Императоры Август и Тиберий: финансовые реформы и положение в Иудее

Налоговую реформу Юлия Цезаря продолжил первый официальный римский император Октавиан Август (64 до н.э. - 14 н.э.). Он продолжил борьбу с налоговыми откупщиками, что давало возможность снижать на­логовое бремя для граждан и хозяйств. Август подтвердил ранее выданные налоговые льготы Иудее. При Августе функции налогового контроля были возложены на Синедрион - высший совет, состоящий из первосвященника, старейшин и книжников. Как и Юлий Цезарь, император Август предоставил Иудее привилегии, в том числе налоговые (судя по всему, в знак благодар­ности за ту помощь, которую евреи оказали ему в политической борьбе за власть). Сначала Юлий Цезарь даровал народу Иудеи право собирать по всей территории Римской империи храмовый налог и переправлять его в Иеруса­лим, а затем Октавиан Август подтвердил это постановление. Император Ав­густ даже включил этот налог в категорию «священных денег»; это означало, что кража собранных денег карается смертной казнью. Вот что пишет Еврей­ская энциклопедия по поводу такой привилегии со стороны Юлия Цезаря и

Августа: «В римский период правители городов и губернаторы провинций иногда пытались прибрать к рукам собираемые на Храм средства или вос­препятствовать их сбору и пересылке в Иерусалим. Одной из важных приви­легий, дарованных евреям в правление Юлия Цезаря и Августа, было разре­шение беспрепятственно собирать храмовый налог на территории империи и переправлять его в Иерусалим. Август даже включил этот налог в категорию “священных денег”, что означало, что кража налога карается смертью. День­ги, собранные в Вавилонии, хранились в укрепленных городах Нисбис и Не- хардеа, откуда под вооруженной охраной доставлялись в Иерусалим»¹.

Были и другие привилегии для Иудеи. Особо следует подчеркнуть, что Цезарь и Август подтвердили право Иудеи чеканить свои собственные моне­ты - «священные сикли», что было очень серьезной привилегией².

Сенат Рима оказался во многом устранен от принятия решений по этим финансовым привилегиям. Надо отметить, что при Юлии Цезаре финансо­вая система Римской империи претерпела серьезные изменения, финансовая власть все больше сосредоточивалась в руках кесаря. Государственные фи­нансы империи были разделены на две части: традиционное казначейство, которое находилось по-прежнему в ведении Сената (эрарий), и император­скую казну ^сш), куда шли налоги от провинций. Это были большие деньги, и кесарь (император) ни перед кем не отчитывался по делам своей казны. Им­ператор Август окончательно закрепил начатое Цезарем разделение единой государственной казны на две: сенатскую и имперскую. Первая стала попол­няться за счет так называемых «сенатских» провинций, вторая (называемая «фиск», что в переводе означает «корзина») - за счет «имперских» провин­ций. В последних император стал создавать мощную финансовую систему, состоящую из имперских чиновников, вытесняя постепенно представителей старой финансовой системы - публиканов. Фактически в «имперских» про­винциях была начата национализация финансового аппарата, некогда прива­тизированного публиканами. Вытеснение шло очень медленно и болезненно, поскольку всадники, обладая большими капиталами и фискальными армия­ми, оказывали яростное сопротивление. Тем не менее имперская казна посте­пенно усиливалась по отношению к сенатской казне³.

Невольно возникает вопрос: чем вызвана такая забота о еврейских деньгах (храмовая подать, собственные монеты) со стороны римских кеса­рей? - Вероятно, тем, что они получали от иудеев определенную политиче­скую поддержку через влиятельную еврейскую диаспору, расселившуюся по всей Римской империи.

