4. Феодальная раздробленность Германии, санкционированная "Золотой буллой", препятствовала возникновению сколько-нибудь влиятельных органов сословного представительства.

     С некоторого времени, правда, на имперские съезды, так называемые рейхстаги, стали приглашать представителей городов. Но с ними мало считались. Князья и император требовали денег, и города должны были их давать.

     Из трех курий рейхстага две, как и в генеральных штатах, находились в руках дворянства и духовенства с тем лишь различием, что первую курию составили курфюрсты, а вторую - остальная имперская знать. Они все и решали.

    

     В княжествах, на которые распадалась Германия, заседали местные собрания - ландтаги. И здесь держались принципа трех курий. Компетенция ландтагов была совещательной.

     Областные интересы преобладают в Германии над имперскими. И даже города, которые в других странах примут на себя немалые тяготы объединительной политики, будут бороться здесь не столько за Германию в целом, сколько за свои особые привилегии

     Глава седьмая Города и городские республики в странах Западной Европы

1. В первый период после франкского завоевания города, многие из которых возникли в период римского господства, управлялись королевской администрацией.

     С развитием феодальных отношений они (особенно вновь возникавшие) попадали в феодальную зависимость от магнатов и церкви (давались в лен).

     В XII и XIII веках города, как уже говорилось, покупают себе некоторую автономию, большую или меньшую в зависимости от обстоятельств. Феодальный договор, который город заключал со своим сеньором, устанавливал между ними связь, подобную той, которая существовала между сеньором и его вассалом.

     Венцом политической автономии признавалось право города выбирать свои собственные органы управления, издавать законы, осуществлять суд над гражданами. По отношению к сеньору город был обязан обыкновенно определенными взносами, военной службой (в строго оговоренных случаях), участием в курии и суде сеньора.

     Если, подъезжая к городу, можно было увидеть башню и на ней вечевой колокол, а на границе городского владения виселицу и позорный столб, это значило, что город имеет самоуправление, созывает по своей воле грахздан на собрания, чинит суд над преступниками.

     Пристрастие ко всякого рода внешним проявлениям правомочия было очень характерной чертой средневековья. В самое первое время своего существования город, то есть то немногое, что группировалось вокруг только что возникшего рынка, сам искал защиты сеньора. Без его разрешения, без его охраны не было и рынка. Как только город получал согласие сеньора, тотчас на рынке выставлялся какой-нибудь знак, чаще всего шляпа или перчатка сеньора. Добившись свободы, город обзаводился двумя главными атрибутами своего нового положения - виселицей и печатью. На печати, по феодальному обычаю, красуются герб и девиз.

     Управление городом находилось, по общему правилу, в руках городского совета, состоявшего из присяжных, и избиравшегося им (часто пожизненно) городского головы, мэра (от лат. major - старшина).

     Место в совете было чаще всего привилегией богатых фамилий, переходившей по наследству. Как и многие другие, эта привилегия покупалась за деньги, удостоверялась грамотой короля или сеньора.

     Городская аристократия была глубоко реакционной силой. Во всех социальных движениях средних веков она была на стороне феодального порядка. Она оставалась верной ему и во время буржуазной революции.

     В совете г. Марселя, например, из 89 членов 80 принадлежало к городской аристократии, трое были духовными лицами и только шестеро представляли ремесленные цехи.

     Народные массы, городской плебейский люд никакого влияния на выбор должностных лиц не оказывали (за исключением революционных периодов).

     2. Ко времени нормандского завоевания английские города мало чем отличались от деревень, разве только некоторым преобладанием ремесла и торговли над земледелием и скотоводством. Принадлежали они королю, церкви, баронам. XII век положил начало бурному развитию многих ремесленных поселков и превращению их в крупные (по тому времени) города. В конце этого столетия начинается процесс их освобождения.

     Обычным условием освобождения была, как и во Франции, покупка вольности. За нее уплачивали ежегодный взнос королю или соответствующему сеньору.

     Английским городам особенно повезло в памятное для страны царствование короля Ричарда Львиное сердце. Вечно занятый своими внешнеполитическими авантюрами, он постоянно нуждался в деньгах и находил их, продавая освободительные хартии английским городам.

