Славянизмы

§ 106. Под славянизмами разумеются слова, заимствованные из старославянского языка или созданные в русском языке из элементов старославянского языка. Иногда их рассматривают по их происхождению из другого, хотя и родственного языка как особую разновидность заимствований, иногда же по их функции в современном языке как наиболее крупный пласт архаической лексики. Второй подход помогает уяснению стилистического использования славянизмов. Но и по отношению к ним приходится повторить сказанное об иноязычных словах и архаизмах: славянизмы не составляют однородного стилистического пласта; среди них имеются далеко расходящиеся разновидности. Можно выделить четыре особые группы.

§ 107. В первую группу входят общеупотребительные слова, являющиеся основными для русского языка наименованиями понятий; они, как правило, не имеют русских параллелей. В целом ряде случаев они заменили существовавшие в древнем языке соответствующие им слова с русскими фонетическими особенностями. Сюда относятся: время, враг, плен, храбрый, срам, шлем, владеть, жажда, надежда, вред, нрав, пещера (ср. старые и диалектные: веремя, ворог, полон, хоробрый, сором, шелом, володети, жажа, надежа, веред, норов, печера), а также: брань (ср. оборона), платок (ср. полотно), мрак (морочить), небо (нёбо). Они органически вошли в основную группу общеупотребительных, стилистически нейтральных русских слов.

§ 108. Вторую группу составляют слова, часто имеющие русские параллели, но отличное от них значение, именно обозначающие книжные, отвлеченные понятия; они являются принадлежностью литературного языка и его книжных стилей в отличие от народных говоров (см. § 56). Вот примеры: власть (волость), главный (головной), вождь (вожак), просвещение (просвечивание), предисловие, оглавление, заглавие, единство, главенство. Эта группа представляет собой среди славянизмов наиболее ценный вклад в лексику русского языка.

§ 109. К третьей группе относятся слова, характеризующиеся окраской приподнятости, торжественности, нередко и архаичности; эти слова имеют более простые русские параллели, служащие основными наименованиями соответствующих понятий. Такие старославянизмы – принадлежность высокого стиля речи (см. § 57, 58). Таковы: грядущее – будущее, внимать – слушать, хранить – беречь, перст – палец, ладья – лодка, зодчий – архитектор, лобзание – поцелуй, отверзать – открывать, лик – лицо.

§ 110. В четвертую группу входит небольшое количество устарелых слов, употребляемых иронически в целях дискредитирования, осмеяния изображаемого (см. § 63, 64); такая экспрессивная окраска резко отлична от их использования в религиозных текстах старославянского языка: паки – опять, не токмо – не только, всуе – понапрасну, зело – очень, елико возможно – сколько возможно, тем паче – тем более.

§ 111. Слова первой и второй групп, органически вошедшие в словарный состав русского языка, в значительной части относящиеся к основному словарному фонду, уже не обособляются от основной массы русских слов, они и получили название этимологических старославянизмов, то есть выделяющихся только при изучении их происхождения. Две последние группы слов, отчетливо противополагающиеся соответствующим русским словам и употребляемые с особыми стилистическими целями, получили название стилистических старославянизмов. Эти группы и относятся к разным группам архаизмов.

В современном языке по сравнению с языком пушкинской эпохи эта группа сильно сократилась и почти выходит из употребления. Например, в пушкинскую эпоху широко использовались такие двойники, как златой – золотой, сребристый – серебристый, брег – берег, врата – ворота, хладный – холодный, глас – голос, нощь – ночь и т. д. Сейчас они перестали употребляться даже в поэтическом языке; крайне редко употребляются и слова с иронической окраской. Это составляет одно из крупных отличий в стилистических ресурсах современного языка сравнительно с языком пушкинской поры.