- •Тема 1. Теоретические основы дисциплины.
- •1. Понятие социальных технологий.
- •3. Понятие социального управления.
- •Тема 2. Системный подход в социальной работе.
- •Тема 3-4. Социальное прогнозирование.
- •3. Предметная область социального прогнозирования.
- •4. Характеристики объектов социального прогнозирования
- •5. Понятие и виды прогнозов
- •Требования к результатам прогноза:
- •6. Прогнозный фон.
- •Стандартные аспекты прогнозного фона:
- •8. Демографическая ситуация как основа прогнозирования.
- •Тема 5. Методы социального прогнозирования.
- •Тема 6. Моделирование в социальной деятельности.
Тема 3-4. Социальное прогнозирование.
1. ИСТОРИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ.
2. "СОЦИАЛЬНОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ": ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ.
3. ПРЕДМЕТНАЯ ОБЛАСТЬ СОЦИАЛЬНОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ.
4. ХАРАКТЕРИСТИКИ ОБЪЕКТОВ СОЦИАЛЬНОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ
5. ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ПРОГНОЗОВ.
6. ПРОГНОЗНЫЙ ФОН.
7. «ОПТИМИСТИЧЕСКИЙ» И «ПЕССИМИСТИЧЕСКИЕ» ПОДХОДЫ В СОЦИАЛЬНОМ ПРОГНОЗИРОВАНИИ.
8. ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ КАК ОСНОВ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ.
1. ИСТОРИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ.
Прогнозист по инертности мышления «пугается» чересчур радикальных, с его точки зрения, выводов и стремится представить будущее в виде чуть-чуть приухудшенного или приулучшенного настоящего без каких-либо существенных качественных перемен.
Эффект так называемой футурофобии, заключающейся в том, что человеческая психика крайне раздражительно реагирует на любую «картину будущего», существенно отличную от настоящего. Такая картина вызывает, как правило, инстинктивно негативное отношение, и в результате будущее обычно предстает как несколько идеализированное настоящее.
Исследовательская группа, в которую входил Бестужев-Лада И. В., 40 лет назад проводила опрос населения и экспертов в рамках проекта «Прогнозирование социальных потребностей молодежи». Социальные потребности были выбраны предметом исследования потому, что позволяли вести одновременно и поисковые, и нормативные прогнозные разработки. Молодежь как объект исследования представлялась наиболее динамичной (в мировоззренческом отношении) социальной группой. Это были учащаяся рабочая молодежь и молодая интеллигенция.
Интересно, ответы молодых респондентов на вопросы (типа «как бы вы отнеслись к такому-то изменению привычного положения вещей») почти всегда свидетельствовали о том, что опрашиваемые автоматически переносили даже в отдаленное будущее современное положение вещей, лишь с некоторыми желательными количественными изменениями (побольше привычная жилплощадь, разнообразнее и дешевле продовольственные продукты и промышленные товары, доступность путевки в дом отдыха, одна, а еще лучше две автомашины каждому желающему и т.п.). ЧЕМ ВЫ БУДЕТЕ ЗАНИМАТЬСЯ ЧЕРЕЗ 10 ЛЕТ?
Любые возможные радикальные изменения в образе жизни почти всеми опрашиваемыми встречались с недоумением и категорически отвергались с порога.
Такой результат предусмотрен теорией прогнозирования и носит название «рецидивы презентизма первобытного мышления». Дело в том, что установлено: первоначально человек долгое время полностью отождествлял настоящее и будущее, т.е. рассматривал любое будущее как бесконечно продолжающееся без каких-либо существенных изменений настоящее (а раньше для него вообще не существовало прошлого, настоящего и будущего, все было, как и у животных, так сказать, «сиюминутно»).
Поговорите о будущем, скажем, о мире XXI века со старшеклассником, студентом, даже с научным работником (не специалистом по прогностике) — скорее всего, вы получите зеркальное отображение нынешнего дня, возможно, чуть идеализированного или, напротив, несколько драматизированного, только и всего. Словом, получите «презентизм».
Удивительно, но респонденты (и эксперты) проявляли категорическое неприятие любого будущего, качественно отличного от настоящего.
В результате родилась концепция «футурофобии» – органического неприятия человеком без специальной прогностической подготовки любого представления о качественно ином будущем, расходящемся с привычным ему настоящим.
Два вывода проистекают из только что описанного нами феномена «футурофобии» в обыденном сознании:
Религиозные, утопические, философско-исторические корни теории прогнозирования.
