Альянс государства и монополий

С момента образования монополий наблюдалось постоянное их стремле­ние поставить под свой контроль не только производство и рынки, но также все общественные институты стран своего базирования (метрополии). Это: церковь, политические партии, профсоюзы и другие общественные органи­зации, наука и образование, культура, средства массовой информации и т.д. А самое главное - государство, включая все ветви государственной власти - исполнительную, законодательную, судебную.

Между корпорациями и государством складывается такой тип отноше­ний, который можно назвать альянсом. Поначалу корпорации выступали в этом альянсе младшим партнером, однако этот период существования альян­са был достаточно коротким. На протяжении по крайней мере последнего

столетия в США и Западной Европе ведущую роль в альянсе захватили корпорации, превратив государство в своего «слугу». Или, как писалось в советских учебниках политэкономии, - в «комитет по управлению делами монополистического капитала». С учетом сегодняшних реалий (превраще­ние капитализма из промышленного в финансовый) можно без натяжки ска­зать, что государство - «комитет по управлению делами финансового (или ростовщического) капитала».

В зарубежной литературе и в политической лексике для описания ре­альной роли монополий в общественной жизни западных стран используется термин «плутократии» (означает «власть богатых», «власть денег»). С уче­том того, что сегодня капитализм из торгово-промышленного превратился в финансовый, можно сказать: современный политический строй - «банкокра­тия» (власть банков, банкиров).

Достаточно широко используется термин «корпоратократия»: он ак­центирует внимание на том, что реальная власть в обществе принадлежит таким институтам, как капиталистические корпорации, которые поставили под свой контроль государство¹.

Выше мы уже отмечали, что еще в 20-е годы прошлого столетия в поли­тический обиход вошел термин «корпоратизм». Он появился в Италии, тог­да под ним подразумевался равноправный альянс государства и корпораций, причем под корпорациями понимались не только компании и банки, но также иные институты, представляющие интересы разных слоев общества (в пер­вую очередь профсоюзы). Лидер итальянских фашистов Муссолини считал, что это синоним слова «фашизм» (от слова «фашина», что в переводе означа­ет: «связка прутьев»). Под «фашизмом» дуче понимал соединение в «единое целое» корпораций и государства. Определение классического (итальянско­го) фашизма не следует смешивать с гитлеризмом и нацизмом - германской версией фашизма (в ней акцент делался на национально-расистских вопросах общественного устройства).

Известный в Америке политический деятель оппозиционного направле­ния Линдон Ларуш для характеристики американского капитализма пред­почитает использовать термин «фашизм», хотя в его понимании это уже не итальянская версия фашизма, а скорее германская (Ларуш акцентирует вни­мание на человеконенавистнической политике правящей верхушки США).

Есть еще один термин, описывающий сущность современного капита­лизма: государственно-монополистический капитализм (ГМК). Именно та­кой термин использовался для характеристики капитализма XX века в совет­ских учебниках политэкономии, и он был хорошим смысловым ориентиром для изучения реальных механизмов функционирования капитала.

Поскольку нас сейчас в большей степени интересует не политическая сторона вопроса, а финансовый механизм сращивания государства и мо­нополий, мы будем использовать термин «государственно-монополисти­ческий капитализм».

Прежде всего отметим: все без исключения современные монополии (промышленные, торговые, банковские, информационные) своим существо­ванием обязаны государственной поддержке. Без нее не было бы не толь­ко государственно-монополистического, но и просто монополистического капитализма.

Комментируя крылатую фразу Рокфеллера «Конкуренция - это грех», известный американский исследователь Энтони Саттон писал:

«Старый Джон Рокфеллер и его собратья, капиталисты XIX века, были убеждены в абсолютной истине: ни одно большое состояние не могло быть создано по беспристрастным правилам laissez-faire (фр. «позвольте делать», означает принцип невмешательства государства. - В. К.). Единственно вер­ный путь к достижению крупного состояния - монополия, вытесняйте кон­курентов, уменьшайте конкуренцию, уничтожайте laissez-faire и прежде всего добивайтесь государственной защиты вашего производства, используя податливых политиков и государственное регулирование. Этот путь дает огромную монополию, а законная монополия всегда ведет к богатству»¹.

Диапазон государственной поддержки монополий крайне широк:

• установление импортных пошлин для защиты внутреннего рынка от иностранных конкурентов;

• введение ограничений и запретов для иностранных инвесторов;

• предоставление отдельным компаниям исключительных прав на веде­ние той или иной деятельности (например, концессии);

• налоговые послабления (освобождение от уплаты налогов или сни­жение уровня налогообложения, поощрение создания монополиями оф­шорных зон);

• прямая финансовая помощь (денежные трансферты) из государствен­ного бюджета;

• государственные кредиты;

• государственные заказы;

• передача частным компаниям имущества из государственного сектора по льготным ценам или бесплатно;

• регулирование цен и тарифов;

• предоставление силовой поддержки для внешней и внутренней экс­пансии корпораций (использование репрессивного аппарата для подавления

социальных протестов, ведение захватнических войн, насаждение оккупаци­онных режимов в зарубежных странах) и т.п.

В конечном счете государственная поддержка монополий имеет две основные и связанные между собой цели: приумножить прибыли моно­полий и обеспечить сохранение и укрепление их всесторонней власти в обществе и в мире.

Хотя еще в конце XIX века в странах Запада стали приниматься анти­монопольные законы, однако их действие с самого начала было крайне огра­ничено. Многие из них носили и носят декоративный характер, лишь созда­ют видимость, что государство борется за сохранение принципа свободной конкуренции. Практический смысл этих законов сводится в основном к тому, чтобы как-то регулировать отношения между отдельными группа­ми монополистического капитала, поддерживать некий статус-кво в клубе миллиардеров, не допускать того, чтобы действия отдельных групп бизнеса ставили под угрозу само существование капитализма. А также не допускать усиления на экономическом пространстве, контролируемом данным госу­дарством, монополий-нерезидентов. Например, запрещать иностранным корпорациям поглощения отечественных монополий.

В то же время даже в антимонопольных законах прописано, что их дей­ствие не распространяется на операции национальных корпораций за преде­лами своей страны¹. Государство открыто поощряет внешнюю экспансию монополистического капитала, используя для этого систему экспортного кре­дитования и гарантий по экспортным операциям, регулирование валютного курса национальной денежной единицы, налоговые льготы и снисходитель­ное отношение к офшорным операциям корпораций, военно-силовую под­держку зарубежного бизнеса своих корпораций и т.п.