29. Классическая рациональность

Классическая рациональность - понятие, характеризующее специфический строй человеческого мышления, опирающийся на принципы классической картины мира, классической логики, физики и евклидовой геометрии. Возникновение рационалистического строя мысли относится к эпохе между 800 и 200 гг. до н.э., которую К. Ясперс назвал осевым временем. Античное мышление, питавшее европейскую культуру, было глубоко рационалистичным. Однако возникновение современного научного метода связано с научно-технической революцией XVII—XVIII вв. и трудами Коперника, Ф. Бэкона, Галилея, Декарта, Ньютона. Система мышления, сложившаяся на основании новых научных данных, и получила название Классическая рациональность, или классической общенаучной парадигмы.

Наиболее важным для этой системы мышления принципом, возможно, был провозглашенный Ф. Бэконом девиз «Knowledge itself is power», известный у нас в неточном переводе «Знание — сила». Человек, занимавший в Англии высший государственный пост канцлера, наверняка имел в виду другой, более важный смысл многозначного английского слова power — власть. «Знание — само по себе власть» — именно в такой форме этот принцип определил целевые установки Классической рациональности.

Человек Нового времени ощутил себя полновластным хозяином земли, а орудием своей власти сделал науку и технику. Оценивая место человека в системе мира с точки зрения Классическая рациональность, иногда пишут: человек — лишь сторонний наблюдатель того, что происходит во Вселенной, отодвинутый на периферию Универсума. Это мнение справедливо только отчасти. Верно, что разум человека трактовался как дистанцированный от мира вещей, от природы. Но если человек и выступал как наблюдатель по отношению к этому миру, то лишь в том смысле, что наблюдение рассматривалось как неотъемлемая часть экспериментального метода познания, открывавшего человеку тайны природы и служившего основой технических способов подчинения этой природы человеку.

Согласно методу, введенному в науку Ньютоном, построение теории, которая описывает реальное устройство мира, состоит из трех фаз. На первой из них реальная ситуация предельно упрощается, строится сравнительно простая математическая модель. Именно так поступал сам Ньютон, когда вводил силу тяготения, не обсуждая физического механизма этой силы, и предполагал, что Луна движется вокруг Земли по круговой орбите, которая не искажается под действием других планет. На второй фазе выполняется сравнение результатов вычислений по упрощенной модели с наблюдениями. И наконец, на третьей фазе результаты этого сравнения используются для построения усовершенствованной теории. Так, в качестве орбиты Луны был выбран эллипс. Разработанный Ньютоном метод прочно вошел в исследовательский арсенал естествознания.

Девизом исследовательского метода Ньютона стало изречение «Hypotheses поп fingo» — «Гипотез не измышляю». Вместо априорных гипотез Ньютон выдвинул физику принципов. «Не должно требовать в природе других причин сверх тех, которые истинны и достаточны для объяснения явлений», — писал он. Речь шла об открытии наиболее общих закономерностей на основе наблюдений и опытов.

Это был индуктивный метод познания природы. Полагая, что основоположник классического естествознания сузил методо-логические возможности науки, Энгельс отозвался о нем недопустимо резко, назвав его «индуктивным ослом». Энгельс просто не разобрался в этом вопросе. Ньютон не отвергал ни дедуктивного метода, ни гипотез. Он категорически осуждал практику гипотез необоснованных, которыми злоупотреблял Декарт, «объяснявший», например, вкус соли тем, что ее частицы имеют игольчатую форму. В работах самого Ньютона гипотез, имеющих форму физических принципов, достаточно много; вспомним хотя бы его представления об абсолютном пространстве и времени.

Расходясь с Декартом в отношении к ги-потезам, Ньютон был солидарен с ним в другом — в признании абсолютных истин и в возможности абсолютно достоверного знания. Эти принципы — прямое наследие учения средневековой науки о божественном Абсолюте. Вселенная представлялась Ньютону истинным храмом Бога. Исследуя природу, полагал он, человек познает безграничную мудрость Творца. Инструментом познания служила наука, а высшим критерием истинности полученных знаний — авторитет самого разума, ведущего исследование научным методом.

Логическим завершением системы Классическая рациональность явился жесткий принцип лапласовского детерминизма, провозгласивший верховную власть строгих механистических законов над миром природных явлений. Человек мог управлять этим миром только одним способом — познавая эти законы и изобретая технологии, основанные на их следствиях. Случайность изгонялась из Вселенной, которая становилась подобной огромному механизму. Связь причины и следствия в этом мире была необходимой и однозначной.

Естественным дополнением присущих Классическая рациональность механистических взглядов было стремление к редукционизму, к анализу по преимуществу малых систем, или механических устройств, характеризуемых небольшим числом элементов и внутренних связей. Этот категориальный подход послужил одной из основ практических успехов классического естествознания. А следствием его оказалось пренебрежительное отношение к классу сложных систем. Возможно, здесь сказывалось также унаследованное от средневековой теологии отношение к системе как к жесткой заранее заданной схеме. Полемика со средневековым наследием вынуждала философов XVIII в. высказывать резко негативные суждения о системности: «Следование системе — это патология мышления» (Фонтенель); «Самый изобретательный способ стать идиотом — следовать системе» (Шефтсбери); «Если вы желаете серьезно предаться изучению природы, то следует начинать с того, чтобы не создавать никакой системы» (Вольтер).