49. На что обратили внимание власти бразильской Куритибы, кроме преобразования системы улично-дорожной сети и организации общественного транспорта при разработке стратегии городского развития.

На озеленение города. Было создано большое количество парков. Сегодня в Куритибе на каждого жителя приходится 64,5 м2 зеленых насаждений. Причем в расчет не идут газоны и водоемы, только древесные массивы площадью не менее 100 м2. (Для сравнения: в Москве около 20 м2, в Санкт-Петербурге до 16 м2 зеленых территорий общего пользования на человека.) В 1971-м, до прихода Лернера к власти, на каждого горожанина приходилось всего полметра зелени, хотя население было втрое меньше. «Деревья подарят нам тень, если мы дадим им воду» — под таким девизом началась программа озеленения. Горожане сами поливали растения на улицах. Было посажено более миллиона деревьев благодаря экономии на ирригации.

50.О чем говорят нам уроки Детройта?

(На этот вопрос однозначно ответить нельзя. Просто скину статью. Прочтите и сделайте выводы.)

Из Дашиных ответов:))) ДЕТРОЙТ – пример – непродуманной стратегии развития города.

История взлета и падения Детройта – наглядный урок и предостережение для многих бурно развивающихся мегаполисов Европы, включая столицы республик бывшего СССР

Сюрреалистичное зрелище – тридцатиэтажный дом с выбитыми окнами и полуразвалившимися стенами, из которых растут деревца. А напротив – вычурно роскошный ещё действующий магазин. С одной стороны освещённые витрины в три человеческих роста, а с другой – такие же гигантские стекла, но с дырами от камней, мусором и фекалиями внутри.

Все это – современный город Детройт на севере США, знаменитая столица американской автомобильной индустрии. Здесь, в колыбели американской промышленности, едва теплится жизнь. Сегодня в Детройте работают только заводы корпораций Дженерал Моторс и Даймлер-Крайслер – «последние из могикан» ушедшей эпохи. Вокруг них еще бурлит жизнь, концентрируясь в отдельных районах – так называемые «suburbs». Все остальное откровенно пугает, напоминая нечто среднее между декорациями фантастической антиутопии о жизни после всепланетной техногенной катастрофы и буднями варшавского гетто времен Второй Мировой.

В чем же причина того, что Детройту так сильно не повезло? Для ответа на этот вопрос стоит сделать небольшой экскурс в историю. До начала промышленного бума и повсеместного внедрения системы конвейерного производства Детройт представлял собой типичный заштатный американский городишко. Однако развитие машиностроения привлекло сюда гигантские инвестиции. Десятки крупных автомобильных фирм построили тут своим заводы, вокруг которых вырастали жилые кварталы. Сверхприбыли капиталистов, которые жестоко подавляли профсоюзную борьбу, вкладывались в инфраструктуру и сферу развлечений. Так появились знаменитые детройтские небоскребы и офисы, клубы, рестораны и казино. Что характерно, застройка города шла хаотично и бессистемно. «Бешеные деньги» требовали вложения куда-нибудь – лишь бы они не стояли без дела.

В результате за несколько десятилетий разбухавший, как на дрожжах, мегаполис дошел до черты, за которой маячил вполне реальный экологический и инфраструктурный кризис. Заводы Детройта, как гигантский Молох всасывали в себя огромные толпы недавних мигрантов. «Рабочие руки» нуждались в жилье, и оно строилось ударными темпами. Причем, чем дешевле оно было, тем меньше соблюдались элементарные строительные нормы. Жилье быстро приходило в негодность – но это не останавливало чувствовавших конъюнктуру промышленного бума застройщиков. Прибыль, прибыль любой ценой – вот, что на самом деле двигало развитие Детройта, а вовсе не рациональные планы по максимально комфортному обустройству территории жизни для миллионов горожан. В бурно растущем Детройте не существовало никакого генплана, которые регулировал бы развитие инфраструктуры. Его Величество Рынок руководил процессом, словно сойдя со страницы Библии апологетов либерализма и сторонников принципа минимального вмешательства государства в экономическую жизнь общества.

Еще одной проблемой города стал транспортный коллапс. Как и повсюду в Америке, общественный транспорт практически не развивался, и по улицам Детройта ездили личные автомобили горожан. По мере того, как дешевели производимые детройтскими автозаводами машины, они становились доступнее небогатым людям, которые могли получить небольшой кредит. Соответственно, количество автомобилей на улицах росло в геометрической прогрессии. Со временем это создало не только экологические проблемы – тот самый, знаменитый детройтский смог, плотными слоями стоявший в атмосфере, – но и гигантские многочасовые пробки на оживленных магистралях. Зажиточные граждане бежали от этого в пригороды, но продолжали работать в центре. Так что процесс великого переселения «среднего класса» на окраины не принес Детройту особого облегчения.

Когда же городские власти, под давлением общественности, вплотную подошли к осознанию необходимости решения этой проблемы, грянул знаменитый нефтяной кризис конца семидесятых годов, больно ударивший по автомобилестроительной отрасли. А вслед за кризисом на американские дороги вышли маленькие, экономные японские легковушки, совсем не похожие на классических американских собратьев, обильно потреблявших подорожавший бензин. Японцы сравнительно быстро потеснили детройтских производителей на рынке. Автогиганты начали «сыпаться» один за другим, как карточные домики. Шикарные офисы вдруг опустели, в супермаркетах стало меньше покупателей, оставшиеся без работы люди, один за другим стали покидать насиженные места в поисках работы в других штатах. Так из Детройта потянулись вереницы легковушек, перевозивших семьи недавних горожан куда глаза глядят. Преимущественно туда, где есть работа и за нее платят.

Оказавшиеся ненужными обанкротившимся владельцам, небоскребы и отели в одночасье опустели. Многие из них и по сей день стоят памятником своей эпохе, постепенно разрушаясь и прорастая деревьями.

Сегодняшний Детройт – это классический «город-призрак», который держится на плаву лишь благодаря остаткам былой автомобильной индустрии. Тем не менее, в городе отрицательная демография, и с каждым годом все больше людей – в первую очередь, молодежи, – уезжают из переставшего быть перспективным мегаполиса, оставляя после себя все большее количество брошенных жилых зданий и заводских корпусов.

История взлета и падения Детройта, как и печальная судьба Джакарты – наглядный урок и предостережение для многих бурно развивающихся мегаполисов планеты, включая столицы республик бывшего СССР. Это своего рода напоминание о том, что плоды экономического роста не могут оставаться в карманах немногих, а должны направляться на развитие и планирование инфраструктуры будущего, на промышленную диверсификацию, на строительство новых транспортных развязок, объектов социальной сферы, реконструкцию жилья и так далее.

Иначе скороспелое рыночное процветание быстро обернется руинами.

Алексей Блюминов