19.4. Виды правомерного поведения личности

По степени активности процесса вовлечения личности в правовое регулирование выделим следующие виды правомерного поведения.

Маргинальное поведение. Следование праву людей, индивидуальное правосознание которых расходится с требованиями правовых норм, относится к поступкам, лежащим в основе такого формально правомерного поведения, как маргинальное (от лат. marginalis - находящийся на грани, пограничный). Оно отражает состояние индивида, которое находится на грани антиобщественного проявления, ведущего к правонарушению, однако таким не становится в силу определенных причин и обстоятельств. В данный промежуток времени как мотивы поведения срабатывают иные движущие силы - угроза возможного наказания, собственные выгоды от правомерности в поведении, боязнь осуждения со стороны коллектива, группы, ближайшего социального окружения и другие сдерживающие причины.

Закономерно, что данный вид поведения, его истоки и сущность привлекают к себе внимание криминологов, занимающихся проблемами предупреждения противоправного поведения. Однако вполне обоснован интерес к маргиналам и со стороны специалистов в области теории и социологии права, социально-правовой психологии. И это закономерный процесс. Маргинальное поведение является правомерным, поскольку лицо, относящееся к правовым предписаниям неодобрительно, все же идет на их соблюдение и исполнение и в этой степени его поступки соответствуют требованиям закона, хотя с ними расходится сложившееся индивидуальное правовое сознание личности.

В условиях социально-политической и экономической нестабильности, подвижности границ поведения дозволенного и запрещенного, нравственного и аморального, соответствующего и отклоняющегося проблема маргинальности стала одной из наиболее обсуждаемой как в публицистике, так и в научной, обществоведческой литературе. Получил новое рождение и сам термин. В историковедческих науках, в частности в книговедении, хронологии, палеографии, исторической географии, метрологии, традиционно используется понятие "маргиналии" как записи, сделанные на полях рукописей, рукописных и печатных книг и являющиеся для исследователей источником ценной познавательной, научной информации.

Маргинальность в социологическом плане, обозначающая промежуточность, "пограничность" положения человека между какими-либо социальными группами, что накладывает определенный отпечаток на его психику и поведение, в отечественной общественной науке как понятие вплоть до конца 1980-х годов не применялась. Исключение составляли обращения к проблеме маргинализма в капиталистических странах, причем явление рассматривалось нашими критиками буржуазного образа жизни как отклоняющееся поведение, основанное на игнорировании личностью требований официальной морали, ее стремлением выйти из-под контроля общественных институтов, как результат резкой поляризации интересов и нарастания социальных противоречий нынешнего капитализма, т.е. маргинализм, по сути, представлялся формой социально-политического протеста.

Однако современная социология употребляет данное понятие по иным основаниям: для выделения личностных черт индивида или группы, приобщающегося (или приобщающихся) к ценностям различных социо-культурных систем и не нашедшего (не нашедших) себя ни в одной из них. В силу чего они испытывают дискомфортные чувства, что проявляется в соответствующем (девиантном, пассивном либо, наоборот, агрессивном) поведении. Заметим, что видные российские марксисты подобную терминологию использовали часто и именно для характеристики групп людей, находящихся в пограничном состоянии между другими социальными группами и классами. Так, в своей первой книге, вышедшей в 1914 г. ("Политическая экономия рантье"), Н.И. Бухарин пишет о маргинализме буржуа, уже выброшенного из производственного процесса и представляющего собой паразитическую и бесполезную группу внутри своего класса.

Тем не менее первое советское издание "Философского энциклопедического словаря" (1983), выводя маргинальность из социологического понятия, категорически утверждало: "В советской литературе понятие "маргинальность" распространения не получило". Но уже последующие издания не имели таких заключений, что неудивительно. Сегодня маргинальный статус стал нормой существования значительного числа людей. Соответственно повысился интерес к исследованию различных аспектов маргинальных слоев населения. Поведение маргинала уже не вписывается в рамки прежней системы нормативного регулирования и еще не вписывается в рамки новой системы.

В социально-политическом плане такой человек, оторванный от своих социальных корней, испытывает чувство постоянной неудовлетворенности, видя главную причину в общественных переменах. Отсюда его потенциальная готовность воспринимать крайне консервативные или радикальные лозунги, вставать на пути антисоциального поведения, впадать в агрессивность или, напротив, социальную апатию.

В правовом плане маргинальность характеризуется особым, "промежуточным", переходным между правомерным и противоправным состоянием личности, поведение которой вызывается как собственной социально-психологической деформированностью, так и определенным (вольным или невольным) провоцированием со стороны государственных институтов и общества в целом*(55). Причинами могут стать нестабильность политико-правовой ситуации, существование необоснованных препятствий и ограничений на определенные виды деятельности, отсутствие во многих случаях четких границ между дозволенным и наказуемым.

