Введение

Слово реставрация происходит от латинского слова «restauratio» — восста­новление. В широком смысле понятие «реставрация» охватывает все виды ра­бот, направленные как на сохранение произведения искусства, так и на макси­мально возможное выявление его перво­начального облика. В узком смысле ре­ставрация означает проведение процес­сов, способствующих продлению жиз­ни произведения и устранению поздней­ших наслоений с авторской живописи, искажающих авторский замысел и сни­жающих эстетическую значимость па­мятника,— укрепление красочного слоя, левкаса (грунта) и поврежденной доски, удаление потемневшего слоя олифы или масляного лака, удаление записей, тони­рование в случае необходимости утрачен­ных мест, нанесение защитного слоя лака.

Консервация — от латинского «сопservatio» — сохранение, сбережение. До середины нашего столетия под консерва­цией подразумевали только создание оптимальных условий для сохранения про­изведений — правильного освещения, чистоты и влажности воздуха, его венти­лирования. Затем в понятие «консерва­ция» стали включать как условия нор­мального режима хранения, так и ряд процессов, которые, не изменяя внешне­го вида произведения, пресекают разру­шение его биологическими организмами (плесенями, бактериями, жуками-точилыциками), предохраняют от утрат разрушенный левкас и красочный слой (в частности, наложением профилактиче­ской заклейки, предваряющей последую­щую реставрацию).

В последние десятилетия стали часто применять к произведениям живописи еще один термин — реконструкция (от латинского «reconstructio» — перестрой­ка, восстановление). При этом имеют в виду восстановление некоторых утрачен­ных частей памятника, которое бывает допустимо только в исключительных слу­чаях. Современная наука требует чрез­вычайно бережного отношения ко всей художественной ткани произведения и тактичного подхода к нему при решении характера и степени реставрационного вмешательства. Имевшая ранее место практика радикального удаления всех следов исторического существования па­мятника с целью восстановления его пер­воначального состояния (порой фактитически невозможного) ныне подверга­ется все более и более суровой критике, а удельный вес реконструкций в реставра­ционном деле все время уменьшается. Вместо этого на первый план выдви­гаются задачи «лечения» произведений искусства. В этом смысле совершенно справедливо утверждение академика Д. С. Лихачева о том, что «реставриро­вание... может рассматриваться как „ле­чение". Всякое же лечение предусмат­ривает диагносцирование болезни, уста­новление общего состояния организма и в дальнейшем частичное или полное его выздоровление. Но лечение может быть неправильным, и тогда действие времени

на памятник не только не ослабляется, но усиливается. Порча, создаваемая не­правильной реставрацией (неправиль­ным пониманием ее существа, неправиль­ным пониманием самого памятника), оказывается самой губительной из всех, которой так или иначе подвергается па­мятник, ибо неправильная реставрация захватывает самую суть памятника. Ка­кую-то более или менее значительную его часть делает фальсифицированной, трудно отличимой ... от живой и досто­верной его основы. Всякий памятник есть документ своей эпохи. Неправильное ле­чение этого „документа", неправильные задачи, которые ставит перед собой ре­ставратор, или его попытки к „сотвор­честву" приводят к тому, что документ частично или полностью заменяется ма­кетом»

При чтении старых документов и пуб­ликаций прошлого времени можно встре­тить самые различные наименования по­нятия «реставрация», например, «чистка икон», «промывка», «поновление», «под­правка», «возобновление» и так далее. Термины эти, однако, полностью устаре­ли. Так под промывкой в настоящее вре­мя подразумевают процесс удаления по­верхностных загрязнений, лежащих по­верх защитного слоя олифы. В старое же время в понятие «промывка» входило удаление и самого слоя олифы, и позд­нейших записей, то есть всего того, что находится поверх первоначального кра­сочного слоя. Вот как говорится об этом в одном из старинных руководств: «Ког­да хочешь промыть старые иконы, то на­перед влей воду в большое корыто, в ко­тором икона могла бы поместиться под водой, потом положи ее туда и, взяв тепловатой золы и посыпав ее на изобра­жение, протирай оное большой щетинной кистью»². Иногда встречаются и преду­преждения: «Да смотри при этом, что­бы не смыть левкас до доски». Извест­но, что подобным способом «промыва­ли» иконы щелоком еще в начале XX

1 Лихачев Д. С. Предисловие.— В кн.: Восста­новление памятников культуры: Проблемы рестав­рации. М., 1981, с. 9. Труды Киевской духовной академии, вып. 2. Киев, 1868, с. 296—197.

