§ 355. Отрицательные предложения указывают на отсутствие в действительности связи между понятиями.

Рядом с обычным отрицанием имеется особое эмоциональное отрицание, выражаемое оборотами, имеющими характер идиом. Так, сравните: Он не пришел и Он и не думал приходить; Он и не думает писать (сравните: Он, не пишет); этот оборот употребляется в качестве возражения, отказа: Отнеси книгу! – И не подумаю относить (сравните: Не отнесу) – и связан с разговорным стилем речи.

— Лелечка, пожалуйте кушать! – кричит издали Настя, горничная. Я, конечно, и не воображаю откликаться (А.Н.Толстой, Я лежу на траве).

§ 356. Эмоционально насыщенная речь может производить резкие сдвиги в выражении утверждения и отрицания; так, выражая возмущение заявлением собеседника, говорящий повторяет его мысль с интонацией протеста или иронии, и такое предложение, не имея отрицательной частицы, выражает решительное отрицание, сравним: Он умен – Он умен!; Он решит – Он решит!

В шуточной пьесе Чехова "Медведь" есть несколько случаев, когда собеседник повторяет с возмущением и иронией слова другого лица, тем самым категорически отрицая его заявления и протестуя против них:

Лука. Барыны больны и не принимают.

Смирнов. Пошел! (Лука уходит.) Больны и не принимают! Не нужно, не принимай....

Попова. Позвольте, так кто же, по-вашему, верен и постоянен в любви? не мужчина ли?

Смирнов. Да-с, мужчина!

Попова. Мужчина! (Злой смех.) Мужчина верен и постоянен в любви! Скажите, какая новость! (Горячо.) Да какое вы имеете право говорить это?..

Попова. Почему вы не хотите драться?

Смирнов. Потому что... потому что вы... мне нравитесь.

Попова. (Злой смех.) Я ему нравлюсь! Он смеет говорить, что я ему нравлюсь!

Аналогичное выражение отрицания может встречаться не только как повторение реплик собеседника: Гаев. Дам я ему, держи карман (Чехов, Вишневый сад).

В диалоге Парабукина с дочерью Аночкой:

— Хочешь, чтобы у тебя папка знаменитостью стал?

— Это как? – спросила Аночка. – Это как артисты?

— Куда артистам! Так, чтобы меня все знали.

— На берегу?

— На берегу я и так известный. Нужен мне берег! (Федин, Первые радости).

§ 357. Только по отношению к будущему времени для выражения экспрессивного отрицания употребляется оборот с формой прошедшего (без отрицательной частицы не), имеющей дополнение в дательном падеже для обозначения лица, отказ которому высказывается данной конструкцией, причем этот оборот произносится также с интонацией, выражающей протест и иронию. Сравним: Я не пойду – Пошел я тебе!; Поехал он вам!; Так я ему и сделал! По-видимому, этот оборот ограничивается использованием небольшой группы глаголов.

Такие способы эмоционально окрашенного отрицания относятся к разговорной речи. Они показывают, насколько своеобразны восклицательные предложения и как велика в них роль интонации.

§ 358. Значение отрицательных предложений заметно меняется от места отрицания. Так, с одной стороны, выделяются в полной мере отрицательные предложения, когда констатируется отсутствие связи между понятиями. Это бывает тогда, когда отрицание не относится к сказуемому: Николаев не инженер; Ученик не был спрошен; Ночь не темна; Директор не приехал. С другой стороны, имеются частично отрицательные предложения, – когда предложение заключает утверждение, но оно ограничено в том или другом отношении. Это и бывает тогда, когда отрицание не стоит при каком-либо члене предложения, кроме сказуемого. Так: Не я рассказывал вам это. Здесь констатируется, что рассказ имел место, только отрицается, что он был совершен указываемым лицом (я). Я читал не долго указывает на то, что чтение имело место, и отрицается только его продолжительность. Дети ходили не в лес. Они не очень устали – отрицание относится только к очень, указывая отсутствие значительной степени усталости, тогда как связь между подлежащим и сказуемым имеется: дети устали.

Предложение остается частично отрицательным и тогда, когда в составном сказуемом отрицание относится не к связке, а к предикативному члену. Так: Было время, когда человек был не великаном, а карликом, не хозяином природы, а ее послушным рабом (М.Ильин и Е.Сегал, Как человек стал великаном). В этом предложении имеется частичное утверждение, благодаря чему рядом и дается противопоставление, именно: человек был карликом, послушным рабом.

Таким образом, необходимо тщательно следить за тем, к какому слову относится отрицание не, так как от этого зависит содержание высказываемого.

§ 359. В вопросительных предложениях прежде всего выделяются две группы, противоположные по характеру ожидаемого ответа. В одних случаях говорящий только ждет от собеседника подтверждения или отрицания высказываемого им суждения – в самой мысли для него ничего неизвестного нет. Этот тип вопроса имеет место тогда, когда вопросительное предложение не имеет вопросительных членов предложения и отличается от повествовательного только интонацией или вопросительной частицей: Вы прочитали книгу?; Он закончил перевод?; Пришел ли секретарь? Такие предложения предполагают только один из двух ответов да или нет, т. е. здесь идет речь об отношении высказываемой мысли к действительности.

