Иньское письмо

(“древние письмена” - гу вэнь) было выработано для обслуживания сакральных обрядов и состояла из особых знаков - иероглифов-пиктограмм, представляющих собой схематизированные изображения предметов.

Самые ранние иероглифические формы относятся к периоду выделения из Иньского племенного союза раннего государственного образования Шан во второй половине II тысячелетия до н.э. (в китайской историографии период династии Шан определяется с 1751 по 1112 гг. до н.э.). Первые надписи представляли собой собственно рисунки, выполненные на костях животных и панцирях черепах. Основным назначением данных текстов было выполнение религиозных мантических обрядов. Посредством письма человек обращался за помощью к различным божествам, духам предков, а также вопрошал оракул о своем будущем. Отсюда и название первых письменных знаков - письмена на костях и панцирях (цзягувэнь), а также, согласно определению исторической эпохи, - шан-иньские письмена.

Цзягувэнь (甲骨文) — иероглифические надписи на гадательных костях, фиксирующие результаты гаданий. Считаются древнейшими китайскими текстами и образцами китайской письменности, относятся к XIV—XI векам до н. э., то есть ко второй половине эпохи Шан.

Первые гадательные тексты были обнаружены в 1899 году китайскими учеными Лю Те-юнем и Ван И-жуном вблизи г. Аньяна (провинция Хэнань).

Количество различных иероглифов на панцирях и костях насчитывает около 2500 знаков. Из них отождествлены с современными иероглифами около 800. Остальные или уникальны и характерны только для периода Шан, или не расшифрованы.

Близки к пиктограммам

При дешифровке иньского письма исследователь не располагает билингвой, на основании которой можно реконструировать знаки иньского письма с помощью какого-либо другого известного письма или с помощью китайского письма современного вида. Свойствами билингвы максимальной степени обладает словарь «Шовэнь цзецзы», составленный в I в. н.э. где содержатся древние начертания знаков китайского письма. Однако задача исследователей иньского письма была усложнена тем, что те древние начертания, которые приведены в этом словаре, относятся к значительно более позднему времени, примерно V-III вв до н. э. Эти начертания по своему графическому облику были ближе к знакам иньского письма, но никоим образом не совпадали с ним. Другим важным источником реконструкции иньского письма явились начертания знаков в подлинных надписях на бронзовых сосудах и колоколах эпохи Чжоу, которые помогали идентификации знаков иньского письма со знаками современного вида.

Чжоуское письмо

В конце II тысячелетия до н.э. государство Шан было завоевано активно развивающимся в то время другим государственным образованием - Чжоу, перенявшим многие достижения Шан-Инь, в том числе и иероглифическую письменность. По мнению ученых, именно в эпоху Чжоу (Западная Чжоу:12-8вв 1111-771 гг. до н.э.; Восточная Чжоу: 8-3вв 770-256 гг. до н.э.), в середине I тысячелетия до н.э., на базе северных и южных азиатских языков, а также древних сино-тибетских языков начинает формироваться единая грамматическая система древнекитайского языка. С активным внедрением в обиход бронзовой утвари, характерным для династии Чжоу, человек начал активно украшать ее уже изобретенными письменными знаками. Содержание текстов по-прежнему носили религиозно-мантический характер, а также изобиловали сообщениями о деяниях правителей, пожеланиями счастья и благосостояния. Формы знаков сохраняли прямую преемственность от прежних и получили свое историческое название - письмена на колоколах и треножных сосудах (чжундинвэнь), или чжоуские письмена.

Цзиньвэнь (金文) – отлитые или выгравированные надписи на китайских бронзовых сосудах для жертвоприношения или музыкальных ритуальных инструментах в эпоху Шан-Чжоу (XIII-IV вв. до н.э.).

Наиболее часто цзиньвэни встречаются на треножниках для мяса «дин» 鼎, сосудах для зерна «гуй» 簋, колоколах «чжун» 鐘. А также на бронзовых сосудах для вина: «ю» 卣, «цзун» 尊, «гу» 觚, «цзя» 斝; и для воды: «и» 匜, «пань» 盤, «ху» 壺.

В отличие от цзягувэней 甲骨文, которые являются гадательными надписями в форме лаконичных вопросов и ответов, цзиньвэни это ритуальные надписи. В большинстве случаев они располагаются на дне или внутренних стенках сосудов, таким образом, при заполнении жертвенной пищей надписи не были видны, т.е. служили средством коммуникации между живыми и духами предков.

Цзиньвэни являются дальнейшим развитием древнекитайской письменности. В отличие от предшествующих им цзягувэней, состоящих от отрывочных фраз, цзиньвэни образуют законченный текст. Наибольшей по объему считается надпись на бронзовом треножнике «Мао-гун дин» 毛公鼎, состоящая из 497 иероглифов.

С первых же шагов зарождения государственности письменность стала использоваться для целей администрирования и управления. При императорском дворе и в местных администрациях содержался большой штат специально обученных писарей, которые находились в ведомстве Главного Писаря.

Исследования этих текстов указывают на то, что способы начертания иероглифов к тому времени были уже хорошо определены, однако формы самих иероглифов сильно варьировались от текста к тексту. Для нормального функционирования делопроизводства естественным образом назревала необходимость систематизации иероглифов. И вот примерно в 800 году до н.э. Главный Писарь Чжоу создает первый каталог иероглифов, существовавших на то время, тем самым фиксируя их внешний вид для последующего применения государственными писцами. Первый известный опыт кодификации графического китайского письма является список иероглифов Ши Чжоу. По преданию этот список состоял из 15 глав, где иероглифы были расположены в некотором осмысленном порядке. Возможно, что уже в этом списке иероглифы были расположены по предметным категориям, какие наблюдаются в более поздних списках. Эти систематизированные иероглифические формы чжоуского письма получили в китайской лингвистике название иероглифов большой печати (дачжуань).

Во времена падения династии Чжоу (VI-V вв. до н.э.) наметился также упадок в сфере образования. Писцы становились все более безграмотными, и это незамедлительно отразилось на китайской письменности. Там, где писарь не помнил правильного написания какого-либо иероглифа, он просто придумывал новый на его замену. Таким образом иероглиф обрастал множеством ложных форм, получивших в последствии название странных иероглифов, которые копировались другими столь же безграмотными писцами и становились все более употребительными. Сам великий Конфуций, посвятивший много времени исследованию древних текстов, печально признавал подобное небрежное отношение к языку у своих современников: "Во времена моей молодости я знавал писцов, которые оставляли пустые места там, где не могли написать иероглиф правильно, теперь уже не осталось таких благородных мужей!"