При императоре Августе в Иудее был восстановлен частичный (фор­мальный) суверенитет, когда в стране появился свой царь - Ирод (Великий)⁴. Но Иудея оставалась в составе империи и должна была платить налоги Риму. При этом Иудее как относительно самостоятельной территории Рим разрешил собирать собственные (местные) налоги. Таким образом, на не­сколько десятков лет сложилась своеобразная система двойного налогоо­бложения, которая распространялась не только на Иудею, но на всю Пале­стину. Иосиф Флавий отмечает, что доходы Ирода формировались прежде всего за счет налогов, которые постепенно росли, вызывая недовольство местно населения¹.

Ирод отвечал за полноту и своевременность уплаты налогов в римскую казну. Под надзором Ирода кроме территории Иудеи как самостоятельного объекта налогообложения (с фиксированной величиной дохода) находились еще другие территории, которые входили в состав царства Ирода Велико­го². Подробного описания налоговой системы времен Ирода Великого нет. Скорее всего, она была следующей: сначала налоги собирались в казну царя Иудеи, а затем уже из нее часть денег перечислялась в Рим³. Финан­совые отношения между Иродом Великим и римским императором были достаточно запутанными. В том числе и потому, что Ирод Великий, буду­чи проводником политической воли императора в Палестине, реализовы­вал проекты последнего на месте. Речь идет прежде всего о строительных проектах. А. Г Грушевой пишет про время Ирода Великого: «Что касается активного строительства, то оно скорее отвечало интересам римлян, чем иудеев. Следует отметить, что стараниями Ирода многие древние города

Ближнего Востока приобрели тот античный облик, который хорошо изве­стен сейчас благодаря археологическим раскопкам»⁴.

Согласно двум скрупулезным подсчетам Иосифа Флавия, общий до­ход с территорий, находящихся под властью Ирода, составлял в момент его смерти 800 талантов⁵. Правда, в другом месте он называет сумму 600 та­лантов⁶. Первая цифра соответствует примерно 37 тоннам серебра, вторая - 28. В пересчете на тогдашние деньги 800 талантов - это 4,8 млн драхм или динариев. А дневная плата работника в те времена была равна примерно

1. драхме (динарию). Примем, что число работающих на территории, под­контрольной Ироду Великому, равно 250 тыс человек (в расчет принимают­ся те работники, которые обязаны платить налоги). При таком количестве работников получается, что примерно 3 недели в году каждый налогопла­тельщик работал на уплату налогов Риму. Такие (или примерно такие) рас­четы встречаются в работах по истории Древнего Рима и древней Иудеи, и большинство авторов считают, что это было тяжким бременем.

Ирод Великий обеспечивал исправную уплату налогов в римскую казну, но при этом не забывал себя и своих многочисленных родственников¹. По­сле смерти царя его ближайшие родственники получили очень большие на­следства. Самую крупную сумму Ирод завещал императору Августу - 1000 талантов. Благородный император от такого богатства отказался и раздал его родственникам Ирода, которые были богатейшими людьми в Иудее. Иосиф Флавий возмущается высокими доходами Ирода, но уточняет, что они неред­ко поступали к царю в результате присвоения собственности аристократии².

Нас же интересует другой вопрос - использовал ли Ирод Великий сред­ства казны Иерусалимского храма? Никаких фактов на этот счет у Иосифа Флавия нет. А. Г Грушевой также пишет: «У нас нет прямых подтверждений использования Иродом на свои цели сокровищ Иерусалимского храма»³.

После кончины Ирода Великого в 4 г. н.э. два года царем побыл Ирод Ар- хелай (один из сыновей Ирода Великого). В 6 г. н.э. пост царя иудейского был упразднен. Это решение император Август принял в связи с тем, что в Иеруса­лиме после смерти Ирода Великого вспыхнуло восстание народа с требования­ми снизить налоги и освободить заключенных. Вскоре пожар мятежа запылал по всей Иудее и Галилее, а также в Идумее. Архелай справиться с ситуацией не смог. Сирийский наместник Квинтилий Вар с трудом подавил восстание. Кста­ти, во время беспорядков в Иерусалиме римляне разграбили храмовую казну.