Интересны для теории права и те исследования, в которых криминологи изучают отношение к правовым запретам со стороны лиц как с противоправным, так и с внешне правомерным поведением. Они показывают, что негативное отношение к соблюдению правовых норм нередко и у лиц, формально не преступающих закон. А в условиях социальной деформации, когда резко обостряются расхождения между декларируемыми целями права и реальными возможностями их достижения, положение маргиналов, находящихся на грани дозволенного и запрещенного, становится еще более неустойчивым. В деформированной ситуации, по мнению В.Н. Кудрявцева, перестает исполнять свои функции сама правовая норма, а как результат возникает тесно связанное с этим процессом явление - игнорирование населением норм, утративших полезность и авторитет.

Роль провоцирующего фактора в процессе маргинализации населения играет и медлительность в решении проблем, затрагивающих болевые точки современного положения многих социальных слоев, национально-региональных групп населения. Примером тому служит судьба сотен тысяч беженцев, вынужденных покинуть традиционные места проживания и оказавшихся во многих случаях без квартир, постоянной работы и заработка, балансирующих на грани допустимого и запрещенного. Их социально-правовой статус остается, несмотря на ряд законодательных актов, все еще не решенным. Столь же сложным является положение тех, кто, отбыв наказание, в силу неудовлетворительной социальной и внутренней адаптации не находит своего стабильного места в жизни и тем самым является основным "поставщиком" неустойчивых, криминогенных форм поведения. Им необходимо большее внимание со стороны общества, государственная помощь в социальном обустройстве.

Однако на деле до сих пор нередко происходит обратное: сложившаяся консервативная система подзаконных актов, запретов и ущемлений в отношении тех и иных граждан обрекает маргиналов быть в постоянно пограничном состоянии со всеми вытекающими из этого обстоятельствами.

Среди лиц, поведение которых относят к маргинальному, все же большую часть составляют те, кто не находится в столь резком противостоянии между "добром и злом". Человек не совершает преступлений или проступков, поскольку сознает "невыгодность", "нецелесообразность" таких деяний, руководствуясь при этом личным расчетом или страхом перед наказанием. Фактор "невыгодности" отрицательных по отношению к праву поступков является нередко сдерживающим моментом для весьма значительной категории лиц, удерживая их в рамках правомерности.

Раскрывая содержание мотивов маргинального поведения и сочетание сдерживающих и побуждающих сил тех или иных поступков, нельзя не обратить внимание на следующую тенденцию, отмеченную социологическими опросами последних лет. Так, основная масса респондентов считает необходимым усилить принуждение как средство, обеспечивающее в большей степени, чем иные, правомерность в поведении граждан. Эти данные свидетельствуют о повсеместной ориентации массового сознания на ригоризм, на ужесточение наказаний и является отражением возросшей социальной нетерпимости в обществе, усиления консервативных и конформистских настроений.

Конформистское правомерное поведение представляет собой пассивное соблюдение личностью норм права, приспособление, подчинение своего поведения мнению и действиям окружающих (непосредственного социального окружения, группы, родственников, коллег и т.п.). Иными словами, в сфере социально-правовых отношений человек поступает правомерно, поскольку "так поступают другие". Как специфическая категория социальной психологии конформизм (от лат. conformis - подобный, сообразный) вбирает в себя и такие характеризующие его стороны как приспособленчество, пассивное принятие существующего порядка, господствующих явлений и т.п., отсутствие собственных позиций, безусловное подчинение психологическому давлению.

Этим термином обычно именуют подчиненность индивида группе, вследствие чего он принимает позицию группы во избежание конфликта с нею. Нередко конформизм предполагает внешне формальное согласие с группой при внутреннем расхождении с мнением большинства. Конформизм следует отличать от такого понятия, как конформность, т.е. соотношение своих поступков с признанным или требуемым стандартом ценностей, разделяемых социальной группой, в которую входит данная личность.

Конформистское поведение составляет лишь низшую ступень общего для всех конформного поведения. Оно основано на приспособленчестве при отсутствии собственных критических позиций, на соотнесении своих поступков с действиями других лиц. Понятие конформизма применимо только к определенному способу разрешения конфликта между индивидом и группой - к подчинению его групповым стандартам и требованиям.

Мотивы такого поведения характеризуют гражданскую несформированность личности: согласное подчинение, основанное на пассивном отношении к правовому порядку; желание избежать обсуждения в коллективе или группе; боязнь утратить доверие близких или знакомых; желание заслужить одобрение тех, с кем связан межличностными отношениями, и т.д. В свою очередь, это приводит к поведению ситуативному, зависящему от подчиненности внешнему приказу и примеру. В противоположность личности с четкой системой ценностных ориентации, которые могут и не совпадать с мнением окружающих, конформистская позиция субъекта права не позволяет ему сопротивляться внушаемым указаниям, противопоставлять свое мнение мнению других, отстаивать его и свой выбор поведения.