Формирование представлений о будущем находилось в тесной связи с эволюцией первобытной мифологии от примитивных мифов-сказок, фантастически истолковывавших наиболее простые явления природы, к мифам, объясняющим установление родовых нравов и обычаев, затем происхождение людей и мира в целом, а также судьбу умерших. На этой основе сформировались самые древние из существующих – религиозные концепции будущего:
а) сложившаяся в I тысячелетии до н.э. и более развитая индуистско-буддистско-джайнистская концепция, согласно которой история представляется в виде постоянной смены циклов регресса (охватывающих миллионы лет) – от «золотого века» к «концу света», затем «сотворения нового мира», вновь регресса и т.д. без конца. Счастливое будущее с таких позиций видится в том, чтобы «добродетельным поведением» избавиться от бесконечных «перевоплощений» души после смерти, от этого вечного «коловращения» мироздания и попасть в «нирвану» – качественно иное состояние, при котором отсутствуют и желания, и страдания. Такие взгляды характерны для современной религиозной идеологии в обширном регионе Юго-Восточной Азии, и с ними приходится сталкиваться на международных конференциях или в «литературе о будущем» стран указанного региона;
б) сложившаяся в I тысячелетии до н.э. – I тысячелетии н.э. и менее развитая иудаистско-христианско-исламская концепция, согласно которой «история будущего» представляется в виде прихода «спасителя-мессии», установления «царства божия», наступления «конца света», «Страшного суда», наконец, опять-таки перехода в качественно новое состояние, «вечного блаженства» для праведников и «вечных мук» для грешников. С такими взглядами также приходится сталкиваться на конференциях и в литературе, причем, если это касается христианства, их пропаганда становится все активнее, поскольку частью верующих в очередной раз ожидается «конец света».
Со времен завершения своего формирования тысячу и более лет назад религиозная эсхатология (учение о «конце света») не дала ничего существенно нового. Религиозно-философская мысль древних выработала целый комплекс идей, доживших до наших дней:
- идеи «воздаяния» в загробном мире сообразно поведению человека при жизни,
- провиденциализма (божественного провидения, целенаправленно определяющего ход событий независимо от воли человека),
- мессианизма (упования на приход «спасителя-мессии», который радикально изменит к лучшему существующие порядки) и т.д.
В I тысячелетии до н.э. следом за религиозными концепциями будущего и в тесной связи с ними стали развиваться утопические концепции. Они отличались от религиозных тем, что «иное будущее» человечества определялось не сверхъестественными силами, а самими людьми, их разумом и действиями. Утопические концепции еще не были основанными на научном понимании закономерностей развития природы и общества. Объективно утопические концепции являются чисто умозрительными благими пожеланиями, надуманными искусственными конструкциями, оказывающимися в непримиримом противоречии с действительностью (что обычно и вызывает неминуемый крах утопий при попытках их реализации).
В основу классификации социальных утопий целесообразно положить основной принцип: какой именно социальный строй фактически изображается в данной утопии? С этой точки зрения социальные утопии разделяются на общинные, рабовладельческие, феодальные, буржуазные и социалистические, идеализирующие соответствующий строй. Каждый тип подразделяется на подтипы: второго, третьего и так далее порядка. Например, социалистические утопии распадаются на собственно социалистические (провозглашающие принцип «каждому по труду») и коммунистические («каждому по потребностям»). При этом, естественно, перечисленные типы утопий носят конкретно-исторический характер, т.е., рассматриваться лишь в рамках определенной исторической эпохи.
Первые представления о лучшем будущем не в «ином мире», а на Земле, первые утопии возникли во второй половине I тысячелетия до н.э. в Древней Греции и в Китае. Утопии носили характер либо идеализации родового строя (Лао-цзы, Мо-цзы, Эвгемер, Ямбул), либо «рационализации» рабовладения (Конфуций, Платон), а позднее – феодализма (Шан Ян и др.).
Утопизм является социальным процессом, эволюционирует.
Таким образом, черты утопизма можно найти в политике любого правительства любой страны мира и во взглядах любого политика, философа, ученого, писателя, вообще любого человека.
Заметим, что для утопизма характерно стремление создать детальную картину будущего, втиснуть ее в рамки априорно заданной и «идеальной схемы», продиктовать своего рода «правила поведения» будущим поколениям.
Развитие религиозных и утопических представлений о будущем в древнем мире сопровождалось зарождением представления об истории как процессе, обладающем определенными закономерностями. К середине 1-го тысячелетия до н.э. эти представления приобрели характер философско-исторических концепций будущего. Постепенно сформировались три основных концепции, существующие до сих пор:
1) регресс от «золотого века» в древности к гибели культуры,
2) бесконечные циклы подъемов и падения культуры в круговороте одних и тех же стадий развития,
3) прогресс от низшего к высшему.
