68. Концепция коллектива в социальной психологии.

Проблема развития социальной группы нашла свое решение в психологической теории коллектива.

В педагогике идея коллектива была разработана А. С. Макаренко, в которой также представлен и социально-психологический аспект. По А. С. Макаренко, коллектив – это не любая совместная деятельность, а социально-позитивная деятельность, отвечающая потребностям общества.

Наиболее полно эта теории представлена в работах А. В. Петровского. В его представлении, группа – это набор из трех страт, наличие третьего слоя (ярда) и означает, что перед нами коллектив. Основная мысль теории: деятельностное опосредование выступает как системообразующий признак коллектива.

Деятельность, ради которой создан и которой занимается коллектив, имеет положительное значение для многих людей, а не только для членов данной группы. Отношения основаны на взаимном доверии, порядочности, честности, взаимном уважении и т. п.

Требования к коллективу:

1) успешно справляться с возложенными на него задачами (быть эффективным в отношении основной деятельности);

2) иметь высокую мораль;

3) устанавливать хорошие человеческие отношения;

4) создавать для каждого своего члена возможность развития как личности;

5) быть способным к творчеству;

6) сложившаяся дифференцированная система различных деловых и личных взаимоотношений, строящихся на высокой нравственной основе.

Коллективистские отношения определяются через следующие понятия:

1) нравственность – построение внутрикол-лективных отношений на нормах и ценностях общечеловеческой морали;

2) ответственность – добровольное принятие коллективом на себя моральных и других обязательств перед обществом за судьбу каждого человека независимо от того, является ли он членом данного коллектива; требовательность к себе и другим; объективное оценивание своих достижений;

3) открытость – способность устанавливать и поддерживать хорошие взаимоотношения с другими группами или новыми членами в своем коллективе;

4) коллективизм – постоянная забота о своих членах, стремление противостоять разобщению;

5) контактность – доверительные личные отношения;

6) организованность – умелое взаимодействие; бесконфликтное распределение обязанностей;

7) информированность – знание задач, стоящих перед коллективом, содержания и итогов его работы;

8) эффективность – успешность решения задач.

Таких малых групп, которые полностью бы отвечали всем перечисленным требованиям коллектива, в реальности почти нет. Большинство реальных малых групп занимают промежуточное положение между слаборазвитой группой и высокоразвитым коллективом.

69. Принципы дерефлексии и парадоксальной интенции как методы терапии.

ДЕРЕФЛЕКСИЯ – специальная терапевтическая техника, метод или прием, используемые в логотерапии при лечении невротических заболеваний.

Представления о необходимости дерефлексии вытекали из этиологии неврозов, свидетельствующей о чрезмерном внимании пациентов к каким-либо проблемам или психическим состояниям, об их преувеличенных интенциях и патологическом характере навязчивого самонаблюдения, получившем в логотерапии название гиперрефлексии. Метод дерефлексии предназначен для того, чтобы нейтрализовать невротическую склонность к самонаблюдению. Посредством его пациент научается игнорировать свои невротические симптомы.

Хотя в качестве специального метода лечения нервнобольных дерефлексия получила концептуальное обоснование в логотерапии В. Франкла (1905–1990), тем не менее использование ее в терапевтических целях имело место уже у З. Фрейда. Так, однажды к основателю психоанализа обратился за помощью дирижер венского оперного театра Б. Вальтер, который жаловался на боли в руках, мешавшие его профессиональной деятельности. Во время консультации у З. Фрейда известный дирижер выразил опасения по поводу того, что испытываемые им боли в руках могут привести к тому, что он не сможет выполнять возложенные на него обязанности. При этом он сообщил, что не ощущает боли лишь в тот момент, когда полностью отдается своей работе. З. Фрейд спросил дирижера, давно ли он был в отпуске, и, узнав о его длительной, беспрерывной работе, посоветовал ему отправиться в путешествие на несколько дней на Сицилию, посетить музеи изобразительного искусства, полюбоваться мировыми шедеврами. По возвращении из путешествия дирижер вновь пришел на прием к З. Фрейду в надежде на то, что наконец-то начнется лечение, которое избавит его от болей в руках и от страхов, возникавших у него по поводу возможных последствий. Но З. Фрейд не стал прибегать к психоаналитическому лечению, сказав, что венский дирижер может приступать к своей работе и что он готов нести полную ответственность за благоприятный исход. И действительно, приступив к работе, венскому дирижеру уже не было необходимости обращаться за помощью к врачу.

