4. «Живые трупы»

Болезнь может дать ключ к пониманию многих явлений из области морально-аффективной и ин­теллектуальной; она раскрывает их истинную природу.

Ж. Моро (де Тур)

Очень часто у больных, страдающих телесными заболеваниями появляется меланхолия и даже депрессия. В психиатрии выделяется в отдельное заболевание маниакально-депрессивный психоз. В ряде случаев в меланхолическом, депрессивном состоянии доминирует синдром, который характеризуется жалобами на полную «атрофию чувств» («все чувства притупились даже тоска и боль»). Этот синд­ром Ю. В. Нуллер относит к деперсонализации только в тех случаях, когда он занимает ведущее место в психопатологической структуре депрессии, вытесняя или, блокируя аффекты витальной тоски и тре­воги, проявляясь в виде аутопсихических и соматопсихических пе­реживаний, а также в нарушении чувства времени.

Больной Л. (маниакально-депрессивный психоз),45 лет. Настро­ение отчетливо снижено, однако тоски не ощущает, так как «все чув­ства притупились, даже тоска и боль». Жалуется на полную атрофию чувств, даже госпитализация жены в онкологический институт не вызвала волнения, «утратились все человеческие привязанности». Полностью утратились чувства сна, голода, насыщения. Не ощуща­ет вкуса пищи и запахов. Нарушилось осязание: «Между рукой и предметом появился изоляционный слой, предметы не осязаются, такая же прослойка существует и между ногой и полом» .Боль ощу­щает притуплено.

В приведенном наблюдении постоянное переживание душевной боли с утратой эмоций указывают, что в данном случает имеется не эмоциональный дефект, а деперсонализация.

Оценку состояния таких больных существенно затрудняет отсут­ствие у них типичных депрессивной симптоматики: они не испыты­вают острой тоски не склонны придавать значение сниженному на­строению, так как считают его логическим следствием основного,

162

с их точки зрения, проявления заболевания («омертвления», «поте­ри себя» и т. д.). Такие больные, как правило, не бывают двигательно заторможены. Они могут быть даже многоречивыми. Хотя мимика у них застывшая, но на лице нет выражения страдания. Очень харак­терно выражение их глаз: пристальный, часто не мигающий взгляд с широко открытыми блестящими глазами, напоминающий взгляд больных с сильной напряженной тревогой.

Больная Д. (длительная психотравма), 38 лет. Однажды утром встретив сына, была поражена его внешностью: ей показалось, что он изменился (лицо, рост), стал каким-то чужим и далеким. С ужа­сом подумала, что у нее нет чувства любви к нему. Это болезненное состояние в последующем закрепилось.

Целый ряд больных психологические корни непонятного им из­менения своего психического состояния (утраты эмоций) подсоз­нательно стремятся объяснить каким-то нераспознанным соматичес­ким заболеванием.

«Я знаю только три вещи: вижу, слышу, разговариваю, но я не знаю, что такое жалось, что такое любить, что такое сердится, для меня все равно - рассказывает Больной К., 32 лет (циклофрения). Два месяца тому назад у меня пропал мальчик, жена плачет, убивает­ся, а я сижу и никакой жалости и тревоги во мне нет; ну что ж, что пропал, пропал, так пропал. Умом я сознаю, но не чувствую, что про­исходит вокруг меня». «Я чувствую себя опустошенным, мертвым. Во мне ничего не осталось. Я холоден и безмолвен, как глыба льда, я окоченел (наблюдение Ф. Фишера).

До настоящего времени в литературе идут ожесточенные споры вокруг этого вида отчуждения. Так например Леви в переживаниях отчуждения, актах представлений, воспоминаний и мышления ви­дит нарушение особых «чувств воспроизведения» и «чувства мыш­ления», которые являются компонентами общего «чувства действия». Шильдер относится к этой теории более благосклонно. Дело в том, что «чувство действия», по Леви, есть проявление «чувства актив­ности, исходящие от сознания «Я» личности». И все же основной формой проявления этих нарушений является чувство потери своих чувств. В подтверждение приведем ряд наблюдений.

Больная Ш. во время свидания с родственниками брала на руки своих детей и в отчаянии восклицала: «Я ведь знаю, что это мои дети, но почему, почему же я их не чувствую».

Больная В. Жалуется на невозможность представить образ своей дочери в отсутствии чувств к ней: «Я не скучаю о девочке, не испы-

6*

163

тывают никакого чувства любви к ней», - говорит больная со слеза­ми на глазах. Она сильно страдает от отсутствия чувств к ребенку.

Больная С. часто жалуется, что не понимает, чем занята ее голо­ва, она совсем пустая и какая-то чужая. Мир перестал интересовать ее, она потеряла всякое чувство к близким и родным; от этого тяже­ло страдает и часто плачет. Таких больных с полным равнодушием, безучастностью ко всему окружающему и своему положению, без­думностью, без эмоционального отклика называют «смертью с от­крытыми глазами» или «живыми трупами»

В эмоциональных переживаниях проиллюстрированных больных явно просматривается диалектическая двойственность. С одной сто­роны, ими высказываются мысли о потере эмоциональных пережи­ваний, с другой - они чрезвычайно страдают от отсутствия чувств.

Нуллер на основании проанализированных ею случаев приходит к выводу, что эта форма деперсонализации, как правило, возникает после интенсивного стресса, психопатологически проявляющегося аффектами тревоги и страха. Чаще реакция стресса вызвана тяжелой психотравмирующей ситуацией, реже - обусловлена соматогеннно.

Аффективная сфера личности чрезвычайно сложна и до после­днего времени недостаточно изучена. Только за последние годы с введением методики вживленных электродов удалось приоткрыть завесу в функционирование эмоциональной сферы и чувств.