О макарове

Таков апокриф. На самом деле, вероятнее всего, речь идёт о тоже знаменитом архитекторе — Штакеншнейдере, ибо Макаров был его любимым учеником, участвовал в возведении по его проекту дворца Белосельских-Белозерских в Петербурге. Может быть, граф и поморщился от такой переадресовки. Но потом в ней не разочаровался. За этот проект Макаров, совсем ещё молодой человек, получил звание академика, стал профессором Академии художеств и сразу же оказался в ряду архитектурных знаменитостей России XIX века. А сделать это было ох как непросто, если вспомнить имена Росси, Захарова, Воронихина (последний, кстати, был крепостным графа Строганова).

К сожалению, умер Макаров довольно рано, в 46 лет. И сколько несвершённых замыслов ушло с ним в небытие. Но Волышёво-то свершилось! Его дворец, окружающие постройки, коневодческий комплекс, парк, ирригационные системы были признаны одним из лучших архитектурных ансамблей.

Почему же так поразило современников это, может быть, вершинное творение молодого архитектора? Ведь им было чем поражаться, ибо уже существовали на российской земле ансамбли Царского Села и Гатчины, Архангельского и Кускова. Дело в том, что заказчик задал зодчему почти неразрешимую задачу: построить удобный для жизни, по последнему научно-техническому слову второй половины XIX века и по его архитектурным модозаконодательствам, загородный дом. Но при этом и не нарушить «дух» века XVIII, в котором были выдержаны уже существовавшие здесь постройки. Семейство, приверженное к старине «времён Очакова и покоренья Крыма», резких стилистических новаций не приняло бы. Словом, требовалось повенчать XVIII век с XIX, но так, чтобы не получилось эклектической окрошки. Макаров решил эту задачу.

И в то же время в строительстве усадебного дворца были применены самые последние по тем временам новинки: центральное отопление по системе Амосова, терракота в декоре зданий и т. д. При этом здесь собиралось всё самое лучшее из тех географических точек планеты, которые в каждом конкретном случае считались фирменными: мраморная лестница из Италии, дренаж из Прибалтики. Фирменными считались и многочисленные строгановские художественные училища. Дворец наряду с творениями известных европейских и отечественных мастеров украшался и работами воспитанников этих училищ.

Вспоминаю один из прежних моих приездов в Волышёво. Мы тогда сидели за партами в классе местной школы, и учительница математики Антонина Ивановна Антонова проводила для нас урок истории. Перелистывала страницы огромного альбома с фотографиями ещё начала прошлого века фельдшера имения Строгановых Василия Григорьевича Проскурякова. Его дочь и внучка, Галина Васильевна Проскурякова и Наталья Николаевна Масленникова, многое сделали для сохранения «Волышёвской старины». Так, кстати, называются воспоминания Проскуряковой, изданные Псковским педагогическим университетом и предварённые такими словами: «История без её помощи останется ненаписанной и загадочной».