Россия на пороге 20 столетия. Самодержавие Николая 2

Личность последнего императора

1894 год оказался переломным рубежом в истории России. Главным событием его стала смерть императора Александра III и воцарение последнего российского самодержца.

Власть царя опиралась на Божественное соизволение; он венчался на царство и принимал присягу у алтаря. Монарх отвечал за свои дела не перед смертными, а перед Богом, что для православного христианина (последние монархи были глубоко верующими людьми) являлось абсолютной формой ответственности.

Николай II всю свою жизнь был противником либеральных представлений и всегда считал, что никакого настоящего общественного мнения в России (в отличие от Западной Европы) нет, а есть лишь салонное краснобайство и либеральная маниловщина. И даже тогда, когда под воздействием трагических обстоятельств осени 1905 г. царь согласился на крупные преобразования в системе государственного устройства, в душе он остался верен традиционным представлениям.

Молодой император не сомневался в одном: правила по управлению Россией не существует, поэтому этой огромной державой, обнимавшей шестую часть земной суши, протянувшейся от берегов реки Вислы на западе до Алеутских островов на востоке и включавшей сотни племен и народов, можно править, лишь опираясь на волю Всевышнего, на чувства русского человека и на государственные традиции. В одном из писем П.А. Столыпину в 1907 г . он заметил: «Я имею всегда одну цель перед собой: благо родины; перед этим меркнут в моих глазах мелочные чувства отдельных личностей». Но эти представления, подобные приемы государственного управления все меньше и меньше годились для нового времени.

Николай II целиком разделял точку зрения известного консерватора князя В.П. Мещерского, в 1914 г . писавшего: «Как в себе ни зажигай конституционализм, ему в России мешает сама Россия, ибо с первым днем конституции начнется конец единодержавия, а конец самодержавия есть конец России». Эти, как тогда казалось многим, совершенно абсурдные пророчества всего через несколько лет полностью сбылись.

Глубоко в недрах исторической почвы, в последних религиозных глубинах народной души было укреплено корнями — казалось, незыблемо — могучее древо монархии; все остальное, что было в России, — вся правовая, общественная, бытовая и духовная культура произрастала из ее ствола и держалась только им... Неудивительно, что с крушением монархии рухнуло сразу и все остальное — вся русская общественность и культура — ибо мужицкой России она была непонятна, чужда и — по его сознанию — не нужна».

Эта констатация представляется исторически достоверной. Но чтобы понять, почему же все-таки засохло «могучее древо монархии», необходимо принимать в расчет массу событий и явлений, составивших портрет истории России периода роковых канунов. В этом сцеплении роковых обстоятельств русский монарх оказался обреченным. И в конечном итоге поражение Николая II, за которое он принес немыслимую искупительную жертву, оказалось поражением всех и вся.