века. После такой промывки от первона­чальной живописи иногда оставались только следы, поверх которых произве­дение писалось заново, то есть икону «по­новляли». Чаще под поновлением под­разумевалось повторение на иконе сю­жета поверх потемневшего слоя оли­фы. Практика поновления с самого на­чала была отвергнута советской шко­лой реставрации.

К сожалению, мало русских икон ста­рого письма избежало поновления, ибо на протяжении целых столетий оно было прочно установившейся традицией.

Однако уже с начала прошлого века ученые, деятели культуры и любители ис­кусства предприняли первые шаги с целью оградить от произвола поновите-лей древнейшие иконы и стенную жи­вопись, находившиеся в собственности монастырей, соборов, церквей, старооб­рядческих моленных. Начало охране и реставрации памятников архитектуры н живописи в нашей стране было положено деятельностью Общества ис­тории и древностей российских при Московском университете, основанно­го в 1804 году. В середине прошлого века образовалась Археологическая ко­миссия, объединившая археологические общества городов России.

Вопросами реставрации также зани­мались Архивные комиссии, организо­ванные в некоторых городах, а с конца XIX века — Комитет попечительства о русской иконописи. И все же, несмотря на существование обществ и комиссий, поновление произведений древнерус­ской живописи продолжалось, что неред­ко фактически приводило к их гибели.

Часто при исполнении заказа, иконописцы-поновители применяли не те методы, о которых договаривались, а те, которые им были выгодны из соображе­ний дешевизны и экономии времени. Примером этого могут быть работы крупнейшего в середине прошлого ве­ка художника-реставратора Н. И. Подключникова, который руководил рестав­рацией икон иконостаса Успенского собора в Московском Кремле, а так­же икон, происходивших из иконостаса Успенского собора во Владимире, находившихся в то время в двух церквах села Васильевского близ города Шуи '. В до­говоре 1852 года о реставрации икон мо­сковского Успенского собора Н. И. Подключников обязался: «... а) со всех икон, во всех пяти ярусах нынешний масляный истрескавшийся лак снять и почернев­шую от времени олифу снять; б) также снять подправки, чуждые первоначально­му характеру писания, не вредя онаго; в) ежели где останутся на иконах места попорченные или стертые, то оные за-пунктировать, новыми красками, где не нужно, не писать; г) после всего оного, для предохранения на будущее время от копоти покрыть все иконы мастичным лаком» ².

Точно такой же договор был заклю­чен и на поновление икон в селе Ва­сильевском, с которых в 1856 году было снято несколько слоев поздних записей, кроме потемневшей олифы и копоти, и, по свидетельству самого Подключникова «...делали пунктирование утрачен­ных мест и подправляли золотые поля» ³. Результаты поновления обнаружились только после Октябрьской революции, когда в 1922 году было начато действи­тельное раскрытие первоначальной жи­вописи. Выяснилось, что на всех иконах места обветшавшего грунта вместе с жи­вописью начала XV века были вырезаны и выброшены, грунт всех фоновых ча­стей также уничтожен и заменен новым, а от живописи 1408 года сохранены толь­ко фрагменты. Все новые вставки грунта вместе с остатками авторской живописи были покрыты новой живописью, выпол­ненной в манере старой иконописи, а фо­ны позолочены заново.

1 В 1775 году по повелению Екатерины II иконы, предположительно написанные Андреем Рублевым и Даниилом Черным в 1408 году, были проданы из Успенского собора города Владими­ра в село Васильевское. Иконы сейчас находятся в собраниях ГТГ и ГРМ. 2 Карабинов И. А. Опыт реставрации иконы Успенского собора Московского Кремля.— Сооб­щения ГАИМК. Л., 1929, т. 2, с. 326. Труды Владимирской ученой архивной ко­миссии, кн. 11. Владимир, 1909, с. 8.

