Билет № 13. Эстетические принципы литературы соцреализма (а. Фадеев, н. Островский, м. Шолохов).

Социалисти́ческий реали́зм (соцреали́зм) — мировоззренческий метод художественного творчества, использовавшийся в искусстве Советского Союза, а затем и в других социалистических странах, внедряемый в художественное творчество средствами государственной политики, в том числе цензурой, и отвечающий решению задач построения социализма.

Он был одобрен в 1932 году партийными органами в литературе и искусстве.

Параллельно ему существовало неофициальное искусство.

художественное изображение действительности «точно, в соответствии с конкретным историческим революционным развитием».

согласование художественного творчества с идеями марксизма-ленинизма, активное вовлечение трудящихся в строительство социализма, утверждение руководящей роли Коммунистической партии.

История возникновения и развития

Луначарский был первым литератором, заложившим его идеологический фундамент. Ещё в 1906 году он ввел в обиход такое понятие как «пролетарский реализм». К двадцатым годам, применительно к этому понятию он стал употреблять термин «новый социальный реализм», а в начале тридцатых посвятил «динамичному и насквозь активному социалистическому реализму», «термину хорошему, содержательному, могущему интересно раскрываться при правильном анализе», цикл программно-теоретических статей, которые публиковались в «Известиях»[1].

Термин «социалистический реализм» впервые предложен председателем Оргкомитета СП СССР И. Гронским в «Литературной газете» 23 мая 1932 года. Он возник в связи с необходимостью направить РАПП и авангард на художественное развитие советской культуры. Решающим при этом явилось признание роли классических традиций и понимание новых качеств реализма. В 1932—1933 Гронский и зав. сектором художественной литературы ЦК ВКП(б) В. Кирпотин усиленно пропагандировали этот термин

На 1-м Всесоюзном съезде советских писателей в 1934 году Максим Горький утверждал:

«Социалистический реализм утверждает бытие как деяние, как творчество, цель которого — непрерывное развитие ценнейших индивидуальных способностей человека ради победы его над силами природы, ради его здоровья и долголетия, ради великого счастья жить на земле, которую он, сообразно непрерывному росту его потребностей, хочет обрабатывать всю, как прекрасное жилище человечества, объединенного в одну семью»].

Утверждать этот метод как основной государству потребовалось для лучшего контроля над творческими личностями и лучшей пропаганды своей политики. В предшествующий период, двадцатые годы существовали советские писатели, занимавшие порой агрессивные позиции по отношению ко многим выдающимся писателям. Например, РАПП, организация пролетарских писателей, активно занималась критикой писателей непролетарских. РАПП состоял в основном из начинающих писателей. В период создания современной промышленности (годы индустриализации) Советской власти необходимо было искусство, поднимающее народ на «трудовые подвиги». Довольно пёструю картину являло собой и изобразительное искусство 1920-х. В нём выделилось несколько группировок. Наиболее значительной была группа «Ассоциация художников революции». Они изображали сегодняшний день: быт красноармейцев, рабочих, крестьянства, деятелей революции и труда. Они считали себя наследниками «передвижников». Они шли на фабрики, заводы, в красноармейские казармы, чтобы непосредственно наблюдать жизнь своих персонажей, «зарисовывать» её. Именно они стали основным костяком художников «соцреализма». Намного тяжелее пришлось менее традиционным мастерам, в частности, членам ОСТ (Общество станковистов), в котором объединилась молодёжь, окончившая первый советский художественный вуз.

Горький в торжественной обстановке вернулся из эмиграции и возглавил специально созданный Союз писателей СССР, куда вошли в основном писатели и поэты советской направленности.

Впервые словосочетание «социалистический реализм» появилось в передовой статье «Литературной газеты» от 23 мая 1932 г.

С течением времени сложилось представление о социалистическом реализме как интернациональном художественном направлении и нормативном творческом методе литературы и искусства XX в., познавательная сфера которого регламентировалась задачей отражать революционные процессы переустройства мира в свете социалистического идеала. Как основной метод советской литературы он был призван официально (на государственном и партийном уровне) запечатлеть этапы строительства социалистического общества в его движении к коммунизму. Писатели такой творческой направленности и убежденности стремились занять ведущее положение в художественной жизни эпохи, противопоставляя свои, якобы единственно верные, эстетические принципы (партийность, народность, исторический оптимизм, социалистический гуманизм, интернационализм) всем иным идейно-художественным принципам.

Литература социалистического реализма создала новый образ положительного героя — борца, строителя, вожака. Через него полнее раскрывается исторический оптимизм художника социалистического реализма: герой утверждает веру в победу коммунистических идей, несмотря на временные поражения и потери. Термин «оптимистическая трагедия» может быть отнесен ко многим произведениям, передающим трудные ситуации революционной борьбы: «Разгром» А. А. Фадеева.

