Выдержки из лекции Лаврентьева: Пророгационные и дерогационные соглашения.

Lex Fori (местное законодательство суда) в некоторых случаях позволяет соглашения сторон, которые изменяют его компетенцию, либо признает компетению, когда таковой нет, либо не признает таковую, когда она имеется. Правопорядок более дружелюбно относится к пророгации, поскольку государственный суд (как и государство)всегда стремится расширять свою компетенцию.

Дерогационные соглашения, в принципе тоже часто признаются. Нужно смотреть местное законодательство. Важно понимать, что у любого арбитражного соглашения и любого пророгационного соглашения есть любопытная сторона - дерогационный эффект, т.е. если стороны договорились рассматривать все споры в арбитражном суде, то по идее, любой государственный суд должен отказать в рассмотрении этого спора. Правило крайне важное потому что иначе один и тот же спор можно будет рассматривать в неограниченном количестве судов, что крайне нежелательно. Именно поэтому крайне важный эффект арбитражного соглашения, одно из основных его правовых последствий - дерогационный эффект (изъятие спора из компетенции всех государственных судов) закреплен в Нью- Йоркской конвенции (ст. 2). По смыслу данной статьи, суд, если к нему обратится сторона спора, в отношении которого есть арбитражное соглашение, должен передать разрешение данного спора в соответствующий арбитражный суд, т.е. он должен отказаться от собственной компетенции и не рассматривать спор по существу.

Из этого правила существуют определенные ограничения, которые весьма логичны:

1. Нью-Йоркская конвенция устанавливает, что такой эффект есть только у письменных арбитражных соглашений, хотя Модельным законом о МКА допускается заключение такого соглашения не письменно. Практический вывод состоит в том, что такие решения должны быть оформлены письменно потому что:

^- в противном случае будет отсутствовать дерогационный эффект. Иными словами, будет возможность обращения в государственный суд, который примет такой спор к рассмотрению, поскольку нет письменного арбитражного соглашения;

^- в случае, если по устному соглашению будет получено решение арбитража, то оно не будет исполнимо по Нью-Йоркской конвенции, т.е, сфера его принудительного исполнения резко сокращается.

2. Суд откажет в рассмотрении спора только по заявлению ответчика, он не будет этого делать по собственной инициативе. Это продолжение правила о признании компетенции, когда при молчаливом согласии ответчика с процессуальными действиями суда суд признает свою компетенцию. Какие это конкретно процессуальные действия определяет внутреннее законодательство страны суда.

3. Суд может рассмотреть вопрос действительности арбитражного соглашения. В статье 2 Нью-Йоркской конвенции установлено, что суд передает дело на рассмотрение арбитражу за исключением случаев, если он установит, что арбитражное соглашение является недействительным, утратило силу, или не может быть исполнено. Речь идет о рассмотрении спора по существу, а не об обеспечительных мерах.

Пример: в споре между французской и российской компаниями, российская сторона во французский государственный суд и просит рассмотреть дело по существу. Суд по заявлению французской стороны должен отказать, ссылаясь на то, что между сторонами заключено арбитражное соглашение, и стороны должны идти в арбитраж. Российский истец может сказать, что раз рассмотрение спора будет осуществляться в арбитраже, примените в отношении ответчика хотя бы обеспечительные меры, арестуйте его имущество. Французский суд вполне может удовлетворить это требование. Суд может установить встречное требование к истцу об обеспечении расходов, если впоследствии суд разрешит дело против истца, расходы ответчика, связанные с обеспечительными мерами будут удержаны с истца.