3. К кому приходит вдохновение?

Вдохновение это такая гостья, которая не любит посещать ленивых Она является к тем, которые призывают ее.

И. Чайковский.

В связи с тем что вдохновение - неотделимая часть творческого процесса, многие люди ученые и художники, как мы уже говорили, убеждены, что подсознательная деятельность вообще главное в твор­честве.

Эта точка зрения в корне не верна. Рассудочное мышление и нео­сознанная деятельность мозга неотделимы друг от друга. Много­численные исследования выявили, что озарению всегда предшеству­ет период напряженной сознательной работы, которая запускает в ход «машину» подсознательного процесса. Заслуживает внимание мысль по поводу «озарения» высказанная М. Горьким: «Талант раз­вивается из чувства любви, возможно даже, что талант - в сущности его - и есть только любовь к делу, процессу работы... Мне кажется, что вдохновение ошибочно считают возбудителем работы, вероят­но оно является уже в процессе успешной работы, как следствие ее...талант - это любовь к своей работе» (55).

Но далеко не все писатели и поэты, и тем более ученые, считают для себя возможным выжидать оптимальное время для работы вдох­новения, ибо ждать его иногда приходится долго. Так, Стендаль как-то признался, что «у него на ожидание вдохновения ушло десять лет жизни, которые он называет глупо потраченными»

Зато Э. Золя не ждал вдохновения. Он утверждал, что у него есть отведенные утром часы, когда он садится к столу, «точно купец к конторке», и пишет потихоньку в среднем по три страницы в день. В письме к Н. Ф. фон- Мекка П. И. Чайковский вот что рассказал о своей работе: «Вдохновение такая гостя, которая не любит посещать ленивых... Работать нужно всегда и настоящий честный артист не может сидеть сложа руки, под предлогом, что он не расположен... Весь секрет в том, что я работал ежедневно и аккуратно. В этом от­ношении я обладаю железной волей, и когда нет особенной охоты к занятиям, то всегда умею заставить себя превозмочь нерасположе­ние и увлечься» (178).

Гете в 1824 г свидетельствовал: «Меня считают баловнем судь­бы. Я не хочу жаловаться и нарекать на свой жребий. Но на самом деле в моей .жизни ничего не было кроме тяжелого труда, и я могу

105

сказать сейчас, в 75 лет, что за всю жизнь и четырех недель не про­жил себе в удовольствие, Как будто я все время тащил на гору ка­мень, который снова скатывался, и нужно было снова тащить его вверх».

Знаменитый изобретатель Т. Эдисон сказал: «Гений - это на один процент вдохновение, а на девяносто девять процентов потение». Сам Эдисон умел «потеть». Так работая над аккумулятором, он про­вел десятки тысяч опытов, иногда по несколько суток не отдыхая ни одной минуты. Первые десять тысяч опытов, проведенные в этом направлении, оказались безрезультатными, но это не остановило изобретателя. На скептические замечания своих сотрудников по поводу отсутствия хоть каких-нибудь обнадеживающих результатов, Эдисон ответил: «Результаты!.. Я их получил много Я открыл тыся­чи вещей, которые не позволили мне разрешить поставленную зада­чу (Цит. по: 3). Его настойчивость увенчалось успехом. Он изобрел щелочной аккумулятор.

И. Ньютон о своем творческом методе писал: «Я постоянно дер­жу в уме предмет своего исследования и терпеливо жду, пока пер­вый проблеск мало-помалу обратится в полный блестящий свет».

Создавая теорию относительности, А. Эйнштейн на протяжении нескольких лет целеустремленно обдумывал эту идею. Как работал Эйнштейн, можно представить себе казалось бы по маленькому эпи­зоду, относящемуся к 1905 г. После долгой разлуки он встретил сво­его товарища по политехникуму Гроссмана. После нескольких об­щих фраз Эйнштейн вдруг спросил: « -Что ты думаешь об эфире?

• К сожалению ничего.

• Составил ли ты мнение по поводу опыта Майкельсона?

• Увы, нет.

• Я думаю об этом неотступно вот уже четыре года»(Цит. по: 103). Плодом неотступного двадцатипятилетнего думания назвал И. П.

Павлов свою работу, посвященную деятельности больших полуша­рий головного мозга.

Немногие наверное знают, что чудесные полотна И. Е. Репина есть результат огромного, самоотверженного труда. Художник ра­ботал ежедневно с утра до сумерек, К Чуковский рассказывает, что Репин сразу же после завтрака спешил в свою мастерскую и бук­вально истязал себя трудом. К старости у Репина стала сохнуть пра­вая рука, и он научился работать левой. «А когда от старческой сла­бости он уже не мог держать в руках палитру, он повесил ее, как ка-

106

мень, на шею при помощи особых ремней и работал с этим камнем с утра до ночи».

Уместна здесь и мысль К. С. Станиславского: «Далеко не все име­ют волю и настойчивость, чтобы доработаться до настоящего ис­кусства. Только знать систему мало. Надо уметь мочь. Для этого не­обходима ежедневная, постоянная тренировка, муштра в течение всей артистической карьеры» (157).

Возвратимся к «озарениям» сапожника Якоба Беме. Он был, ко­нечно, удивительным человеком, обладающим незаурядными спо­собностями (Его образование ограничилось начальными классами деревенской школы - закон божий, чтение, письмо, счет, а дальше непрерывное самообразование в свободное от работы время). Его ум впитал идеи «летающие в воздухе» в тот переходный историчес­кий период и по-своему перерабатывал их. Это было время разложе­ния средневековых устоев и брожения умов. Утратив веру в ряд ос­новных, догматов христианства, Беме неистово искал разгадку ми­роздания. Это неистовство и привело его к «озарениям». И хотя он оставался истинным сыном своего времени, теологическим языком он высказал глубокую догадку о том, что закономерности природы заключены в самой природе. И это не отдельные примеры, а общая закономерность процесса творчества.