Однородные члены предложения

§ 433. Характеризуя стилистическую роль однородных членов, прежде всего следует отметить разницу между предложением, имеющим однородные члены, с одной стороны, и рядом самостоятельных простых предложений – с другой. Вторые эмоциональны и экспрессивны и используются редко, обычно в приподнятой речи. Так, у Эренбурга:

На их место [убитых немцев. – А. Г.] пришли новые. Пришли старики. Пришли подростки. Пришли калеки. Пригнали марсельских сутенеров. Пригнали босячье всей Европы ("Солнцеворот").

Достаточно заменить ряд имеющихся здесь отдельных предложений одним предложением с однородными членами, чтобы убедиться, как снизится эмоциональность отрывка, изложение приобретает спокойный, заранее обдуманный характер. Так: Пришли старики, подростки, калеки... и т. д.

И тотчас множество мелких и даже мельчайших подробностей, на которые солдаты не обратили внимания именно потому, что эти подробности были так близко, сразу бросились им в глаза.

Они увидели втоптанную в землю недокуренную сигарету. Они увидели целый ворох листьев, сбитых с поломанного куста. Наконец, они увидели немного подальше веревочный кнут Вани (В.Катаев). И здесь объединение трех последних предложений в одно (с опущением повторных они увидели) лишило бы речь экспрессии.

Однородные члены нередко связаны со строго логическим изложением, лишены эмоциональности. Это подтверждается и тем, что в эмоциональной речи вместо перечисления оказывается ряд разорванных, самостоятельных восклицаний. Так, в "Горе от ума":

Молчалин. Как обходительна! добра! мила! проста!

Загорецкий. На басни бы налег; ох! басни – смерть моя!

Насмешки вечные над львами! над орлами!

Репетилов. Зови меня вандалом:

Я это имя заслужил —

Людьми пустыми дорожил!

Сам бредил целый век обедом или балом!

Об детях забывал! обманывал жену!

Играл! проигрывал! в опеку взят указом!

В отличие от однородных членов, здесь каждое восклицание самостоятельно и не указывает на продолжение перечисления.

Достаточно заменить восклицательные знаки запятыми и читать эти фразы как одно предложение с однородными членами, чтобы убедиться в том, что они потеряют яркость эмоциональной окраски.

§ 434. Из функций однородных членов на первом месте следует рассмотреть их использование для выражения всякого рода классификаций. С этой стороны к ним предъявляются чисто логические требования:

1) Чтобы деление и мело одно основание. Основанием деления в логике называется признак понятия, по отношению к которому общее понятие разделяется на ряд групп, например: студентов можно делить на группы по успеваемости, по партийности, по возрасту, по полу. Эти признаки – успеваемость, партийность, возраст, пол – являются основаниями деления; логика и требует, чтобы деление производилось по одному признаку.

Так, перечисляя члены предложения, мы выделяем слова по их функции в предложении. Основание деления будет подменено, если в перечисление членов предложения: подлежащее, сказуемое, определение, дополнение, обстоятельство – будет включено, например, существительное или прилагательное, так как части речи выделяются по другому основанию. Или при перечне согласных по месту образования: губные, губно-зубные, зубные, передненебные, средненебные, задненебные – присоединение к ним взрывных или фрикативных было бы сделано по другому основанию (по способу образования); присоединение сонорных или свистящих опять меняло бы основание (это группы звуков по акустическим признакам).

2) Чтобы члены деления исключали друг друга. Это требование нарушается, если при перечне членов предложения – определение, дополнение, обстоятельство – будет включено также обстоятельство причины, так как оно входит в состав обстоятельства в целом. Или во фразе: В саду гуляли взрослые, дети, учащиеся – понятия дети и учащиеся не исключают друг друга. Это нарушает и единство основания деления: таким основанием в данном случае является деление по возрасту. Точно также в приведенных выше примерах понятия подлежащее и существительное или зубные и взрывные не исключают друг друга.

3) Чтобы деление было полным, охватывая все виды известного рода, например, чтобы при перечне членов предложения они были охвачены все. Это простое требование обязательно для научных классификаций; во многих других случаях перечень может быть и неполным.

§ 435. Обязательность этих логических требований не только в науке, но и в других жанрах речи видна из того, что их нарушение создает комический эффект, как все нелогичное. Так, у Гоголя: Это все перед домом; а посмотрели бы, что у него в саду! Чего там нет? Сливы, вишни, огородина всякая, подсолнечники, огурцы, дыни, стручья, даже гумно и кузница.