Философы пытались вскрыть закономерности исторических циклов, найти факторы, которые обусловливают их смену.
История идет по спирали.
Карл Маркс выделял 5 общественно-политических формаций: первобытнообщинный строй, рабовладельчество, феодализм, капитализм, коммунизм.
Социальное прогнозирование на рубеже XIX-XX столетий, научно-публицистический жанр «размышления о будущем».
«Научная фантастика». Во второй половине XIX в. произошел взлет: стали появляться не просто романы-фантазии о будущем, полусказки-полуутопии, а научно-фантастические произведения (Ж. Верна, Фламмариона, Уэллса и др.). Их авторы выступали во всеоружии средств современной им науки, экстраполируя тенденции развития науки, техники, культуры (с помощью чисто художественных приемов) на сравнительно отдаленное будущее.
«Размышления о будущем» как новый жанра научной публицистики ученых или писателей, хорошо знакомых с проблемами современной им науки, попыток заглянуть в будущее средствами уже не только искусства, но и науки.
Авторов «размышлений о будущем» интересовало большей частью не социальное будущее человечества вообще, а конкретные частные перспективы отдельных сторон научно-технического и лишь отчасти (в связи с ним) социального прогресса. Конкретное будущее энергетики и материально-сырьевой базы производства, промышленности и градостроительства, сельского хозяйства, транспорта и связи, здравоохранения и народного образования, учреждений культуры и норм права, освоения Земли и космоса — вот что оказывалось в центре внимания.
Наиболее значительной явилась книга Г. Уэллса «Предвидения о воздействии прогресса механики и науки на человеческую жизнь и мысль» (1901). Уэллс, как известно, находился в те годы и позднее под сильным влиянием идей марксизма. Поэтому его выводы социального характера следует отнести к Уэллсу – утопическому социалисту. Более конкретные выводы научно-технического характера, принадлежащие Уэллсу-футурологу, если рассматривать их с высоты наших дней, также обнаруживают свою несостоятельность в некоторых отношениях. Для своего времени она, конечно же, была выдающимся событием в развитии представлений о будущем.
В начале 30-х годов экономический кризис и надвигавшаяся мировая война отодвинули на задний план проблемы отдаленного будущего и буквально за несколько лет.
Заторможенное Второй мировой войной развитие концепций будущего постепенно вновь набрало силу и развернулось с конца 40-х и на протяжении 50-х годов.
Три фактора (в отношении стран Запада) способствовали этому:
- появление концепции научно-технической революции (НТР) и ее далеко идущих социально-экономических последствий, сформулированной в трудах Дж. Бернала, Н. Винера, а затем популяризированной в массе книг, статей и брошюр, в частности в книге австрийского публициста Р. Юнгка «Будущее уже началось» (1952), выдержавшей до 1970 г. десятки изданий.
- разработка техники поискового и нормативного прогнозирования, которое поставило прогностику на службу управлению.
- становление соответствующей философской базы как основы новых концепций будущего (индустриализм, экзистенциализм, структурализм, неопозитивизм, социал-реформизм, тейярдизм, теория конвергенции и т.д.).
Интересные взгляды Дэ́ниела Белла американского социолога и публициста, основателя теории постиндустриального (информационного) общества, который родился 10 мая 1919 года, Нью-Йорк, США умер 25 января 2011 года Кембридж, Массачусетс, США.
Широкое признание концепция постиндустриального общества получила в результате работ профессора Гарвардского университета Дэниела Белла, в частности, после выхода в 1973 году его книги «Грядущее постиндустриальное общество»[4].
В книге Грядущее постиндустриальное общество (The Coming of Post-Industrial Society, 1973), которую сам Белл назвал «попыткой социального предсказания», он проводил мысль, что в послевоенном американском обществе происходит переход от «долевой цивилизации» (индустриальной экономики, основанной на корпоративном капитализме), к постиндустриальному обществу, основанному на знании (knowledge society), которое характеризуется быстрым развитием компьютерных технологий, растущим авторитетом научных сообществ, а также централизацией принятия решений. Машины как наиболее важная форма капитала вытесняются теоретическим знанием, а корпорации как центры социального авторитета – университетами и исследовательскими институтами; основным условием социального продвижения становится не обладание собственностью, а владение знаниями и технологией.
Постиндустриа́льное о́бщество — это общество, в экономике которого, в результате научно-технической революции и существенного роста доходов населения, приоритет перешёл от преимущественного производства товаров к производству услуг. Производственным ресурсом становятся информация и знания. Научные разработки становятся главной движущей силой экономики. Наиболее ценными качествами являются уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работника.
