Конституция

В «Конституции» было записано: «Крепостное состояние и рабство отменяются. Раб, прикоснувшийся земле Русской, становится свободным». О том же писал Пестель: «Рабство крестьян должно быть решительно уничтожено, и дворянство должно навеки отречься от гнусного преимущества обладать другими людьми». И у Пестеля, и у Муравьева крестьяне получали как личную свободу, так и землю, хотя первоначальный муравьевский проект предусматривал безземельное освобождение крестьян. Примечательной особенностью декабристской программы было сохранение неприкосновенности помещичьего землевладения. По Муравьеву, «земли помещиков остаются за ними». Иного и трудно ожидать от проектов, авторы которых, будучи дальновидными представителями своего сословия, готовы были расстаться с большинством дворянских привилегий, но не подвергали сомнению принцип частной собственности. Здесь они были последовательны, и такое решение крестьянского и земельного вопросов не следует считать проявлением дворянской ограниченности. Рассуждая о всеобщем равенстве, декабристы имели в виду политические и гражданские права и никогда не подвергали сомнению неизбежность социального неравенства. Пестель подчеркивал: «Богатые всегда будут существовать, и это очень хорошо». Правда, он считал, что недопустимо присоединять к богатству специальные политические права. Его особую неприязнь вызывала императорская фамилия: «Народ российский не есть принадлежность или собственность какого-либо лица или семейства. Напротив того, правительство есть принадлежность народа, и оно учреждено для блага народного, а не народ существует для блага правительства ». Аграрный вопрос. Решая аграрный вопрос, Пестель предполагал возможность частичной конфискации земли у крупных землевладельцев, каких в России было немного. Он думал, что эта земля, наряду с казенной и монастырской, составит общественный фонд, где каждый может получить в безвозмездное пользование участок земли. В этом он видел гарантию от обнищания. Остальная земля должна была оставаться в частных руках и служить «доставлению изобилия». Для Муравьева помещичьи права на землю представлялись незыблемыми. Согласившись на предоставление освобожденным крестьянам земли, он полагал достаточным выделить две десятины на двор, что закладывало основы крестьянской экономической зависимости от помещиков.

Поражение декабризма.

Зная о неудаче 14 декабря, С. И. Муравьев-Апостол и члены Васильковской управы 29 декабря 1825 г. подняли восстание Черниговского полка. Они полагали бесчестным не выступить, когда выступили их товарищи на севере. К этому времени Южное общество было обезглавлено. 13 декабря, еще по приказу умиравшего Александра I, были арестованы Пестель и Юшнев-ский. В столкновении с правительственными войсками солдаты Черниговского полка, встреченные картечью, были разбиты. Следствие и суд над декабристами должны были показать обществу решимость нового императора расправиться с крамолой. Ему приписывали слова: «Революция на пороге России, но, клянусь, она не проникнет в нее, пока во мне сохранится дыхание жизни, пока Божиею милостью я буду императором». Арестованные по всей стране декабристы и лица, косвенно причастные к движению, свозились в Петропавловскую крепость, где у них брали подробные показания. Полагая, что честь офицера и дворянина требует умения нести ответ, декабристы откровенно рассказывали о своих планах. Почти все они не были причастны к событиям 14 декабря, они не были повинны ни в военном мятеже, ни в нарушении присяги. Большей частью их обвиняли в умысле на цареубийство или в знании об этом умысле. Сто двадцать один из них был предан Верховному Уголовному суду, над делопроизводством которого немало потрудился Сперанский, разбивая осужденных на разряды по степени виновности. По приговору суда оставленные вне разрядов П. И. Пестель, С. И. Муравьев-Апостол, К. Ф. Рылеев, М. П. Бестужев-Рюмин и П. Г. Каховский были повешены. По словам их единомышленника Александра Муравьева, «они искупили преступление, наиболее ненавистное для толпы: быть проводниками новых идей». Большинство декабристов было осуждено в каторжные работы. Ряд участников движения понес наказание без суда. Из солдат, участвовавших в выступлении, был создан сводный полк, направленный на Кавказ, многие из них были подвергнуты телесным наказаниям. Суровость приговоров потрясла русское общество, навсегда испортила репутацию Николаю I, который не воспользовался главной привилегией монарха — быть милостивым.