Конформисты - это лица, во многом лишенные индивидуальности, подверженные нивелированию, усреднению, деперсонализации. Для них одним из определяющих качеств остается так называемый "синдром толпы". Истоки распространения социального конформизма в стране известны, они - в нашей недавней истории. Долгие годы образцом советского гражданина была усредненная личность, "винтик", приспособляющий свое поведение к общему стандарту, основанному на том, что инициатива наказуема. Личные качества человека вытеснялись и подавлялись отчужденным от личности властным авторитетом. Государство осуществляло над ней всеохватывающую опеку, снимая желание действовать самостоятельно, поступать в соответствии со своими внутренними убеждениями. И до сих пор общественная пассивность, имеющая в основе конформистские установки, в какой бы из сфер жизнедеятельности она ни проявлялась, остается, по сути, оплотом консерватизма, склонности к устоявшемуся, удобному, "сервильному" (обслуживающему) поведению.

И все же социально-правовой конформизм признается общественно полезным явлением, поскольку индивид, подчиняясь мнению других, соблюдает требования права и тем самым способствует реализации их в жизнь. Следует признать и то, что конформистское поведение, представляя собой образец приемлемого для общества правомерного поведения, не является для него желаемым как перспективная цель действия права, поскольку представляет собой безоговорочное повиновение, слепое следование праву без активного к нему отношения на основании собственных оценок его полезности и необходимости.

Привычное правомерное поведение. Следование усвоенным правовым идеям и принципам на основе постоянно повторяющихся действий становится для человека во многих случаях само собой разумеющимся, привычным поведенческим актом, при котором личность не подвергает каждый раз анализу правильность тех требований, которые предъявляет к ней общество, а следует им без особых раздумий, без длительной борьбы мотивов.

Человек, как известно, выбирает наиболее целесообразный и практически оправданный вариант поведения, он действует избирательно. Используя метод "проб и ошибок", быстро привыкает повторять именно те действия, за которыми следует устраивающий его результат, и не склонен повторять действия, не влекущие за собой удовлетворяющих его последствий. Привычка возникает в результате многократного повторения действий, совершаемых в уже привычной, известной обстановке. В этих условиях лишь вначале человек обдумывает свои поступки, а в дальнейшем он действует в силу образовавшейся привычки вести себя так, а не иначе.

Освоение действительности всегда неоднозначно, это длительный процесс. Неудовлетворительный результат, влекущий не те последствия, которые желательно получить, ведет к устранению соответствующего "неэффективного" действия. Наоборот, действия, дающие удовлетворительные последствия, убеждают человека в их целесообразности и усваиваются в качестве результата процесса приобретения индивидуального жизненного опыта.

Привычка как бы освобождает личность от многократного обращения к своему сознанию, от построения новой модели своего поведения, давая ему заранее предварительную оценку и таким образом регулируя его. В этом случае совершается процесс перерастания привычки в реальный акт поведения, что, в свою очередь, порождает потребность вести себя соответствующим образом в аналогичной, повторяющейся ситуации.

Все еще бытует мнение, что привычки исключают необходимость в убеждениях, ведут к полному автоматизму. Однако при этом не учитывается то, что социальные привычки - вовсе не механически выработанный навык поведения, он гораздо шире и полнее в своем содержании, хотя и обладает определенной долей автоматизма. Это в большей степени синтез многократно повторенного социального опыта человека, его поведенческих мотивов, основанных на убежденности в необходимости исполнения установленных норм поведения.

Поведенческая привычка как внутреннее стремление человека к совершению действий, закрепленных в его сознании в силу их многократного повторения, шире и многообразнее, чем так называемый стереотип поведения.

В социальной психологии в понятие стереотипа включают "стандартизированный", упрощенный образ определенного явления действительности, зачастую неполный и односторонний. Явление стереотипизации избавляет человека от необходимости творчески перерабатывать все впечатления от окружающей реальности, предоставляя ему образец для подражания. Стереотипы обычно некритически усваиваются человеком и, как правило, сочетаются с сильными эмоциональными отношениями (симпатиями и антипатиями, принятием или непринятием) а также с установленным традицией или обычаем предписанием поведения или оценки тех или иных действительных фактов. Назначение стереотипов во многом лежит в вынуждении индивида и социальной группы "подгонять" поведение и даже мышление к господствующим стандартам поведения определенной социальной среды.