Ряд таких вопросов имеется в следующем отрывке из стихотворения Пушкина:

Зима. Что делать нам в деревне? Я встречаю

Слугу, несущего мне утром чашку чаю,

Вопросами: тепло ль? утихла ли метель?

Пороша есть иль нет? и можно ли постель

Покинуть для седла, иль лучше до обеда

Возиться с старыми журналами соседа?

§ 360. В других случаях, наоборот, говорящему неизвестны те или иные элементы интересующей его мысли; ему важно знать лицо или предмет, их качества, место, время, причину, цель действия и т. д. В этих случаях вопросительные предложения включают вопросительные слова, выступающие членами предложения,— кто, что, когда, почему, куда, зачем и т. д.: Кто открыл окно?; Как пройти на вокзал?; У кого ты был?

Поспешаю я, что есть мочи, гляжу, а по дорожке... белый вол идет. Я и думаю: чей это вол? Зачем его сюда занесла нелегкая? (Чехов, Счастье).

§ 361. Вопросительные предложения строятся по-разному, в зависимости от того, какого ответа ждет или хочет говорящий. Так, во-первых, спрашивающий не предвидит ответа; положительный и отрицательный ответ представляется ему одинаково возможным:

Фирс. Готов кофий? (Чехов, Вишневый сад).

Аня. Ну что, как? Заплатили проценты? (там же).

Лопахин. Согласны вы отдать землю под дачи или нет? Ответьте одно слово: да или нет? (там же).

В подобных случаях или совсем отсутствует вопросительная частица, или употребляется частица ли.

Во-вторых, положительный ответ кажется говорящему маловероятным; в таком случае используются частицы разве, неужели.

Шарлотта. Влюблен? (Пожав плечами.) Разве вы можете любить? (Чехов, Вишневый сад).

Звонцов. Она хочет музыке учиться. – Варвара. Кто? – Звонцов. Шура. – Шура. Неправда. Я не хочу учиться музыке. – Варвара. Откуда же ты это взял? – Звонцов. Разве ты, Шура, не говорила, что хочешь? – Шура (уходя). Никогда не говорила (Горький, Егор Булычев и другие).

А видел ли слона? Каков собой на взгляд? – Да разве там он? (Крылов, Любопытный).

В-третьих, спрашивающий сам уверен в факте и только хочет найти у собеседника его подтверждение или добивается того, чтобы собеседник не скрывал своего мнения или своих поступков. Это выражается разными усилительными частицами – ведь, не правда ли: Ведь ты принес книгу? Ага, согласился?

Аня. Ты, мама , вернешься скоро, скоро... не правда ли? (Чехов, Вишневый сад).

Лопахин. Значит, в Москву теперь? (там же).

Марина. Так и уедешь без чаю? (Чехов, Дядя Ваня).

Кроме того, случаи второй и третьей группы также эмоциональны.

Ряд частиц (что, как), присоединяемых к вопросительным предложениям, выражает подчеркивание, усиление вопроса: Что, написал?; Как, не поехал?; – Что ж, будешь рыть? – Попытаю счастья,... (Чехов, Счастье).

§ 362. 1) Из особых функций вопросительных предложений следует отметить употребление их в повествовании для создания характера диалога. Примером может служить отрывок из произведения Сергеева-Ценского "Севастопольская страда":

Капитан-лейтенант Стеценко, человек малого роста, но большой серьезности, чем ближе и больше наблюдал Меньшикова, как один из его адъютантов, тем яснее видел, что тот попал почему-то совсем не на свое место, хотя в нем и было несколько качеств, без которых немыслим главнокомандующий. Ум? – Был, притом всеми признанный. – Широкий взгляд на вещи? – Был и широкий взгляд на вещи. – Общая образованность? – Была, и большая, вплоть до диплома ветеринара и звания ученого кузнеца, полученного в Германии в молодости. – Знание военного дела? – Было, притом всестороннее: и пехотного, и кавалерийского, и инженерного, и морского дела. – Уменье управлять людьми?—Было, несомненно, приобретено за очень долгую службу на высоких постах Финляндского генерал-губернатора и управляющего морским министерством. – Стратегия? – Да, он был даже и стратегом, несмотря на его неудачи... Казалось бы, что по всем предметам, необходимым для поста главнокомандующего, Меньшиков мог бы выдержать экзамен на двенадцать, и все-таки чего-то не хватало в нем, притом самого важного.

Достаточно переработать этот отрывок, исключив черты диалога, как будет потеряна живость и естественность этой характеристики; "У него был ум, притом всеми признанный. Был широкий взгляд на вещи. Была широкая общая образованность..."

Вот пример из книги К. С. Станиславского "Работа актера над собой":

Знаете ли вы таких актеров, которым стоит только появиться на сцене, – и зрители их уже любят. За что? За красоту? Но очень часто ее нет. За голос? И он нередко отсутствует. За талант? Он не всегда заслуживает восхищения. За что же? За то не уловимое свойство, которое на разговорном языке мы называем: "Поди, сюда". За ту необъяснимую привлекательность всего существа актеpa, недостатки которого превращаются, в достоинства и копируются его поклонниками и подражателями. Таким актерам позволяется все, даже плохая игра. Пусть они только почаще выходят на сцену и остаются на ней подольше, чтобы зрители видели своего любимца!