3. Перевоплощения в гипнозе

Кора мозга является распорядителем и распреде­лителем всей деятельности организма и в силу это­го держит все явления, происходящие в теле Мы можем через бодрствующую во внушенном сне ее зону раппорта воздействовать на все функции организма. В условиях естественного сна мы этой возможности, конечно, не имеем.

И. П. Павлов.

Студенту Вадиму К., увлекающемуся живописью, в гипнотичес­ком состоянии В. Л. Райковым внушается: «Ты Илья Репин! Ты не Вадим, а художник Илья Репин! Откройте глаза!.. Как тебя зовут?

• Илья Репин.

• Илья, ты знаешь Вадима К.? (его друг - В. Л.)

• Нет, а кто это?

• Да так, один студент.

• Какой сейчас год?

• Тысяча девятьсот пятый...

• Илья, хочешь нарисовать картину «Утро на космодроме»?

• Н-нет.

• Почему?

• Я не знаю, что такое космодром?

• А «Иван Грозный убивает своего сына»?

• Это хочу.

• Что за журнал у тебя в руках? Почитай-ка.

• «Спутник»...Люди к звездам летают. Сказки, наверно...» Вадима в «репинском» состоянии попросили нарисовать цветок.

Цветок получился странный, невиданный, но, бесспорно, красивый и объемный. После сеанса Вадим опять рисовал цветок. Выходило плохо, но лучше чем в первый раз. Это заметил и он сам. Зато убе­дить его в том, что «репинский» цветок, тоже рисовал он, удалось с большим трудом.

Такие эксперименты были известны еще в прошлом веке. Но толь­ко в последние годы систематическими исследователями этой про­блемы занялась группа психологов (О. К. Тихомиров, В. Л Райков,

237

Н. А. Березанская), что позволило более глубоко вскрыть психофи­зиологические механизмы этого феномена.

В одной серии экспериментов испытуемыми были высоко вну­шаемые студенты различных вузов, никогда профессионально не занимавшиеся рисованием. Для контроля рисовали такие же студен­ты, но с низкой внушаемостью. Проводилось 10-20 сеансов рисо­вания портрета с натуры.

Испытуемым внушалось, что каждый из них принадлежит к ко­горте талантливых художников (Суриков, Левитан, Репин, Рафаэль и др.). Поведение испытуемых в состоянии сомнамбулизма в образе «великого художника» резко изменялось. Оки чувствовали себя уве­ренно, смотрели на экспериментатора «свысока», говорили степен­но, с чувством собственного достоинства. В разговоре они часто «философствовали» и совершенно были безразличными к вмеша­тельству экспериментатора, который пытался спорить, критиковать «метра». Любопытно, что ни один из загипнотизированных, кото­ром были сделаны внушения с перевоплощением, не узнавали себя в зеркале.

В отличие от контрольной группы, у испытуемых отмечалась бо­лее тонкая способность воспринимать объект, уверенность и изоб­ретательность в воспроизведении его. Одним словом, пробуждались подспудно дремлющие художественные способности. Способнос­ти к рисованию у всех испытуемых в гипнозе были различны, одна­ко изменением качества рисунков даже у самых неодаренных было ярко индивидуализировано и не оставляло сомнений в улучшении.

Специалисты-художники и педагоги художественных учебных заведений довольно высоко оценили достижения испытуемых. Про­фессор института им. Сурикова М. В. Моторин, например, сказал, что «столь быстро научиться рисованию в обычном состоянии со­знания они бы не смогли».

Успехи были столь разительны, что экспериментаторы в 1972 году даже смогли организовать выставку рисунков в Центральном выста­вочном зале в Москве. Представим некоторые отзывы, которые в книге оставили посетители выставки.

К. А. Иваненков, художник: «Отдельные работы вызывают вос­хищение. Это - женский портрет Н. Л. Райковой, автопортрет Г. Си­доровой... Чувствуется, что художник В. Л. Райков творчески под­ходит к своим ученикам, дает им возможность раскрыть себя...».

Невропатолог, профессор А. М. Вейн: «Выставка интересна. В ней чувствуется живая и ищущая душа. Нет сомнения, что между воз-

238

можностями таланта и их реализацией имеются серьезные прегра­ды. Уменьшить эти преграды, дать человеку возможность в боль­шей мере раскрыть себя - задача очевидно благородная».

Главный психиатр Минздрава А. А. Чуркин: «Энтузиазму, боль­шой любви к своему делу и высокому профессионализму В. Л. Рай­кова обязаны мы, получившие возможность видеть эту выставку. Явление совершенно необычное и лишний раз подтверждающее наличие колоссальных возможностей человеческого мозга. Мы на­деемся, что метод Райкова получит широкое распространение».