Социальная привычка, также характеризуя действие с мотивационной стороны, строится на неоднократно повторенном сознательном действии человека определенным образом, на собственном опыте, на убеждении в необходимости такого действия. Ее преимущество состоит в выработке устойчивого отношения к явлениям. Именно потому, характеризуя поступки людей, основанные на осознанном усвоении положительного поведения, сложившегося в процессе их правовой социализации, следует говорить о привычно-положительном правомерном поведении, а не только о стереотипном.

Правовые привычки как поведенческие регуляторы играют существенную роль в процессе становления правомерного поведения. Согласно неоднократно проведенным юристами исследованиями, привычки в качестве доминирующего мотива своих поступков в сфере права называют до трети опрошенных. Осознанное усвоение правовых ценностей обеспечивает достаточно высокий уровень развития личности, если исполнение требований права происходит, хотя и привычно, но не бездумно, а со знанием дела.

В то же время все социальные нормы и принципы (а правовые особенно) носят общий характер и не всегда могут соответствовать конкретной жизненной ситуации. Общая норма не учитывает неравенство физических и духовных особенностей различных людей, их неодинаковые возможности в осуществлении того или иного действия. Поэтому нередко возникает необходимость самостоятельного осмысления личностью обстановки, правильной ориентации в изменившейся ситуации, в изменившихся условиях выбора. В силу этого формирование правовых привычек соблюдать закон не исчерпывает целей и задач права.

Позитивные действия, в основе которых лежит исполнение нормативных предписаний, требуют инициативы, творчества, деятельной активности личности, а эти черты социальной ценности правомерного поведения далеко не всегда достигаются лишь формированием привычки к исполнению закона. Имеется весьма существенная негативная сторона привычной деятельности, связанная с ее определенным консерватизмом. Привычки влияют на сохранение потребности в совершении определенного действия, хотя объективно, быть может, такая потребность уже исчезла.

Десятилетиями воспитанная привычка следовать устоявшимся канонам поведения становится причиной, например, негативного восприятия нестандартных ситуаций, появляющихся в процессе резких сдвигов всех сторон общественной жизни в сторону радикальных реформ, пугающих многих своей новизной и непривычностью. В этой связи важно знать, что консерватизм свойствен значительному числу лиц, ведущих себя правомерно. Он закономерен, поскольку отражает плюрализм мнений и действий в современном обществе, а также неотъемлемое право людей на собственные убеждения.

Социально активное правомерное поведение. Социально-правовая активность личности представляет собой наиболее высокий уровень правомерного поведения, проявляющийся в общественной полезной, одобряемой государством и обществом деятельности в правовой сфере. Это, прежде всего, инициативное поведение, которое может стать и нередко становится существенным фактором изменений в самой правовой системе. Социально-правовая активность определяется высоким уровнем правосознания, глубокой правовой убежденностью, сформированной самостоятельностью, сознательно принятой на себя готовностью использовать представленные правом возможности, творчески руководствоваться ими в своем повседневном поведении.

Политический, интеллектуальный, нравственный облик человека, его желание и способность к переменам, гражданская позиция и активность все более очевидно становятся решающим условием формирования новой российской государственности, успешного хода преобразований в обществе. Эти качества должны подтверждаться активной деятельностью людей, проявляющих высокую культуру и черты цивилизованного поведения, не только обладающих полновесными правами, но и умеющих полнокровно проявить себя как личность. И потому столь актуальны сегодня проблемы преодоления социальной апатии, гражданской аморфности, инерции мышления и поведения людей, стимулирования их инициативы и творческой самостоятельности, а также вопросы социально-правового становления личности, знающей и умеющей активно пользоваться своими правами и свободами, отстаивать их законными средствами.

Препятствий, стоящих на пути формирования и обеспечения правовой активности личности, весьма много. Социальные и правовые деформации в обществе, отсутствие надежно гарантированной системы правовой защищенности личности, широко распространенные правовой нигилизм и юридическая неграмотность населения, низкий социальный престиж правоприменителей и их деятельности в целом - лишь наиболее очевидные из них. И потому распространенность активных форм правомерного поведения нельзя рассматривать и оценивать в разрыве с процессами, происходящими в государстве и обществе.

Новые социально-политические реалии современной жизни, поворот к гражданскому обществу и задачам формирования правового государства, которые основываются прежде всего на свободе усмотрения, свободе выбора поведения в рамках закона, заставляют пересматривать прежние стереотипы государственно-властных структур общения с массами, избавляться от боязни проявления в обществе несанкционированных инициатив.

Инициативное творчество граждан, общественное мнение, создавая определенную социально-психологическую атмосферу, оказывают существенное воздействие на все общественно-политические институты общества, на сознание и поведение людей, рост их вовлеченности в политико-правовую жизнь. Их воздействие многопланово и сказывается во всех сферах жизнедеятельности общества.