2.4. Объединенное управление

Стимулы к торговле ослабевают по мере того, как трансакции становятся все более идиосинкразическими. Причина этого явления заключается в том, что, поскольку человеческий капитал и материальные активы становятся более специализированными для выполнения единственной задачи (и, следовательно, менее переориентируемыми на другие цели), экономия от масштаба может полностью реализовываться как покупателем, так и внешним поставщиком. Выбор способа организации сделки в данном случае зависит исключительно от того, какой из них имеет наибольшие возможности в адаптации. Согласно результатам проведенного в главе 4 анализа в этой ситуации обычно происходит вертикальная интеграция.

Преимущество последней заключается в том, что при ее применении адаптация может осуществляться последовательно без необходимости учета, пересмотра или дополнения межфирменных соглашений. Там, где оба участника трансакции находятся в рамках единых отношений собственности, возникает потребность в максимизации общей прибыли. Таким образом, корректировки цен в вертикально интегрированных предприятиях будут более полноценными, чем в случае межфирменных торговых сделок. И если предположить, что внутренние стимулы правильно состыкованы, то количественная адаптация трансакций будет иметь место при любой их частоте, способствующей максимизации общей прибыли по данной сделке.

Таким образом, неизменное соответствие участников сделки друг другу в период ее осуществления вкупе с обширными корректировками как цен, так и количественных параметров поставок является характеристикой в высшей степени идиосинкразических трансакций. По мере возрастания специфичности активов двусторонняя контрактация сменяет рыночную и, в свою очередь, вытесняется контрактацией в условиях объединенной собственности (внутренней организацией) 7.

7 Следует отметить, что мое понимание логического обоснования внутренней организации на основе механизма трансакционных издержек сильно отличается от первоначально разработанной Коузом концепции этой причинно-следственной связи. Он утверждал, что существует два фактора, стимулирующих развитие производства внутрифирменно, а не посредством межфирменных контрактов: во-первых, внутри фирмы затраты на «определение сравнительного уровня цен» явно ниже и, во-вторых, здесь можно снизить «возникающие в условиях рынка расходы на ведение переговоров и заключение отдельного контракта для каждой сделки обмена» (Coase, 1952, р. 336). Его объяснение основных различий между фирмами и рынками в работе 1972 г. опирается, по сути, на те же два фактора (Коуз, 19936, с. 59). Рассматривая его точку зрения через призму используемых мною поведенческих предпосылок, можно сказать, что Коуз (неявно) признает наличие ограниченной рациональности, но не упоминает об оппортунизме. В самом деле, утверждать, как это делает Коуз, что Найт не видит оснований для изменений в системе цен, поскольку «[мы] можем представить систему, в которой все покупаемые советы или знания соответствуют предъявляемым к ним требованиям» (Coase, 1952, р. 346), значит, по существу, отрицать тот факт, что рынки информации подвержены влиянию оппортунизма. Коуз не только обходит молчанием контрактные риски и плохую адаптацию, на которые я ссылаюсь при объяснении нестандартной контрактации, но он также ничего не говорит о необходимости определения параметров трансакций, которое является ключевым аспектом дифференцированного подхода к оценке последних. Несмотря на это, вклад ранних работ Коуза в развитие теории трансакционных издержек неоценим.

На рисунке 3.2 отражено вытекающее из проведенного выше анализа понимание рационального соответствия структур управления трансакциями параметрам последних.