно­вал Нью-Йоркский Институт гештальт-терапии, а в 1954 году — Кливлендский Инсти­тут гештальт-психотерапии. В 1960 году Перлз переехал на Западное побережье Со­единенных Штатов, а в 1964 году вошел в штат Эсаленского Института в Биг Сур, штат Калифорния, в качестве психиатра. В 1969 году он переехал в Ковичан на Ванкувер-Айленд (остров Ванкувер) в Британской Колумбии, где основал гештальт-общину. В 1969 году Перлз также опубликовал научную работу «Гештальт-терапия в дослов­ной передаче» (Gestalt Therapy Verbatim) и автобиографическую антологию прозы, поэзии и психологии, названную им «Внутри и вне помойного ведра» (In and Out of the Garbage Pail). Перлз умер в возрасте 76 лет 14 марта 1970, после краткой болезни. Незадолго до своей смерти Перлз работал над двумя книгами — «Гештальт-подход» (The Gestalt Approach) и «Наблюдающий за процессом терапии» (Eye Witness to Thera­py). Эти работы были изданы после смерти Перлза в 1973 году, они вошли в состав отдельной книги «Гештальт-подход и наблюдатель процесса терапии» (The Gestalt Approach and Eye Witness to Therapy).

Многие идеи зародились у Перлза в австро-германском мире. Сильное влияние ока­зал на Перлза фрейдистский психоанализ, хотя, в конечном счете, Перлз избрал соб­ственный путь. Также на Перлза повлияли идеи Райха, в частности мысль о наличии у индивидуума «защитного панциря», благодаря которому сопротивление становится общей функцией организма. Сильное влияние оказала на Перлза работа гештальт-пси-хологов, с которыми, по мнению Перлза, у него сложились специфические отношения, так как, восхищаясь многим в работе этих психологов, он счел невозможным следовать за ними, когда они стали логическими позитивистами. Перлз не читал ни одного из написанного гештальт-психологами учебников, хотя он познакомился с некоторыми научными статьями Левина, Вертхаймера и Келера. Перлз отмечал: «Наиболее важ­ной для меня была мысль о незаконченной ситуации, о негодном гештальте». Академические гештальтисты никогда не принимали Перлза, и он не счи­тал себя чистым гештальтистом. Перлз имел множество личных контактов с людьми, в том числе немало «любов­ных историй». С другой стороны, на Перлза повлияли американская гуманистическая психология, восточные религии, медитация, психоделики и работа тела. В своей авто­биографической книге «Внутри и вне помойного ведра» Перлз признается во многих непреодолимых влечениях, включая тягу к курению и «распутству». Хотя Перлз, возможно, не всегда был настолько ответственным, на­сколько, по его мнению, должен стать ответственным человек после завершения курса гештальт-терапии, но, похоже, был чрезвычайно жизнерадостной и харизматической личностью. Гештальг-молитва этого беспокойного цыгана была такова:

Я делаю свое, и ты делаешь свое. Я в этом мире не для того, чтобы жить в соответствии с твоими ожиданиями. И ты в этом мире не для того, чтобы жить в соответствии с моими ожиданиями. Ты — это ты, а я — это я. И если мы случайно находим друг друга, это прекрасно. Если же нет, то в этом случае ничем нельзя помочь. (Perls, 1969).