27. Административно- территориальное и судебное устройство Кыргызстана в составе Российской империи.

Во время присоединения к России кыргызы, как и раньше, жили компактными родоплеменными объедине­ниями, делясь на два крыла и группу южных племен — ичкилик. Каждое племя делилось на роды (уруу) и на под-роды (урук). Четких территориальных границ расселения родов не было. Однако наметить основные районы прожива­ния все же можно. Бугинцы занимали в основном восточное и южное побе­режье Иссык-Куля, предгорья Илийской долины. Сарыбагыши — Кеминскую долину и северо-западное побережье Иссык-Куля. В Чуйской долине и Таласе преобладали солто, саруу, кытай, кушчу. По Сон-Кулю, на Сусамыре и в Кет­мень-Тюбе жили саяки. В Центральном Тянь-Шане и Вос­точном Туркестане—монголдор и черик. На Алае и Памире - адыгене. В Западной Фергане — ичкилики, тенты, кушчу, мундузы, басызы. В Восточной Фергане — монгуши, ба'гыши, карабагыши. Между ними кочевали другие родовые подразделения, что создавало благоприятные условия для этнического смешения. Царские власти ввели новое административное деление, которое почти не учитывало характер родоплеменной орга­низации жизни кыргызского общества. После присоедине­ния к России Кыргызстан входил в состав Туркестанского генерал-губернаторства. Территория, населенная кыргызами, долилась между четырьмя областями: Семиреченской, Сыр-дарышской, Ферганской и Самаркандской. Кыргызское на­селение в то время достигало полумиллиона человек. Колониально-управленческий аппарат был полувоенным: во главе областей и уездов стояли царские офицеры и участ­ковые приставы, а волости возглавляли руководители племен и подов. Новая власть запретила межплеменные и родовые войны, полностью ликвидировала рабство, упорядочила на­логовую систему. Эти властные мероприятия положительно сказались на развитии кыргызского общества, внутренняя жизнь которого в остальном осталась прежней. Царская ад­министрация мало вмешивалась в управление кыргызским населением. Здесь вся полнота власти была передана кыр­гызским феодалам, которые в большинстве своем стали верно служить царизму и в то же время ревностно охранять традиционные устои кыргызского общества, на которых и держалась их власть. Кыргызами, населявшими Ферганскую и Самаркандскую области, от имени царской администрации управляли быв­шие кокандские чиновники: беки, датхи, акимы, ишик-агасы. На севере Кыргызстана в конце XVIII —начале XIX в. сформировалась новая правящая верхушка — манапство. В Условиях военной опасности со всех сторон и межплеменной Усобицы старая родовая аристократия — бии—уже не отве­чала нуждам общества. В этих условиях родовитость, ста­рость и мудрость должны были уступить качествам военного вождя. Первыми манапами стали молодые, храбрые и фи­зически сильные бии — батыры. Патриархальная власть перерождалась в феодальную с появлением манапов бии оказались на более низкой ступе­ни феодальной иерархической лестницы. Они являлись как бы помощниками манапа, выполняли его поручения, составляя вместе с ним правящую элиту рода. Сохранился суд биев. Но не все манапы были тиранами. Народные предания о сарыбагышском манапе Шабдане полны любви к нему. Рассказывают о его справедливом и мудром правлении, не­обычайном гостеприимстве, благородстве, простоте в обра­щении. У него в аиле постоянно кормились увечные, сироты, старики и старухи. Шабдан построил школу для детей. Конечно, молва идеализирует манапа, но во многом она правдива. Даже русские переселенцы при тяжбах больше доверяли решениям Шабдана, чем уездных чиновников. Манапы, несомненно, были эксплуататорами. В имуще­ственном и правовом отношениях они не были однородны. С течением времени появились старшие манапы (чон мана­пы), второстепенные манапы (чала манапы), самые мелкие (чолок) и даже букара-манапы — обнищавшие родственники манапов.