Даже величайший памятник русско­го искусства — икона Андрея Рублева «Троица», написанная, вероятно, между 1422 и 1427 годами для Троице-Сергиева монастыря, не избежала значительных дописей уже в начале XX столетия, ко­гда в 1904—1905 годах была предприня­та реставрация этого памятника. После снятия драгоценного оклада иконы перед комиссией предстала живопись палех­ских художников, которые в XIX веке записали живопись Андрея Рублева (ил. 1). К работе были привлечены самые известные реставраторы того времени — В. П. Гурьянов, В. А. Тюлин, А. И. Из­разцов. При удалении слоя XIX века бы­ло установлено, что под ним находятся еще два слоя XVI—XVII веков. Однако после удаления позднейших записей ча­стично раскрытую подлинную авторскую живопись ввиду значительных ее утрат вновь прописали (поновили) в бытовав­шем тогда представлении о живописи Рублева (ил. 2). Только после револю­ции, в 1918—1919 годах, реставраторы Г. О. Чириков, И. И. Суслов и В. А. Тю­лин, который принимал участие еще в предыдущих работах, заново расчистили икону. Реставрация была проведена на более высоком, чем в 1904—1905 годах, уровне, в результате чего в основном ока­зался раскрыт слой подлинной живописи Андрея Рублева (ил. 3), хотя отдельные дописи гурьяновского поновления для сохранения экспозиционного вида ико­ны были оставлены. В таком состоя­нии мы видим икону и в настоящее время.

Одно из лучших произведений древ­нерусского искусства — икона «Чудо Ге­оргия о змие», XV века (ил. 4), ныне хра­нящаяся в Государственной Третьяков­ской галерее, отреставрированная еще до революции для коллекции И. С. Остроу-хова, — также подверглась значительно­му «поновлению». Подлинный золотой фон иконы был счищен до слоя левкаса цвета слоновой кости, голова Георгия и часть лошади написаны заново. Для большей убедительности по живописи нарисованы кракелюры. Одежды пропи­саны поверх остатков первоначальной живописи.

Как видим, охрана и реставрация па­мятников живописи в дореволюционной России не находились на должном уров­не. Решающий перелом в этом деле на­ступил только после Великой Октябрь­ской социалистической революции.

По прямому указанию В. И. Ленина в ноябре 1917 года дело сохранения художественных ценностей Советского государства перешло в ведение Колле­гии по делам музеев и охране памят­ников искусства и старины при Наркомпросе. К работе в ней были привлече­ны ведущие специалисты по истории искусства — И. А. Орбели, Н. П. Сычев, П. И. Нерадовский, И. Э. Грабарь и дру­гие. В мае 1918 года Коллегию преобра­зовали в Музейный отдел Наркомпроса и при нем создали Комиссию по сохра­нению и раскрытию памятников жи­вописи в России, значительную роль в деятельности которой наряду с И. Э. Гра­барем играл А. И. Анисимов.

В течение 1918 года был издан ряд декретов: «О запрещении вывоза и про­дажи за границу предметов особого ху­дожественного и исторического значе­ния», «О регистрации, приеме на учет и охранении памятников искусства и ста­рины, находящихся во владении частных лиц, обществ и учреждений» '.

Многие национализированные произ­ведения, лоступавшие в государственные музеи, иногда имели серьезные разруше­ния. Спасение и консервацию их должны были обеспечивать реставраторы мастер­ских крупных музеев — Эрмитажа, Рус­ского музея, Третьяковской галереи, а также Комиссия по сохранению и раскрытию . памятников живописи. Руководивший деятельностью комиссии И. Э. Грабарь привлек к работе в ней крупнейших реставраторов древнерусской живописи — И. А. Баранова, Е. И. Брягина, И. И. Суслова, братьев А. А. и В. А. Тюлиных, П. И. Юкина, Г. О. Чирикова и других. Были созданы филиалы комиссии в Ярославле, Вологде, Загорске и в других городах. Комиссия была призвана сохранить для народа и обеспе­чить

1 Охрана памятников истории и культуры. М., 1973, с. 21, 22.

реставрацию произведений, нахо­дившихся ранее в собственности духо­венства и частных владельцев.

В 1918 году в одном из помещений Московского Кремля была размещена первая группа художников-реставрато­ров от Комиссии по сохранению и раскрытию памятников живописи Нар-компроса. Все внимание было решено в первую очередь сосредоточить на древ­нейших памятниках русской живописи XII—XV веков. Приступили к учету, изучению и раскрытию произведений, находящихся в соборах Московского Кремля. Сначала были обследованы и раскрыты иконы иконостаса московско­го Благовещенского собора, а потом начаты работы по иконам других соборов.

В том же году была снаряжена пер­вая государственная экспедиция в город Владимир. Из Владимира совершались поездки в Боголюбово, в Муром, в село Васильевское Шуйского уезда. Особая экспедиция была направлена в Кирил-ло-Белозерский монастырь. Одновремен­но производилось обследование соборов Спасо-Андроникова монастыря в Москве и Троице-Сергиевой лавры под Москвой.

