Тождество сторон
В соответствии с положениями части 1 статьи 38 ГПК РФ и части 1 статьи 44 АПК РФ сторонами в цивилистическом процессе являются истец и ответчик. В доктрине сторона обычно определяется как предполагаемый субъект спорного материального правоотношения, выступающего предметом процесса [16, 184; 8, 81]. При этом истец – это предполагаемый носитель предполагаемо нарушенного права, которое в рамках конкретного процесса выступает объектом защиты, ответчик – предполагаемый нарушитель данного права.
Как правило, не возникает никаких проблем в тех случаях, когда истцом по разрешенному (или разрешаемому) иску и истцом по вновь заявленному иску выступает одно и то же лицо, при этом аналогичная ситуация наблюдается в отношении ответчиков.
Однако интерес представляют те случаи, когда такого совпадения не происходит. Так, при разбирательстве гражданского дела по иску Деревой С.Ю. к ответчикам Деревой В.Д. и другим наследникам Дерева С.Э. Черкесский городской суд установил, что Изобильненским районным судом Ставропольского края рассмотрено гражданское дело по иску Деревой В.Д. Одним из ответчиков по этому делу была Дерева С.Ю. При этом два из трех требований, заявленных в иске Деревой В.Д. (признание недействительными завещания Дерева С.Э. от 01 марта 2003 г., удостоверенного нотариусом г. Нальчика Шогеновой Р.Т., и дубликата завещания Дерева С.Э., выданного 16 января 2007 г. нотариусом Ханфеновой Г.И.) были полностью идентичны требованиям, заявленным Деревой С.Ю. в Черкесский городской суд. Решение Изобильненского районного суда от 15 июня 2007 г. об отказе в иске Деревой В.Д. вступило в законную силу. Черкесский городской суд указал на невозможность рассмотрения по существу исковых требований Деревой С.Ю. о признании недействительными завещания Дерева С.Э. и дубликата этого завещания, поскольку по ним уже вынесено решение районным судом, и прекратил производство в отношении названных требований. Суд кассационной инстанции, не соглашаясь с выводом суда первой инстанции и отменяя определение суда о прекращении производства по делу, указал на нетождественный субъектный состав участников процесса и их различное процессуальное положение в деле. Суд кассационной инстанции посчитал, что в споре по иску Деревой С.Ю. субъектный состав участников процесса не тождественен субъектному составу участников процесса в споре по иску Деревой В.Д., так как в этих двух гражданских делах лица, участвующие в деле, хотя одни и те же, но их процессуальное положение разное. В Изобильненском районном суде Дерева В.Д. являлась истцом, а Дерева С.Ю. - ответчиком, и наоборот, в Черкесском городском суде Дерева В.Д. являлась ответчиком, а Дерева С.Ю. - истцом.
При рассмотрении в порядке надзора жалобы на определение суда кассационной инстанции Верховный суд РФ указал, что по смыслу абз. 3 статьи 220 ГПК РФ «тождественность спора по субъектному составу определяется совпадением сторон спора, а не их процессуальным положением в нем. Поэтому тождественность спора по субъектному составу имеет место и тогда, когда стороны (истец и ответчик) поменялись местами по другому иску» [26].
Вместе с тем представляется неверным указанный вывод суда, так как в том случае, если ответчик по первому иску становится истцом по второму иску, то объектом защиты по второму иску выступает уже право иного субъекта, то есть другое субъективное право. Тот факт, что данными лицами заявлены одни и те же требования – о признании недействительным одного и того же завещания, не означает тождественности исков, так как основания заявленных требований не идентичны: одно лицо не может мотивировать свое требование об оспаривании завещания нарушением прав другого лица. В данном случае вторым иском завещание оспаривалось на основании утверждения истца о нарушении его прав данным завещанием, а не нарушением прав ответчика, что представляло бы недопустимую с точки зрения действующего процессуального законодательства ситуацию, так как правом на обращение в суд обладает только заинтересованное лицо – лицо, позиционирующее себя субъектом нарушенного права.
