2.3. Драматургия

В Петровскую эпоху возникла потребность в возобновлении театра, который, по мысли Петра I, должен был приобщить людей к новой светской западноевропейской культуре и способствовать правильному пониманию ими правительственных мероприятий.

Основное место в репертуаре театра занимали пьесы на темы античной истории с трагической борьбой между страстью и долгом, чувством и разумом, личным и общественным, мало понятные русскому зрителю. Кроме того, ставились комедии Мольера: «Доктор принужденный» («Лекарь поневоле»), «Порода Геркулесова, в ней же первая персона Юпитер» («Амфитрион»), «Драгыя смеяныя» («Смешные жеманницы»); шли спектакли на темы частной семейной жизни (например, пьеса итальянского драматурга Чиконьини «Честный изменник, или Фридерико фон Поплей и Алоизия, супруга его», тема которой – отмщение поруганной супружеской чести). Театр Кунста – Фюрста был закрыт в 1707 г., поскольку не оправдал надежд правительства Петра I: предполагалось, что со сцены будет разъясняться государственная политика, особенно значение военных побед русских войск, вестись гражданское воспитание, но немецкая труппа могла представить лишь пеструю картину западноевропейских пьес. Неудовлетворенность публичным театром заставила Петра I обратить большее внимание на школьный театр. Школьные театры существовали при Московской духовной академии (Славяно-греко-латинской академии) с 1701 г. и Московской хирургической школе (при «гофшпитале» доктора Н. Бидлоо) с 1706 г. Традиция школьных спектаклей зародилась в Киево-Могилянской духовной коллегии (впоследствии – Киево-Могилянской академии). Школьная драма ХVII в. представляла собой религиозно-церковное произведение на библейские и житийные сюжеты, ставившие целью пропагандировать христианскую религиозную мораль. Сочинителями школьных драм (символико-аллегорических пьес религиозно-церковного характера) были преподаватели поэтики и риторики. В Петровскую эпоху произошла трансформация дидактико-моралистической направленности школьных пьес: в них включались эпизоды, связанные с мирскими политическими событиями; библейские, мифологические, античные сюжеты и образы приобретали злободневное звучание.

2.4. Стихотворство

В первой трети XVIII в. еще господствовал силлабический стих (греч. «силлаб» – слог). Главные его признаки – равносложность стихотворных строк, парная женская рифма (т.е. с ударением на предпоследнем слоге). Размеры силлабического стиха различаются в зависимости от числа слогов в строке (были употребительны 6 – 14-сложные стихи); преобладающие формы – 13-сложник с цезурой после 7-го слога (7 + 6) и 11-сложник (5 + 6). Неупорядоченность в расположении ударений делала его недостаточно ритмичным, что и привело впоследствии к реформе русского стихосложения. Силлабическая поэзия петровского времени развивалась в формах виршей (говорные стихи, предназначавшиеся для чтения) и книжных песен (напевные стихи, музыкально интонированные, предназначавшиеся и для чтения, и для пения).

Вирши (от лат versus – стих) наиболее характерны для школьной лирики. Среди школьных виршей особо выделяется «поэзия для глаз» – со зримыми очертаниями креста, чаши, ромба, звезды, сердца, бокала и т.п. К разновидностям школьных виршей относятся ракообразные стихи (Аки Лот и та мати толика, / Аки Лев и та мати велика) и противопоставительные стихи с печатью «гениального остроумия»:

Адам преступ↓ заключ↓

ник небо ает

Иисус правед↑ отверз↑

В поисках соответствующей формы, в создании поэтического языка любви нарождавшаяся русская любовная лирика обращалась к различным источникам, что послужило причиной неоднородности ее стилистики и эклектичности поэтики:

***

Аще бы постоянство пребывало в свете,

Любовь тверда и непременна,

Еже есть никогда измена,

К союзу влекущая в красном бо есть цвете…

***

Фортуна злая злости представляет,

Благо во злое всегда пременяет,

Радости в печал обращает…