§ 363. 2) В связи с тем что естественно протекающие размышления развертываются в форме диалога, они часто выражаются в художественных произведениях в виде возникающих перед персонажем вопросов:

В экспедиции, вместе со мной, пять работников. Из них Захаров и Николай оказались слабыми, старик может только стряпать. Я занимаюсь не сбором семян, а поисками зарослей трав. С одним Кузьмой много не сделаешь. Думать о замене их другими работниками сейчас поздно. Не выполнить мне плана экспедиции.

Я загоревал. Что делать? Один выход – приняться за Николая и Захарова всерьез, заставить их работать. Но как? Уговорами? Бесполезная трата времени. Заняться воспитанием?.. Я никогда педагогом не был, да в экспедиции перевоспитанием заниматься трудно (А.Шахов, Длинные дороги).

Свалившись после неудачной попытки встать, Алексей на мгновенье потерял сознание, но то же ощущение близкой опасности привело его в себя. Несомненно в сосняке скрывались люди, они наблюдали за ним и о чем-то перешептывались.

Он приподнялся на руках, поднял со снега пистолет и, незаметно держа его у земли, стал наблюдать. Опасность вернула его из полузабытья. Сознание работало четко. Кто они были? Может быть, лесорубы, которых немцы гоняют сюда на заготовку дров? Может, русские, такие же, как и он, окруженцы, пробирающиеся из немецких тылов через линию фронта к своим? Или кто-нибудь из местных крестьян? Ведь слышал же он, как кто-то отчетливо вскрикнул: "Человек"? (Б.Полевой, Повесть о настоящем человеке).

Фиксацию цепи непосредственно возникающих вопросов представляет стихотворение Пушкина "Цветок":

Цветок засохший, безуханный,

Забытый в книге вижу я;

И вот уже мечтою странной

Душа наполнилась моя:

Где цвел? когда? какой весною?

И долго ль цвел? и сорван кем,

Чужой, знакомой ли рукою?

И положен сюда зачем?

На память нежного ль свиданья,

Или разлуки роковой,

Иль одинокого гулянья

В тиши полей, в тени лесной?

И жив ли тот, и та жива ли?

И нынче где их уголок?

Или уже они увяли,

Как сей неведомый цветок?

§ 364. 3) Выше, в обзоре особенностей разговорного стиля (§ 335), было указано, что в непосредственной речи говорящий, формируя предложение в момент его произнесения, иногда в середине его ставит перед собой вопрос и лишь потом заканчивает предложение, уяснив ту или иную деталь при посредстве этого вопроса.

Этот прием используется в художественной речи, придавая оттенок непосредственности и живости.

Литературную обработку такой живой речи, использующей элементы диалога, находим в стихотворении К. Н. Батюшкова "Странствователь и домосед":

Как трудно век дожить на родине своей

Тому, кто в юности из края в край носился,

Все видел, все узнал – и что ж? из-за морей

Ни лучше, ни умней

Под кров домашний воротился;

Поклонник суетным мечтам,

Он осужден искать... чего – не знает сам!..

Два брата, Филалет и Клит, смиренно жили

В предместий Афин, под кровлею одной;

В довольстве? – не скажу, но с бодрою душой

Встречали день и ночь спокойно проводили,

Затем что по трудах всегда приятен сон.