Постиндустриальными странами называют, как правило, те, в которых на сферу услуг приходится значительно более половины ВВП[1].
США (на сферу услуг приходится 80 % ВВП США, 2002 год),
страны Евросоюза (сфера услуг — 69,4 % ВВП, 2004 год),
Австралия (69 % ВВП, 2003 год),
Япония (67,7 % ВВП, 2001 год), Канада (70 % ВВП, 2004 год), Россия (58 % ВВП 2007 год). Однако некоторые экономисты указывают, что доля услуг в России завышена[2]. То, что США и другие развитые страны достигли относительно высокого уровня ВНП в расчете на «среднюю» душу населения, никак не заслоняет того факта, что миллионы людей в этих странах обездолены, живут в бедности или на грани бедности.
Под услугами следует понимать не только торговлю, коммунальное хозяйство и бытовое обслуживание: любая инфраструктура создаётся и содержится обществом для оказания услуг: государство, армия, право, финансы, транспорт, связь, здравоохранение, образование, наука, культура, интернет — это всё услуги. К сфере услуг относится производство и продажа программного обеспечения. Покупатель не обладает всеми правами на программу. Он пользуется её копией на определённых условиях, то есть получает услугу.
В основе концепции постиндустриального общества лежит разделение всего общественного развития на три этапа:
Аграрное (доиндустриальное) — определяющей являлась сельскохозяйственная сфера, главные структуры — церковь, армия
Индустриальное — определяющей являлась промышленность, главные структуры — корпорация, фирма
Постиндустриальное — определяющим являются теоретические знания, главная структура — университет, как место их производства и накопления
При таком подходе абстрактные десятки тысяч долларов ВНП на душу населения расшифровывались в конкретных чертах будущего «постиндустриального общества»,
- где в сельскохозяйственном и промышленном производстве трудится не более одной десятой населения, а остальные девять десятых заняты в сферах обслуживания и духовного производства («общество изобилия»),
- где подавляющее большинство взрослого населения имеют специальное высшее образование и являются дипломированными специалистами,
- где преодолена сложность современной демографической ситуации с ее шатанием от «демографического взрыва» (лавинообразного роста населения) в развивающихся странах до депопуляции (сокращение рождаемости до уровня, не способного компенсировать смертность) в странах развитых,
- где установилось простое воспроизводство населения (рождается столько же, сколько умирает), где подавляющая расходная часть денежного бюджета людей идет не на питание и одежду, а на благоустройство жилища, транспорт, культуру («общество массового потребления»),
- где люди трудятся не более тысячи часов в год по сравнению с двумя тысячами теперь и четырьмя тысячами столетием раньше, где их свободное время в несколько раз больше современного («общество досуга»).
2. "СОЦИАЛЬНОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ": ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ.
Прогноз (от греч. pro – наперед, gnosis – познание) – на-учно обоснованное суждение о возможных состояниях объ- екта в будущем и (или) об альтернативных путях и сроках их достижения.
Предвидение – определение явлений природы или обще-ства, относящихся к будущему или неизвестных на настоя- щий момент времени, но поддающихся выявлению.
Предсказание – суждение о том, что произойдет в бу-дущем.
Прогнозирование – 1) разработка прогнозов, 2) научное исследование перспектив развития какого-либо явления или процесса, преимущественно с количественными оценками и указаниями определенных сроков их изменения, 3) определение тенденций и перспектив развития тех или иных процессов на основе анализа данных об их прошлом и нынешнем состоянии.
Как и всякая наука, изучающая сложные проблемы, прогнозирование в зависимости от объекта исследования имеет разную специфику. Термин «прогнозирование» применительно к социальным процессам (как объекту) понимается так: Социальное прогнозирование – формулирование на основе информации о современном состоянии (уровне) социальных процессов и истории их развития обоснованных предположений об их дальнейшем развитии. При этом в зависимости от конкретных целей исследования, наличной информации и степени ее формализуемости могут осуществляться как качественные, так и количественные прогнозы.
План (от лат. planus – плоский, ровный) – заранее на- меченная система деятельности с характеристикой ее целей, содержания и объемов, предусматривающая порядок, после-довательность и сроки выполнения определенных работ.
Программа (от греч. programma – объявление, предпи- сание) – изложение основных задач и целей деятельности каких-либо объектов.
Проект (от лат. projectus – брошенный вперед) – за-мысел, прообраз предполагаемого объекта, отвечающий желаемым свойствам.
Предположение – догадка, предварительное соображение.
Гипотеза – научное предположение, выдвигаемое для объяснения и требующее подтверждения.