В 1919 году две крупные волжские экспедиции обследовали древнейшие церкви и монастыри Владимирской, Ива­ново-Вознесенской, Тверской, частично Костромской, Нижегородской и Рязан­ской губерний. Организованные позд­нее экспедиции побывали в Звенигоро­де, Казани, Свияжске, Ярославле, Ка­шине, на Русском Севере, в Новго­роде, Пскове и других местах сосре­доточения произведений древнерусской живописи. Всего за период с 1918 по 1927 год было проведено 15 экспедиций.

В первые годы революции была на­чата разработка новых научных принци­пов реставрации станковой и монумен­тальной живописи, благодаря чему мы теперь можем видеть многие подлинные, а не поновленные произведения. Глав­ным принципом стало максимальное со­хранение произведения, его подлинной живописи и минимальное вмешательство кисти художника-реставратора.

Новый метод был успешно приме­нен при раскрытии в 1918—1919 годах живописи иконы «Богоматерь Владимир­ская» (ил. 5,6). Реставрация ее прово­дилась под наблюдением специальной комиссии, состоящей из ведущих ученых и реставраторов во главе с одним из ос­нователей научной реставрации в СССР А. И. Анисимовым. «Исходя из убежде­ния, что каждый фрагмент той или дру­гой эпохи, находимый на памятнике, должен быть бережно сохранен,— пишет И. Э. Грабарь,— мы удаляли только те поверхностные слои, под которыми уста­навливали наличие более древних, тща­тельно фиксируя и то, что удалялось. Этим путем каждая эпоха точно опреде­ляется и документируется, давая ис­черпывающую картину всей истории про­изведения. Этот метод, который с пол­ным правом должен быть назван совет­ским, получил всеобщее признание и в За­падной Европе»¹. В практике советских реставраторов метод послойного раскры­тия с сохранением поздних вставок полу­чил название метода фрагментаризации.

Параллельно с разработкой научных принципов реставрационного дела было обращено внимание и на развитие фи­зических методов исследования памят­ников. В 1918 году в нашей стране впервые была применена рентгеноско­пия для исследования слоев живописи иконы «Георгий» XII века из Юрьева монастыря в Новгороде, хранящейся ны­не в Государственной Третьяковской га­лерее. На ней в процессе раскрытия ча­стично сохранены записи XIV века, за­крывающие первоначальный слой жи­вописи XII века, полностью — на изо­бражении головы и фрагментарно — на латах и плаще. Слой записей XIV века был сохранен потому, что он дает пред­ставление о новгородской живописи это­го периода и имеет большую художест­венную ценность (ил. 10).

В 1918 году в Москве была созвана Первая научная конференция реставраторов.

1 Грабарь И. Э. Тридцатилетие реставрацион­ных работ в Советском Союзе и связанные с ними открытия памятников искусства.— В кн.: О древ­нерусском искусстве. М., 1966, с. 371.

Ранее работавшие в частных ма­стерских и оберегавшие свои секреты реставраторы теперь объединились для обмена опытом и разработки единых методов реставрации.

При московском Институте историко-художественных изысканий и музее­ведения была организована особая худо­жественно-лабораторная секция, кото­рая должна была разработать новые ме­тоды химических и физических ана­лизов.

В настоящее время в Российской Федерации научно-исследовательскую и реставрационную работу по музейным коллекциям возглавляет Всероссийский художественный научно-реставрацион­ный центр (ВХНРЦ) им. акад. И. Э. Гра­баря, а по произведениям, находящимся в памятниках архитектуры,— подразде­ления объединения Росреставрация во главе с Институтом спецпроектреставрация. Практическую работу по реставра­ции в объединении Росреставрация про­водят Межобластная специализиро­ванная научно-реставрационная произ­водственная мастерская (МОСНРПМ) и группы художников-реставраторов в областных мастерских Ленинградской, Вологодской, Костромской, Новгород­ской, Ростовской областей.

Кроме того имеются группы худож­ников-реставраторов в мастерских Вла­димирской, Ярославской областей, не связанных с объединением Росрестав­рация, а также во Всесоюзном объеди­нении Союзреставрация, в ленинград­ской городской мастерской «Реста­вратор».

В некоторых союзных республиках действуют реставрационные институты и специализированные реставрационные мастерские.

Вся огромная реставрационная ра­бота в стране проводится планомерно и под контролем специальных комиссий, созданных при крупных музеях, област­ных управлениях культуры и министер­ствах культуры. Таким образом обеспе­чиваются строгий контроль и высокий научный уровень всех реставрационных работ и сохранение произведений жи­вописи по всей нашей стране.