Турецкая версия:
Устоявшая отечественная традиция давно сделала бердыши неотделимой частью стрелецкого арсенала. В связи с этим фактом одной из самых очевидных версий появления бердыша в России можно было бы считать турецкую. Стрелецкое войско было учреждено Иваном Грозным по образцу турецких янычар Сулеймана Великолепного. Известно, что аналогичные подразделения в это же время создали персидский шах, крымский хан (стрелки носили название «тюфенкджи»/»тюфенкчи»)viii и трансильванский князь Иштван Батори. Позднее, став польским королем Стефаном Баторием, он создал «выбранцев» – аналог своих венгерских гайдуков. Достаточно логично предположить, что комплекс вооружения был заимствован вместе с организацией и тактикой также турецкие. Это предположение будет справедливо в отношении гайдуков и выбранцев, частично для персидских воинов, но не для русских стрельцов. Комплекс вооружения янычара состоял из мушкета, сабли и «балты» - небольшого топорика с лезвием в виде полумесяца (рис.5). Отдельные экземпляры таких топоров имеют небольшую косицу в нижней трети лезвия. Немаловажно, что эта косица практически никогда не прикреплена к древку, о чем говорят сама форма косицы и отсутствие на ней отверстий. Такие топорики были заимствованы из Турции венграми и поляками, но на Руси распространения в пехоте не получили (рис. 6). Упоминания о бердышах (двуручных топорах) русских воинов можно встретить не ранее 70-80х г.г. XVI в. Первое свидетельство о русских бердышах в иностранных источниках фигурирует в «Записках о Московской войне» Рейнгольда Гейденштейна (1578-1582 г.г.): «…Враги (русские – А.П.) находились сами в гораздо лучшем физическом состоянии, нежели наши (поляки и венгры – А.П.), которые были почти неспособны от холода и мороза к сражению; они были вооружены длинными копьями и острым загнутым мечем, который у них называется бердышем, и сражались против людей снабженных коротким оружием и копьями…»ix. Перевод достаточно спорный, но важно то обстоятельство, что бердыши в данном случае не рассматриваются как часть непременного арсенала стрельцов. Более того, боестолкновения непосредственно русских и именно турецких вооруженных сил на полях сражений XVI в. практически не отмечены. Военный опыт и моду русские войска перенимали не напрямую, а опосредованно, через Крымское ханство и Персию. Поэтому турецкая версия, несмотря на кажущуюся логичность, не может быть верной.
Русско-татарская версия:
Думается, что необходимо выделить определяющий признак такого оружия, как бердыш. При общем сходстве с любым двуручным топором бердыш отличает наличие косицы и крепления нижней части лезвия к древку. Наличие косицы позволяет отделить бердыш и его модификации от всей массы топоров. Боевые топоры на длинном древке были известны на Руси задолго до XVI в., поэтому говорить о заимствовании самой идеи такого оружия из-за рубежа было бы некорректно.
Но среди русских древностей топоры с косицей не прослеживаются. В тоже время, существует топор с косицей среди археологических находок, относящихся к татарским древностям, в т.ч. к золотоордынскому ареалуx и датируемых XV-XVI в.в. (рис. 7). Топор из раскопок в Казани специалисты относят именно в эпохе противостояния Казанского и Московского государств. Он имеет достаточно узкое полотно, маленькую косицу и обух, оформленный в виде граненого острия. Возможно, это не пехотный, а кавалерийский топор, т.к. традиция оформления обуха подобным образом характерна именно для степных топориков-чеканов. Сам термин «бердыш» упоминается в Никоновской летописи в 1468 г. по отношению к татарскому воину: «… В лето 6976 (1468). …Увидевше их, Татарове выметашася на брег; Руно же повеле своим за ними же на брег выйти, а Татарове забегше за речку и начаша о ней битися. Милостию же Божию начаша одоляти христианя, и преидоша на Татар за речку ту, и тако избиша их, и воеводу Ишъ-Тулазиа изымаша, княже Тарханова сына, да другого бердышника, а прочих всех избиша. А Руси на том бою дву человек убили, а раненых было с шестьдесят человек, но милостию Божиею все живы. И поидоша оттоле на Великую Пермь да к Устюгу, и тако приидоша к Москве вси поздорову, а Татар приведоша полоненых к великому князю…»xi.
В фондах Национального музея Татарстана хранится интересное полотно бердыша. Вполне возможно было бы датировать его XVII в., но на полотне лезвия присутствует клеймо явно восточного характераxii. Археологи из Национального музея Татарстана называют этот бердыш «русским», но, вполне возможно, что это татарский бердыш 50-80-х г.г. XVI в. Русская и татарская военные традиции испытывали в XVI в. большое взаимное влияние. Заимствование различных видов вооружения носило регулярный характер. Одновременно с татарским влиянием на Русь попадали персидские и турецкие образцы вооружения, в т.ч. и топоры различных модификаций. Возможно предположить, что русские бердыши – результат синтеза русских и татарских двуручных топоров.