Рождение мегаобщества

Хотя в различных описаниях глобализационных процессов немало сходного, они понимаются и оцениваются по-разному. Тем не менее в многочисленных работах по этой проблематике так или иначе проглядывает важнейшая сущностная характеристика глобализации: речь идет о новом качестве всеобщности социального бытия, о том, что оно более не укладывается в привычные рамки национально-государственных образований.

В соответствии со своим видением происходящего каждый трактует этот фундаментальный сдвиг по-своему. Одни — как безграничные возможности и перспективы, открываемые ИР перед человечеством, другие — как историческую победу принципов свободного рынка, третьи — как виртуализацию реальности, четвертые — как угрозу возрождения колониальных порядков на базе новейших технологий.

Однако глобализация не сводится к сумме всего вышеперечисленного. Ключ к пониманию ее природы надо искать на социетальном уровне, в трансформации того общественного устройства, в котором мы существуем и развиваемся в течение столетий. Национально-государственные формы человеческого бытия постепенно утрачивают свою самодостаточность. Все мы стали свидетелями и участниками грандиозной эпопеи становления единого взаимосвязанного, взаимозависимого и взаимопроникающего мира, в котором глобальные системы не только скрепляют прежде разрозненные фрагменты целого, но и оказывают на них глубокое преобразующее воздействие. Фактически речь идет о создании глобального сообщества, в рамках которого существующие национально-государственные образования выступают в качестве более или менее самостоятельных структурных единиц. Мы его называем мегаобществом.

Сегодня различать контуры рождающегося мегаобщества нелегко. «Увидеть» его мешают сложившиеся, прочно укорененные представления, заданные моделью нации-государства, которая доминировала на протяжении Нового времени (эпохи Модерна). Хотя история знает немало примеров человеческих сообществ, выходящих далеко за национально-государственные рамки, — великие империи древности, мировые религии, Европа позднего средневековья. И все-таки сегодня в обыденном сознании национальные государства предстают как универсальная форма организации общества, в которой отныне навеки отлито человеческое бытие.

Идею мегаобщества трудно принять и потому, что оно не имеет аналогов в истории и соответственно опоры в наличном опыте общественного бытия. Но и современная жизнь мало напоминает былые времена. Стоит ли удивляться тому, что она не укладывается в привычные рамки, создает новые формы организации.

Исследование мегаобщества требует соответствующих аналитических инструментов: понятий, категорий, языка. Возможно, обществознанию предстоит пережить такую же революцию, как в свое время точным и естественным наукам в связи с созданием неэвклидовой геометрии или теории относительности. Не ставя под сомнение традиционные области знания, наука о мегаобществе будет вынуждена разрабатывать свои подходы.

Новизна феномена создает дополнительные трудности в понимании мегаобщества. Как правило, явления такого масштаба становятся видны на расстоянии. Но ведь и предыстория глобализации началась не вчера. Рождение мегаобщества подготовлено длительным процессом модернизации, ставшим отличительной чертой Нового времени. В свою очередь, глобализация стимулирует и сталкивает различные модернизационные тенденции, отбирая наиболее перспективные.

Некоторые исследователи выделяют протоглобализацию, или глобализацию — 1. Ее временные рамки очерчивают следующим образом: середина XIX — начало XX века (до Первой мировой войны). На основании некоторых экономических показателей (мировая торговля, вывоз капитала, золотой стандарт и т.д.) они утверждают, что в начале XX века мир был более глобализирован, чем в его середине. Если вспомнить о великих колониальных империях — английской, французской и других, — развалившихся в середине века, то напрашивается предположение, что и политическая глобализация движется по синусоиде. Можно сколько угодно твердить, что глобализация необратима, что ей нет альтернативы. Исторический опыт свидетельствует, что при желании альтернатива всегда появится. В том числе и альтернатива глобализации.

Модность глобализационной проблематики создает сильный фон помех, мешающий спокойной работе мысли. В действительности речь идет о фундаментальных проблемах, серьезное изучение которых только начинается. Оно обещает вывести нас на новый уровень понимания настоящего, будущего и … прошлого.

Так, если посмотреть на подошедший к концу XX век с точки зрения нашего сюжета, то он предстает как грандиозная ошибка различных глобализационных проектов — колониального, фашистского, коммунистического, либерального, фундаменталистского. Человечество стремилось устроиться всемирно, но понимало (и понимает!) это по-разному. На сегодняшний день либеральный проект оказался наиболее жизнеспособным, но история на этом не заканчивается.

С глобализационной колокольни по-новому видны и другие важнейшие явления XX века. Скажем, холодная война предстает не только как смертельно опасное геополитическое соперничество двух сверхдержав, длившееся полвека, но и как особая форма кондоминиума, обеспечивавшая управляемость мирового развития в условиях быстрой модернизации. Или, другими словами, как весьма несовершенный, затратный и ненадежный механизм политической глобализации на биполярной основе.