47. Гегель о соотношении церкви и государства. Критика им «фанатизма» и теократической идеи. Секуляризм как тенденция гегелевской «Философии права».

Прежде чем разобрать данный вопрос следует отметить, что основные вопросы социально-политической теории Гегеля изложены в его основной работе «Философия права». Развивая идею права (идея – смысловая тотальность (общее) отдельных явлений и событий), Гегель выделяет 3 формы:

1. абстрактное право (исходит из субъективной воли человека);

2. моральность (субъективные критерии добра и зла…, всегда умысел и вина);

3. Нравственность (высшая форма) (складывается из нравов, обычаев)

Рассмотрим подробнее нравственность, под кот. Гегель понимает обязанности, воплощённые в нравах и др. общественных установлениях, институтах и законов. Гегель анализирует общественные институты (семья, ГО, гос-во), их структуру, взаимодействие как сферу объективизации нравственной свободы.

Рассмотрим и Государство Назначение человека — не только в достижении им своих личных целей, а назначение общества — не только защита собственности и личной свобо­ды людей; «назначение индивидов состоит в том, чтобы вести общую жизнь», а в обществе должна существовать «объек­тивная свобода, то есть всеобщая субстанциональная воля в единстве с субъективной свободой». Последняя цель — это идея государства, смысл его существования. (Отсутствие идеи государства делает последнее бессмысленным и неполноцен­ным.) «Государство, — говорит Гегель, — должно быть рас­смотрено как великое архитектоническое строение, как иерог­лиф разума, выражающий себя в действительности. «Государство — од­но индивидуальное целое». Власти в государстве должны быть различены, но каждая в самой себе должна об­разовывать целое. Гегель утверждает триединство законодательной власти, правительст­ва и власти государя (вершина и начало целого — конституционной монархии, опирающейся на династический принцип).

Политический строй. По Гегелю, — это различные власти, их функции, составляющие особые сферы деятельности, через осуществление которых «всеобщее беспрестанно необходи­мым образом порождает и сохраняет себя» как организм.

Государство как то, что основано на законе и на политическом умонастроении, патриотизме, в определенном смысле подобно церк­ви как институту, опирающемуся на фиксированные нормативные догматы и веру. Специальным аспектом исследования поэтому явля­ется рассмотрение отношений государства и церкви. Логика рассуж­дения Гегеля такова. Во-первых, он отмечает, что вера как «чувство, имеющее своим предметом Бога как неограниченную основу и при­чину, от которой все зависит», содержит в себе «момент, который при всех изменениях и утрате действительных целей, интересов и достояний дает сознание непреложности, высшей свободы и вели­чайшего удовлетворения». Это приводит к двум следствиям. Ре­лигиозное самосознание содержит в себе божественную санкцию нравственного. Поэтому исторически религия представляет собой духовную основу нравственной свободы, реализуемой в государстве. Но, с другой стороны, она — только основа. В остальном сущность государства и церкви расходятся. Для веры все в мире выступает как преходящее «по отношению к ее всесодержащему центру»; государство же «есть божественная воля как наличный, развертывающийся в действительности образ и организацию мира дух». То есть государ­ство, в отличие от церкви, не освобождает человека от мира, а пред­полагает устроение этого мира как сферы объективной свободы че­ловека. Более того, государство и религия в определенном пункте вступают в противоречия друг с другом: если государство, его законы и учреждения, как это свойственно религиозной оценке, рассматри­ваются как нечто преходящее и несущественное, то само государство обрекается на неустойчивость; если же вера обращается в фанатизм («для праведного нет закона»), то это тем более угрожает государственному порядку, поскольку данная позиция открывает путь произволу;

Во-вторых, церковь — это церковная община, обладающая опре­деленной собственностью и держащая на службе людей. Как община она переходит в область мирского и подлежит государственному ре­гулированию, а в качестве корпорации она находится под полицей­ским надзором. Правда, само вероучение есть дело свободного выбо­ра совести, которая государству не подчиняется.

В-третьих, существует возможность теократии, поскольку церковь рассматривает себя как царствие божие или преддверие к нему; госу­дарство же с этой точки зрения — только средство.

Гегель говорит, что государство несет в себе объективно-разумное нача­ло и поэтому противостоит субъективной истине (вероучения), ка­ким бы авторитетом она не подтверждалась. Светское государство антиавторитарно, от него исходила и исходит «свобода мышления и нау­ки», — тогда как церковь сожгла на костре Джордано Бруно, а Га­лилея заставила коленопреклоненно молить о прощении.

В-четвёртых, церковь многоконфессиональна и не может быть осно­вой политического объединения, соединения общества в органиче­скую целостность, поскольку она разделена внутри себя.

«Подобно тому как государство, предъявляя свои требования в религиозном духе, нанесло бы ущерб праву внутренней жизни, так и церковь, действующая подобно государству и налагающая наказа­ния, вырождается в тираническую религию». Т.е. церковь и гос-во не должны вмешиваться в свои дела, это разные институты, хотя в них есть некоторые общие черты.