Уже в первых советских романах проявилась народно-эпическая масштабность в изображении революции.

Романтика — органическая черта литературы социалистического реализма. Годы гражданской войны, перестройка страны, героика Великой Отечественной войны и антифашистского Сопротивления определяли в искусстве и реальное содержание романтического пафоса, и романтический пафос в передаче реальной действительности. Романтические черты широко проявились в поэзии антифашистского Сопротивления во Франции, Польше и других странах; в произведениях, изображающих народную борьбу, например в романе английского писателя Дж. Олдриджа «Морской орел». Романтическое начало в той или иной форме всегда присутствует в творчестве художников социалистического реализма, восходя в своей основе к романтике самой социалистической действительности.

Неотъемлемой частью социалистического реализма становятся осознанные народность и партийность, определяющие понимание жизненного процесса, его ведущих исторических сил, оценку исторической роли народа.

Социалистический реализм представляет собой исторически единое движение искусства в пределах общей для всех его проявлений эпохи социалистического переустройства мира. Однако эта общность как бы заново рождается в конкретных национальных условиях. Социалистический реализм интернационален по своей сущности. Интернациональное начало — его неотъемлемая черта; оно выражено в нем и исторически, и идеологически, отражая внутреннее единство многонационального социально-историческо-го процесса. Представление о социалистическом реализме непрерывно расширяется, по мере усиления демократических и социалистических элементов в культуре той или иной страны.

В нашей стране социалистический реализм — объединяющее начало для советской литературы в целом, при всем различии национальных культур в зависимости от их традиций, времени вступления в литературный процесс (одни литературы обладают многовековой традицией, другие получили письменность лишь в годы Советской власти). При всем разнообразии национальных литератур наблюдаются объединяющие их тенденции, которые, не стирая индивидуальных особенностей каждой литературы, отражают нарастающее сближение наций в Советском Союзе.

Как уже было сказано, определяющим стилем в литературе, живописи и других видах искусства стал так называемый «социалистический реализм». Стиль этот имел с настоящим реализмом мало общего. При внешнем «живоподобии» он не отражал действительность в настоящем ее виде, а стремился выдать за реальность то, что лишь должно было быть с точки зрения официальной идеологии. Искусству была навязана функция воспитания общества в строго заданных рамках коммунистической морали. Трудовой энтузиазм, всеобщая преданность идеям Ленина-Сталина, большевистская принципиальность – вот чем жили герои произведений официального искусства того времени. Реальность была гораздо сложнее и в целом далека от провозглашаемого идеала.

Впервые официальное определение социалистического реализма дано в Уставе СП СССР, принятом на Первом съезде СП:

Социалистический реализм, являясь основным методом советской художественной литературы и литературной критики, требует от художника правдивого, исторически-конкретного изображения действительности в её революционном развитии. Причём правдивость и историческая конкретность художественного изображения действительности должны сочетаться с задачей идейной переделки и воспитания в духе социализма.

Это определение и стало исходным пунктом для всех дальнейших интерпретаций вплоть до 80-х годов.

Принципы соцреализма

Народность. Под этим подразумевалась как понятность литературы для простого народа, так и использование народных речевых оборотов и пословиц[4].

Идейность. Показать мирный быт народа, поиск путей к новой, лучшей жизни, героические поступки с целью достижения счастливой жизни для всех людей.

Конкретность. В изображении действительности показать процесс исторического развития, который в свою очередь должен соответствовать материалистическому пониманию истории (в процессе изменения условий своего бытия люди меняют и свое сознание, отношение к окружающей действительности).

В литературе

Писатель, по известному выражению Сталина, является «инженером человеческих душ». Своим талантом он должен влиять на читателя как пропагандист. Он воспитывает читателя в духе преданности партии и поддерживает её в борьбе за победу коммунизма. Субъективные действия и устремления личности должны были соответствовать объективному ходу истории. Ленин писал: «Литература должна стать партийной… Долой литераторов беспартийных. Долой литераторов сверхчеловеков! Литературное дело должно стать частью общепролетарского дела, „винтиками и колесиками“ одного единого великого социал-демократического механизма, приводимого в движение всем сознательным авангардом всего рабочего класса».

Литературное произведение в жанре соцреализма должно быть построено «на идее бесчеловечности любых форм эксплуатации человека человеком, разоблачать преступления капитализма, воспламеняя умы читателей и зрителей справедливым гневом, вдохновлять их на революционную борьбу за социализм».

Максим Горький, писал о социалистическом реализме следующее:

«Для наших писателей жизненно и творчески необходимо встать на точку зрения, с высоты которой — и только с её высоты — ясно видимы все грязные преступления капитализма, вся подлость его кровавых намерений и видно все величие героической работы пролетариата-диктатора».

Он же утверждал:

«…писатель должен обладать хорошим знанием истории прошлого и знанием социальных явлений современности, в которой он призван исполнять одновременно две роли: роль акушерки и могильщика».