Царство Ирода, которое помимо Иудеи включало еще ряд территорий (Идумею, Самарию, Галилею, Трахонею и др.), было поделено на ряд частей. Иудея, по сути, стала колонией, рядовой провинцией, управляемой римскими прокураторами из сословия всадников. При этом она находилась под надзором имперского легата (наместника) Сирии (в то время - Квинтилия Вара). В Иу­дее появилась должность римского прокуратора - фактически финансового инспектора, который должен был контролировать сбор налогов. Первым про­куратором был назначен всадник Копоний (6-9 н.э.). В это время в Иудее были запрещены местные налоги (на храмовую подать римляне не покушались).

В период правления императора Августа римляне отказались от исполь­зования фиксированного налога, который применялся Селевкидами (так на­зываемый «форос»), и заменили его десятиной, величина которой зависела от урожая. Безусловно, это было положительное для Иудеи изменение.

Важной составляющей финансовой реформы Августа было проведение переписей населения и инвентаризации имущества. Ко времени рождения Иисуса такой переписью были охвачены все земли Римской империи. Об этой переписи в Иудее, которую проводил сирийский наместник, мы узна­ем из Евангелия¹. Перепись преследовала цель снизить возможность злоупо­треблений в сфере налогообложения со стороны откупщиков и Синедриона. Вместе с тем она вызвала резкое сопротивление со стороны народа².

Фискальную реформу императора Августа продолжил император Тибе­рий. Тиберий прекрасно понимал, что тот, кто контролирует финансы, рас­полагает реальной властью, и всячески стремился вести такую политику, при которой финансовые средства концентрировались бы в его руках. В резуль­тате практически все налоги из провинций, как императорских, так и сенат­ских, стали поступать в распоряжение императора. Расчетливая финансовая политика позволила Тиберию сосредоточить в своих руках огромные суммы, это был мощный рычаг высшей власти, которым он умело воспользовался во время кризиса 33 г. н.э.

Тиберий продолжал политику Августа по ужесточению контроля за дея­тельностью провинциальной администрации, и в первую очередь сенатских провинций. Тиберию приписывают слова: «хороший пастух стрижет своих овец, но не сдирает с них шкуру». Было организовано несколько процессов против наместников по обвинению в злоупотреблении властью, откупная си­стема сбора провинциальных налогов была заменена прямым сбором налогов представителями центральной власти. Тиберий достаточно эффективно бо­ролся с коррупцией, которая расцвела и в центре, и особенно в провинциях. Крупные должностные преступления наместников и грабеж провинций ста­ли проходить через суды не только по делам о вымогательствах, но также как оскорбление величия империи («закон об оскорблении»).

Это процветание провинций контрастировало с мрачной картиной, которая наблюдалась в столице империи. Тиберий проводил жесточайшую политику эко­номии, которая привела к тому, что в Риме стало намного меньше «хлеба» (бес­платная раздача хлеба) и «зрелищ» (в конце концов Тиберий вообще прекратил финансирование массовых зрелищ из казны). Было прекращено финансирова­ние строительства храмов и военных дорог из казны. При этом императоре были приняты законы против роскоши и ростовщичества. Из государственной казны выдан был беспроцентный кредит в сумме 100 млн сестерциев земледельцам, попавшим в сложное положение из-за долгов ростовщикам. Наконец, Тиберий проводил выборочный террор против высокопоставленных и богатых лиц в сво­ем окружении, за счет конфискаций их имущества пополняя казну. При Тиберии имперская казна стала мощной как никогда. После смерти Тиберия в 37 г. по РХ. в казне осталось, по разным оценкам, от 2,3 до 3,3 млрд сестерциев¹.

При Тиберии, как единодушно отмечают историки, провинции Римской империи процветали. В том числе процветала Иудея. Откупная система сбо­ра налогов при Тиберии была в значительной степени заменена прямым сбо­ром налогов представителями центральной власти, что, конечно же, снижало бремя налогоплательщиков.