Таким образом, невозможно говорить о тождественности исков в тех случаях, когда процессуальное положение сторон по искам не совпадает. Здесь, однако, следует оговориться: если по первому иску лицо имело статус истца, а по второму – статус третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора (или наоборот), то не следует исключать возможность тождественности данных исков (при установлении тождества предмета и основания исков), так как третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, вступает в процесс путем предъявления иска, в связи с чем пользуется всеми правами и несет все обязанности истца (часть 1 статьи 42 ГПК РФ, часть 2 статьи 50 АПК РФ).
Другим важным моментом при определении тождества сторон является то, что в случае правопреемства на стороне истца или ответчика в рамках правоотношения, которое заявляется в качестве предмета процесса, необходимо положительно решать вопрос о внешнем тождестве исков.
А.Х. Гольмстен, раскрывая принцип тождества в гражданском процессе, еще в 1885 году указал, что юридическое тождество возможно и тогда, когда два лица «являются юридически одним лицом, например юридический преемник и предшественник, вообще лицо, могущее в силу того или другого основания заменит в споре другое» [7, 120]. Несмотря на то, что автор рассматривал в данном случае не тождество исков, а тождество двух спорных правоотношений, которые выступали предметами двух разных процессов, возбужденных двумя разными исками, ссылка на позицию автора представляется уместной, так как определение сторон в процессе (по иску) напрямую связано с определением субъектов спорного правоотношения, являющегося предметом процесса (разница заключается лишь в предположительном характере их статуса субъектов правоотношения).
Если обратиться к тому, что ранее указывалось в отношении res iudicata и причин его «погашающего» действия (снятие спорности с материального правоотношения, служившего предметом процесса), то само по себе правопреемство не означает изменения содержания правоотношения, не влечет его прекращения и возникновения нового отношения. Таким образом, даже в случае правопреемства на стороне истца или ответчика следует говорить о том, что правоотношение, которое истец повторно желает сделать предметом процесса, уже бесспорно, в связи с чем иск не может быть рассмотрен повторно.
Данная позиция также находит поддержку и в действующем процессуальном законодательстве. Так, в соответствии с частью 2 статьи 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут заявлять в суде те же исковые требования на том же основании. В данном случае речь идет только о правопреемниках на стороне истца. Вместе с тем, представляется, что аналогичным образом должно учитываться и правопреемство на стороне ответчика, что не всегда осознается в судебной практике.
Железнодорожным районным судом города Красноярска по иску банка с ответчика взыскана задолженность по кредитному договору, а также обращено взыскание на предмет залога, обеспечивавший исполнение ответчиком обязательств по кредитному договору. Впоследствии после вступления решения в законную силу и до его исполнения предмет залога был передан ответчиком третьему лицу по договору купли-продажи (право собственности на предмет залога перешло к покупателю). В связи с тем, что лицо, указанное в исполнительном листе в качестве должника, не является собственником предмета залога, на который необходимо обратить взыскание, принудительное исполнение судебного решения оказалось невозможным. В связи с указанным на основании статьи 353 ГК РФ и части 1 статьи 44 ГПК РФ истец обратился в Железнодорожный районный суд города Красноярска с просьбой произвести процессуальное правопреемство на стороне ответчика. В удовлетворении заявления судом было отказано, при этом в мотивировочной части определения суд указал, что «взыскатель не лишен возможности защитить свои права в порядке искового производства путем предъявления требований к новому собственнику заложенного имущества» [32].
Подобное решение суда по факту привело к тому, что решение суда об обращении взыскания на предмет залога утратило свойство исполнимости из-за отказа произвести процессуальное правопреемство на стороне ответчика, при этом обратиться с новым иском у истца нет юридической возможности, так как указанный иск будет тождественным по отношению к иску, об удовлетворении которого имеется вступившее в законную силу решение суда, и в принятии нового искового заявления к производству должно быть отказано.