Что может социология сообщить нам о наших действиях?

Как индивиды каждый из нас знает много о самом себе и об об­ществах, в которых мы живем. Мы полагаем, что хорошо понимаем, почему мы поступаем так, а не иначе, не обращаясь при этом к со­циологам за советом. Многие поступки, которые совершаются нами в повседневной жизни, основаны на нашем знании социальных кон­венций. Существуют определенные границы такого самопознания, и одна из главных задач социологии состоит в том, чтобы показать их. На основе предшествовавшей дискуссии мы можем легко определить природу этих границ. Как мы уже видели ранее, у людей существует множество обыденных суждений о себе и других, которые неверны или являются следствием недостоверной информации. Социологическое исследование помогает определить границы наших социаль­ных суждений и в то же самое время представляет собой своего рода «обратную связь» нашего знания о самих себе и о социальном окру­жении. Другой существенный вклад социологии состоит в демонстра­ции того, что хотя все мы разбираемся в том, что и почему мы дела­ем, мы часто имеем далеко не достаточное представление о послед­ствиях наших действий. Непреднамеренные, непредвиденные по­следствия действий определяют все аспекты и контексты социальной жизни. Социологический анализ выявляет тонкие взаимосвязи между ожидаемым и непредвиденным в социальном мире.

Социальная структура и человеческое действие

Важным понятием, помогающим нам постичь эти связи, являет­ся понятие социальной структуры. Социальные контексты, в кото­рых мы существуем, состоят не только из случайного выбора собы­тий или действий. Существуют базовые закономерности в том, как люди действуют, и в том, как они взаимодействуют друг с другом. Это те закономерности, к которым относится понятие социальной структуры. Структурные характеристики обществ в некоторой сте­пени полезно представить в виде структуры здания. Здание имеет стены, потолок и крышу, которые вместе образуют определенный образ или форму. Но эта метафора может оказаться неверной, если ее понимать слишком буквально. Социальные структуры состоят из человеческих действий и взаимоотношений: их структурирует их повторяемость во времени и в пространстве. Так, идеи социального воспроизводства и социальной структуры тесно связаны друг с дру­гом в социологическом анализе. Мы должны представлять себе че­ловеческие общества в виде зданий, которые в любой момент могут быть реконструированы теми же самыми кирпичиками, из которых они состоят. Действия каждого из нас влияют на структурные харак­теристики наших обществ; в то же самое время мы воссоздаем (а в какой-то степени и изменяем) эти структурные характеристики в наших действиях.

Является ли социология наукой?

Социология занимает главную позицию в группе дисциплин (включая антропологию, экономику и политологию), которые обычно называют социальными науками. Как мы можем реально изучать человеческую социальную жизнь «научным» образом? Для ответа на этот вопрос мы должны, прежде всего, понять главные характери­стики науки как формы интеллектуальной деятельности. Что такое наука?

Наука — это использование систематических методов исследо­вания, теоретического мышления и логической оценки аргументов для создания совокупного знания о конкретном предмете исследо­вания. Научная работа зависит от соединения новых идей и анали­зов очевидных фактов, необходимых для подтверждения или опро­вержения гипотез или теорий. Информация и положения, полученные в научном исследовании и обсуждении, всегда носят в некоторой степени предварительный характер. Они открыты для пересмотра или полного отвержения в свете новых данных или аргументов.

Когда мы спрашиваем, «является ли социология наукой?», мы имеем в виду два вопроса: «Может ли дисциплина использовать процедуры естественной науки?» и «Может ли социология надеять­ся получить такое же точное, доказательное знание, какое создали естественные науки о физическом мире?». Эти вопросы всегда в некоторой степени противоречили друг другу, но длительное время большинство социологов отвечали на них утвердительно. Они ут­верждали, что социология может и должна подражать естественной науке — как ее процедурам, так и характеру ее результатов. Эта позиция иногда называется позитивизмом.

Сейчас такой взгляд можно считать наивным. Как и другие со­циальные науки, социология — научная дисциплина в том смысле, что она включает в себя систематические методы исследования, анализ данных, проверку теорий фактами и логическими аргумен­тами. Изучение людей естественно отличается от наблюдения со­бытий в физическом мире. Ни логические построения, ни выводы социологии нельзя оценивать так же, как оценивают естественные науки. Исследуя социальную жизнь, мы имеем дело с деятельно­стью, которая имеет смысл для людей, вовлеченных в нее. В отли­чие от природных объектов люди являются существами, осознаю­щими себя, отдающими себе отчет в смысле и цели совершаемого ими. Мы не можем даже описать социальную жизнь достаточно точно, если не учтем смысл, который люди придают своему поведе­нию. Например, для описания смерти как самоубийства необходимо установить, собирался ли человек себя убить. Самоубийство имеет место только тогда, когда индивид активно стремился к самоунич­тожению. Человек, случайно оказавшийся перед машиной и убитый ею, не может считаться совершившим самоубийство. Этот человек не желал себе смерти.

Тот факт, что мы не можем изучать людей так же, как природные объекты, в некотором отношении составляет преимущество социо­логии; в других отношениях это создает трудности, с которыми не сталкиваются естественные науки. Преимущество социологов со­стоит в возможности задавать вопросы тем, кого они исследуют, то есть людям. Однако люди, которые знают, что их деятельность на­ходится под наблюдением, часто ведут себя иначе, чем обычно. Например, когда индивиды отвечают на вопросы, они могут созна­тельно или нет давать неверное представление о себе. Они могут даже стараться «помочь» исследователю, давая ему те ответы, ко­торые, по их мнению, он хочет от них услышать.