Комический оттенок имеется и в следующем отрывке из "Евгения Онегина":

Мелькают мимо будки, бабы,

Мальчишки, лавки, фонари,

Дворцы, сады, монастыри,

Бухарцы, сани, огороды,

Купцы, лачужки, мужики,

Бульвары, башни, казаки,

Аптеки, магазины моды,

Балконы, львы на воротах

И стаи галок на крестах.

В то же время здесь пестрота и логическая неоднородность перечисления имеет целью показать калейдоскопичность и неожиданность впечатлений, набегающих на проезжающего по Москве путешественника.

§ 436. Кроме того, художественная речь, особенно стихотворная, широко допускающая игру слов, использует как специальный оборот, основанный на игре прямым и переносным значением слов и дающий смелое объединение далеких по значению понятий, перечисление в зависимости от одного слова в разных значениях. В таких перечислениях нередко даются рядом далекие и логически неоднородные понятия. Так, у Крылова:

[Философ]

Читал, выписывал, справлялся,

И в книгах рылся и в грядах.

("Огородник и философ".)

Здесь рядом с прямым значением рылся в грядах дается переносное рылся в книгах, т. е. отыскивал в книгах.

У Фета:

Я полон дум, когда, закрывши вежды,

Внимаю шум

Младого дня и молодой надежды.

У Тютчева:

И языками неземными,

Волнуя реки и леса,

В ночи не совещалась с ними

В беседе дружеской гроза.

У Блока:

Я, не спеша, собрал бесстрастно

Воспоминанья и дела.

У В. Инбер в описании путешествия:

Как путали мы деньги и слова.

Это говорит о том, насколько своеобразны выразительные средства этого стиля.

В прозе такие случаи носят более или менее комический характер: Он [путешественник-англичанин] лежал в каюте на койке, которая была непосредственно над моей; в продолжение ночи он раза три чуть не убил меня то страхом, то ногами; в каюте была смертная жара, он несколько раз ходил пить коньяк и всякий раз, сходя или входя, наступал на меня и громко кричал... (Герцен, Былое и думы); ... и на подъезд выбежали девки и лакеи со свечами и радостными лицами (Л.Толстой, Война и мир); Мужчины остались за столом и за портвейном (там же).

Поэтому нельзя в полной мере согласиться с такими замечаниями Чернышева: "Нельзя также соединять в одно слитное предложение глаголов, тождественных по звукам, но неодинаковых по значению, как это делается в известной шуточной фразе: На улице шли дождь и молодой человек. Поэтому не совсем правильно следующее:

Какая тень и аромат

Плывут над меркнущею степью.

(Фет.)

Неудобно также соединение союзами частей слитного предложения, одинаковых по форме, но различных по смыслу. Например, у Лермонтова в рукописи "Героя нашего времени" написано: ...гостей не было, кроме Веры и скуки. В печатном тексте это место, однако, оказалось переделанным: ...гостей не было, кроме Веры и одного презабавного старичка. Неловко сказано и у Аксакова: Когда мы весело возвращались с богатой добычей, милая сестрица выбежала ко мне навстречу с радостным криком и с полоскательной чашкой спелой ежевики". ¹

Пример из Фета не вызывает никаких сомнений. В примерах из Лермонтова и Аксакова вопрос идет только об уместности комического оттенка.

Логическая неоднородность при перечислении встречается в работах учащихся и требует исправления. Так: "Я увидела очень много интересного, как, например: Украину, горы, соленые озера".

Здесь в перечислении рядом фигурируют логически несоединимые отвлеченные и конкретные понятия.

§ 437. Обычной формой логически исчерпывающего перечня является ряд однородных членов без союзов, кроме двух последних, соединенных союзом и. Такой одиночный союз и создает впечатление логической однородности и законченности перечисления.

Музыкальные звуки различаются по силе, высоте и тембру; Мы видели, что суждения бывают общеутвердительные, общеотрицательные, частноутвердительные и частноотрицательные (Учебник логики).

Подчеркнутая важность каждого из членов перечисления в научной и деловой речи отмечается цифрами перед каждым из них:

Речевой аппарат состоит, из четырех главных частей: 1) дыхательного аппарата, 2) гортани, 3) полости носа, 4) полости рта; В логике принято делить суждения с четырех точек зрения: 1) количества, 2) качества, 3) отношения и 4) модальности (Учебник логики).