     К концу ХШ века большая часть английских городов получила самоуправление, но оно оказалось в руках тех, кто участвовал в выкупе повинностей.

     Купеческие воротилы Лондона, например, за особый взнос купили себе право назначать из своей среды старшин - членов городской думы и самого мэра.

     3. В Германии наибольших успехов в том, что касалось самоуправления и вольностей, достигли имперские города, то есть те, которые находились под властью самого императора.

     В XVI-XVUI веках ими станут Гамбург, Бремен, Нюрнберг и др. Все они получили право на собственный суд, издавали свои собственные кодификации права, набирали войско.

     Вместе с ними добиваются привилегий большие и богатые города, лежащие на "поповской дороге", как тогда называли реку Рейн из-за церковных княжеств, расположенных на ее берегах. Среди них следует отметить Майнц и Кельн, находившиеся первоначально во власти местных архиепископов.

     4. Возвышение пап, с одной стороны, завоевательные походы германских императоров и их попытки подчинить себе Италию - с другой, способствовали ослаблению и раздроблению североитальянских герцогств. Этим немедленно воспользовались старинные и густонаселенные города, основанные еще в эпоху Рима.

     Первой среди них - в УШ веке - приобретает самоуправление Венеция; в Х веке обособляются Генуя, Лукка и Пиза.

     Собственно говоря, начало самостоятельному развитию итальянских городских республик было положено Карпом Великим. И он и его преемники вынуждены были раздавать иммунитетные грамоты сеньорам и епископам Ломбардии (север Италии). Многие города, например Кремона, Модена, Пьяченца и другие, переходили под управление своих епископов и таким образом обособлялись от других городов, становились "городами-государствами".

     В XI и ХП веках германские императоры, желая получить содействие городов, даруют им особые хартии, в которых предусматривается освобождение от воинских постоев, свободный статус населения, самоуправление. К тем же мерам стали прибегать и папы. Благодаря им наступает возвышение Милана в Ломбардии, ставшего главным противником Германии и первой опорой римского престола.

     Как и повсюду в Европе, управление итальянскими городами-республиками оказалось в руках потомственной городской аристократии. Главным органом власти считался обыкновенно городской совет (или собрание присяжных), состоявший из 50-100 членов. Реальная же власть находилась в руках так называемых консулов, то есть городских старшин. Число их было различно и непостоянно. Во главе Венеции и Генуи стояли дожи, обладавшие значительной властью.

     Милан, например, управлялся 18-20 консулами. Их избирали граждане на некоем подобии городского собрания. Коллегия консулов подразделялась на консулов-законодателей, консулов-исполнителей (распорядителей) и консулов-судей.

     В XIV-XV веках большое значение приобретает Флоренция - самая богатая и самая влиятельная среди североитальянских городских республик.

     В XV веке состояние дома Медичи во Флоренции составляло около 10 миллионов долларов в переводе на современную валюту. Для того времени это был огромный капитал. Даже Людовик XI, король властный и жестокий, счел для себя возможным выйти за две версты, чтобы по достоинству встретить посла Медичи. Все время король стоял перед послом с непокрытой головой.

     Три четверти своего капитала Медичи держали за пределами Италии. В одной только Франции у них было 24 отделения банка.

     Развитию денежных операций в Италии в значительной степени способствовало то, что папы предпочитали взыскивать причитавшиеся им платежи в европейских странах через итальянских купцов, особенно ломбардских.

     Здесь же, на севере Италии (впервые в Генуе, в 1346 г.)., возникают первые банки (первоначально "меняльные столы" - отсюда и название). Здесь рождается и слово "банкрот" - перевернутый стол.

     Флорентийские власти выбирались, но выборы эти были пустой формальностью. Определенное число лиц (как правило, те, которых выдвигал действительный правитель, например, тот же Медичи или та или иная партия, господствующая в городе) вносилось в список для замещения городских должностей. Список составлялся на много лет вперед.

     Каждые два месяца (таков был срок полномочий властей) жребии с именами кандидатов доставались из мешка. Тот, чей жребий выпадал, занимал соответствующий пост.

     Одни и те же кандидаты занимали поочередно городские должности. Естественным следствием этой порочной практики было то, что народ привык связывать свои надежды на лучшее не с изменением политики, а с перемещением в верхах.