Авторы подчеркивают, что испытуемый, в их опытах не станови­лись мгновенно талантливым человеком, а действует лишь в меру своих собственных способностей, однако их уровень в гипнозе все­гда является для него в данный момент пределом его творческих и эстетических возможностей. Кроме того, эти возможности совер­шенствуются от сеанса к сеансу Испытуемые после нескольких се­ансов (8 - 10) начинают чувствовать сильное желание рисовать дома. И их рисунки в домашних условиях были приблизительно на уровне последних достижений в гипнозе. Они начинали так же более тонко воспринимать объем, форму, красоту предмета, а также стали более подробно изучат живопись, часто бывать в музеях и видеть искусст­во, по словам их, «глазами художника».

Говоря о творчестве в состоянии гипноза, психолог Аш высказал мысль, что именно «погружение» испытуемого в среду, внушенную гипнотизером, помогает вниманию не отвлекаться на побочные раз­личные стимулы и концентрировать его только на решаемой задаче. Это состояние он сравнивает с чувством «слияния» субъекта с объек­том, о которое нередко упоминают люди творческого труда. «Ис­чезновение грани» между личностью и средой как бы сближает гип­нотический и творческий процессы.

«В связи с тем, - пишут О. К. Тихомиров с соавт., - что достигну­тые успехи «гипнотического» рисования закреплялись и испытуе­мые моги рисовать без гипноза, можно сказать, что они фактически обучались рисованию в гипнозе. Таким образом, результаты успеш­ных опытов динамического исследования развития изобразитель­ной деятельности в гипнозе неожиданно указали на принципиаль­ную возможность обучения людей в состоянии гипноза. Отсюда важ­ный практический и теоретический вывод о том, что постгипноти­ческая инерция творческих усилий в гипнозе может количественно накапливаться и давать качественное изменение улучшения спо­собностей человека в процессе полностью «бессознательного» твор-

239

ческого опыта, который в дальнейшем становится сознательным до­стоянием испытуемого» (166).

Аналогичные исследования были проведены также со студента­ми Московской консерватории. И если молодому человеку внуша­лось в гипнозе, что он обладает талантом выдающегося музыканта, например, С. Рахманинова или Ф. Крейслера, то он на несколько по­рядков выше проявлял свои исполнительские способности. Эта се­рия экспериментов оказалась такой же успешной, как и с группой изобразительного искусства.

В серии экспериментов «игра в шахматы» в лабораторию на зак­лючительном этапе был приглашен экс-чемпион мира гроссмейстер Михаил Таль, который сыграл с одним из испытуемых шесть партий. Три партии испытуемый играл в обычном состоянии, а еще три - в состоянии гипноза, когда ему внушили, что его манера игры облада­ет всеми достоинствами игры выдающегося шахматиста прошлого Поля Морфи. После сеанса Михаил Таль сказал: «До гипноза я играл с человеком, едва передвигающим фигуры. В состоянии гипноза передо мной сидел совсем другой человек - экспансивный, энер­гичный, смелый, который играл на два разряда лучше».

При всей яркости и даже известной практической значимости факт быстрого совершенствования деятельности в гипнотическом состоянии выступает, - как справедливо считают участники этого эксперимента, - не только как результат исследований, но и как объект исследований, он должен быть психологически проанализирован. С этой целью были проведены эксперименты по выявлению резерв­ных возможностей человека в состоянии гипноза таких функций и процессов как внимание, память, творческое мышление, физичес­кая работоспособность и другие. По всем функциям коэффициент производительности был значительно выше в гипнотическом, чем в обычном состоянии. Кстати, это отмечают и другие исследовате­ли.

Мы видим, что при перевоплощении одной личности в другую не только внешне изменяется поведение человека соответственно представлению о той или иной исторической или знаменитой лич­ности, но и с новой ролью коренным образом изменяется и само мировосприятие. Появляется наблюдательность художника, слух музыканта и т. д. В соответствии с внушенной ролью изменяется в какой-то степени и мышление. Все когда-то просмотренные партии шахматистов, их тактика игры актуализируются памятью, и испытуе­мый реализует их в конкретной ситуации.

240

В другом случае он как-то воспроизводит своеобразие стиля того или иного художника, утвержденного им живописного языка, на­сколько это позволяет его представление о том, как работает худож­ник. В какой-то степени репродуцируются двигательные навыки вир­туозов-музыкантов, за игрой которых испытуемому пришлось наблю­дать. Внушенное представление о гениальности как бы придает ре­шительность и уверенность в действиях. Происходит раскованность и высвобождение потенциальных, резервных возможностей чело­века.

Следует сказать, что подопытные не помнят о своей деятельнос­ти в состоянии гипноза. Видимо, все дело в том, что возникшая до­минанта «великой личности» в силу закона индукции затормаживает многое из «багажа» первичной личности. Так же при возвращении в обычное состояние, многие не помнят, что было с ними в состоя­нии «великих». У этих людей как бы работает «две» памяти, о чем мы уже говорили. При обучении рисованию, игре на музыкальных инструментах, в шахматы и т. д. преподавателю-гипнологу необхо­димо приобретенные навыки в состоянии измененного сознания ввести память первичной личности.

В заключение раздела можно сказать, что в настоящее время гип­ноз является наиболее эффективным методом не только для изуче­ния психической деятельности, но также эффективным средством в психотерапии и педагогике.

9 Зак. 837

241