Горький считал, что главной задачей социалистического реализма является воспитание социалистического, революционного взгляда на мир, соответствующего ощущения мира.

ФАДЕЕВ РАЗГРОМ

А. Фадеев в своем романе «Разгром» более объективно, чем другие советские писатели того времени, осветил гражданскую войну. В основу его произведения положены реальные события - один из эпизодов разгрома партизанского отряда на Дальнем Востоке.

Сам Фадеев писал об основной мысли своего романа: «В гражданской войне происходит отбор человеческого материала, все враждебное сметается революцией, а все, поднявшееся из подлинных корней революции, …развивается в этой борьбе. Происходит огромнейшая переделка людей».

Очень показательно, что писатель, говоря о героях «Разгрома», называет их «человеческим материалом». Революция и гражданская война требовала именно «материала» для победы и построения нового общества.

Человеческая жизнь не имела большой цены, она с легкостью приносилась в жертву во имя победы. В «Разгроме» это отчетливо показано.

Многочисленный отряд Левинсона получает партийную задачу: во что бы то ни стало пробиться в свободную от противника Тудо-Вакскую долину. С большими трудностями (преследование противников, нехватка пропитания и т.д.) отряд пытается ее выполнить... Но на подходе к долине он попадает в окружение казаков. Живыми из боя выходят только девятнадцать человек из полуторосотенного отряда. Левинсон, командир отряда, прорвавшись из окружения, оглядывается на отряд, «но никакого отряда не было: вся дорога была усеяна конскими и людскими трупами…»

Человеческий материал истреблен, но главное – поставленная задача – была выполнена. Без сомнения, отряд Левинсона пополнится новыми бойцами, готовыми (и не..... совсем готовыми) «положить свою жизнь на алтарь революции».

Но партизаны погибают не только в сражениях. Вспомним эпизод отравления безнадежно больного Фролова. Боец стал обузой для отряда, и было принято решение дать ему яд. Или эпизод, когда у старика-корейца отнимают последнюю свинью, обрекая все семью этого человека на голодную смерть. Но Левинсон делает выбор: его бойцам еда нужнее, потому что они выполняют важную задачу.

Но несправедливо было бы представлять этого героя, как и всех революционных деятелей, партийцев, циничными и бездушными людьми, не имеющими никаких человеческих эмоций.

В том то и заключалась их трагедия, что они постоянно стояли перед выбором: победа революционной идеи или человеческая жизнь, а подчас и сотни жизней.

Фадеев показывает «красного командира» Левинсона фигурой неоднозначной, обладающей слабостями, недостатками, но и большими достоинствами. Писатель отмечает, что командира очень любили бойцы за его душевность, человечность, доброту. С первых страниц мы видим, что Левинсон относится к своим подчиненным как к собственным детям, родным людям. Вот как он журит Морозку за его неповиновение: «То-то и есть, - засмеялся командир, - а сначала кобенился... балда!..» Да и Морозка называет, и считает, Левинсона «братом».

Но, несмотря на мягкость и доброту, в необходимый момент Левинсон мог быть жестким, собранным, крайне целеустремленным: «Он был на редкость терпелив и настойчив, как старый таежный волк, у которого, может быть, недостает уже зубов, но который властно водит за собой стаи - непобедимой мудростью многих поколений».

На мой взгляд, главным источником силы этого героя являлась его безусловная вера в то дело, за которое он борется, - в социалистическую революцию. И ради ее победы герой готов был пожертвовать всем остальным. Хорошо это или плохо? По законам того страшного времени, я думаю, скорее хорошо. Левинсон был образцом, примером для подражания, героем, потому смог свои нравственные чувства и моральные принципы подчинить требованиям эпохи.

Но с точки зрения стороннего наблюдателя это, наверное, неправильно. Мне кажется, нельзя предавать свою душу, это самое главное богатство. Хотя легко рассуждать, будучи отделенным от той эпохи многими десятками лет.

А как понять, что правильно, а что нет, когда находишься в самой «гуще»? Когда от тебя требуется моментальное решение? Когда постоянно над тобой «висит» угроза смерти, если не от «красных», то от «белых»?

Я не знаю, как бы поступил в той ситуации, но считаю, что понятие «гуманизм» не может иметь никаких определений. Гуманизм или существует, или нет. Он не может быть «классовым», то есть избирательным. Для тех, кто борется на стороне «красных», его нужно проявлять, для тех, кто враг или просто не бросается на амбразуру, не нужно. По-моему, это просто смешно или, что страшнее, жестоко, безнравственно.

Таким образом, в своем романе Фадеев смотрит на события революции с позиции «красного». Но примечательно то, что он совсем не приукрашивает революционных будней. Даже герои у него, хотя и довольно четко делятся на положительных и отрицательных, не имеют однобокой ярко выраженной окраски......