5. Двойствен. Ч.

В ДРЯ было 3 числа – ед.ч., мн.ч., двойств.ч. Дв.ч. было утрачено во всех диалектах ДРЯ и во всей его морфологической системе. Утрата дв.ч и развитие противопоставленности ед.ч. и мн.ч. – рез-т развития человеческого мышления от представления о конкретной множественности к абстрактной. Понятие двойственности устойчиво в языке. Это объясняется тем, что оно поддерживается представлением о парности предметов.В ДРЯ дв.ч. употреблялось при обозначении двух или парных предметов. Сущ-е в дв.ч. изменялись по падежам. Но в дв.ч. сущ-е имели только 3 формы:1) И.п., В.п., Зват.п.2) Р.п., М.п.3) Д.п., Т.п. Утрата дв.ч. в ДРЯ отражается в пам-ках с 13 в.: замена форм дв.ч. формами мн.ч. (на свои роукы вместо на свои роуцě). Если при подобном сущ-ном стояло числит. два, то дв.ч. удерживалось дольше, но постепенно утрачивалось. В И.п., В.п., Зв.п. рано исчезла форма на -ě или -и у слов ср.р. с основой на ŏ, заменившись формой на -а под влиянием слов м.р. того же типа склонения (даю два села). Окончательная утрата дв.ч. – явление позднее (≈ 14 – 15 вв.). Дв.ч. исчезло, но остались отдельные следы, указывающие на наличие этих форм в прошлом. Это формы, воспринимаемые сейчас как И.п. мн.ч. с окончанием -а под ударением от слов, обозначающих парные предметы: рога, бока, берега, рукава. Все они по происхождению – формы И.п. дв.ч. (И.п. мн.ч. от этих слов имел окончание -и: рози, боци, берези, рукави). В ДРЯ при числ. два сущ-е ставилось в И.п. дв.ч., а при три, четыре – в И.п. мн.ч. (дъва стола, три, четыре столи). В СРЯ при два, три, четыре сущ-е употребл. в Р.п. ед.ч. Если рассмотреть сочетания два шага, два часа, то можно установить, что формы шага, часа в этих сочетаниях по происхождению – формы И.п. дв.ч. При три, четыре в СРЯ сущ-е выступают в форме Р.п. ед.ч., а в ДРЯ сущ-е при три, четыре выступали в форме И.п. мн.ч. Т.о. если теперь есть два, три, четыре стола и две, три, четыре рыбы, то в ДРЯ было дъва стола, трье, четыре столи, дъвě рыбě, три, четыри рыбы. Остаток дв.ч. в РЯ – наречие воочию, являющееся по происхождению формой М.п. дв.ч. от око с предлогом въ.

6. Одушевл

В ед.ч формы И.п. (падеж субъекта) и В.п. (падеж объекта) не различались в словах м.р. с основой на ŏ (И.п. – рабъ, конь; В.п. – вижоу рабъ, конь); с основой на ǔ (И.п. – сынъ; В.п. – имамь сынъ); с основой на ĭ (И.п. – гость; В.п. – встретили гость). В словах же ж.р. с основой на ā такого совпадения форм не было (И.п. – жена; В.п. – женоу). => для слов м.р. существовали определенные трудности в разграничении субъекта и объекта действия. Задача: найти средство различения субъекта и объекта => формирование категории одушевленности/неодушевленности. Поделился окончанием родительный падеж (одушевленные объекты стали принимать форму род.п.). использования формы Р.п. в значении В.п. при обозначении одуш. объекта. Р.П. был наиболее близок к вин. п. по синтакс. функциям (в СРЯ - выпил воду/воды + род. п. употребляется параллельно с вин. (утв. и отр. Конструкции). В 14 в. категория одуш-ти проникает во мн.ч. Но и во мн.ч. процесс первоначально охватил лишь слова м.р., обозначавшие лиц (пожаловалъ есмъ соколниковъ). Позже категория одуш-ти укрепилась во мн.ч. и для слов ж.р., обозначающих лиц, у которых исконно во мн.ч. формы И.п. и В.п. не различались (и рабынь наоучити, жонокъ ноказуетъ). Только в 17 в. категория одуш-ти охватила слова, обозначавшие и других живых существ (птицъ прикормитъ, лошадей коупить), полностью укрепившись в РЯ.Следы старых отношений в СРЯ незначительны. Это наречие замуж, возникшее из сочетания предлога за с В.п., равным И.п., от муж (выйти замуж и заступиться за мужа). Это конструкции типа выйти в люди, брать в жены.