Логотерапия стала использовать дерефлексию в качестве метода, способствующего излечению нервнобольных. Лечение основывалось на том, что, по словам В. Франкла, «пациент должен быть дерефлексирован от его расстройства к задаче, близкой для него или близкому ему партнеру». Пациент должен быть переориентирован к его «специфическому признанию и миссии в жизни», то есть он должен осознать смысл своего существования. «Порочный круг разрывается не самоозабоченностью невротика, будь то жалость к себе или презрение; ключом к выздоровлению является самосвершение».

Специфику метода дерефлексии можно проиллюстрировать на примере, использованном В. Франклом в одной из его работ. Пациентка страдала невротическим стремлением наблюдать свой акт глотания. Каждый раз во время еды она с тревогой ожидала, что пища пойдет вниз не так, как следует, и пациентка подавится. Нарастающая тревога и постоянное самонаблюдение нарушили у нее процесс принятия пищи, в результате чего она стала катастрофически худеть. В ходе терапии ее научили доверять своему организму. Пациентка была терапевтически дерефлексирована посредством формулы: «Я не нуждаюсь в том, чтобы наблюдать мое глотание, потому что я не нуждаюсь в том, чтобы глотать, поскольку фактически не я глотаю, а скорее оно делает это». Оно – это бессознательный, неинтенциональный акт глотания, на который можно вполне положиться.

Пациент, страдающий, например, от бессонницы, не должен думать о сне или бессоннице. В дополнении к тревоге по поводу еще одной бессонной ночи происходит усиление его невротического состояния в результате деструктивного действия гиперрефлексии. Применение метода дерефлексии дает возможность переключить внимание пациента с его расстройства на что-то другое. Но дерефлексия может иметь терапевтический эффект лишь тогда, когда сознание пациента направлено к позитивным аспектам его деятельности. Поэтому установка на переключение внимания пациента должна быть осуществлена не в негативной, а в позитивной форме, так как в противном случае его внимание может быть сосредоточено в еще большей степени на той же проблеме, которая и привела к невротическим реакциям.

Самоцентрированность пациента на чем-то опасна. При шизофрении, в частности, дерефлексия может служить лишь в качестве поддержки других методов терапии. При иных формах психических заболеваний реориентация пациента к потенциальному смыслу его существования и задаче реализации этого смысла позволяет, как считал В. Франкл, максимальное использование метода дерефлексии.

ПАРАДОКСАЛЬНАЯ ИНТЕНЦИЯ – специальная терапевтическая техника, метод, прием, используемые в логотерапии при лечении невротических заболеваний.

Терапевтическая техника парадоксальной интенции была предложена австрийским психотерапевтом В. Франклом (1905–1977) в 1946 г. В систематическом виде эта техника была представлена им в 1960 г. Она основывалась на двойном факте, зафиксированном логотерапией и состоящем в том, что, с одной стороны, тревога пациента порождает именно то, чего он боится, а с другой стороны, невротическая интенция (гиперинтенция) делает невозможным достижение того, чего пациент хочет. Попытка избежать ситуаций, в которых возникает тревога, или подавить, побороть угрожающие идеи только усиливает невротические симптомы. Исходя из подобного понимания патогенеза невротического заболевания, техника парадоксальной интенции состоит в том, что испытывающему тревогу пациенту предлагают осуществить именно то, чего он боится и от чего он спасается «бегством в болезнь».

Если удается привести пациента в состояние, когда он способен перестать избегать свои невротические симптомы или бороться с ними, то симптомы ослабевают сами по себе. Если же удается преувеличить их, то они вообще перестают преследовать и беспокоить пациента.

Понимание существа парадоксальной интенции можно проиллюстрировать следующим примером, почерпнутым из терапевтической практики В. Франкла. В течение последних трех лет тридцатипятилетняя пациентка была парализована боязнью бактерий: она постоянно мыла руки из-за страха перед бактериями, не выходила из дома, не позволяла мужу прикасаться к детям и решила развестись, так как чувствовала, что делает несчастной свою семью. Используя метод парадоксальной интенции, аналитик предложил пациентке подражать его действиям. Он начал скрести пол руками, говоря, что никак не может набрать грязи, чтобы получить достаточное количество бактерий. При поощрении аналитика пациентка последовала его примеру. Это привело к тому, что в дальнейшем она стала работать со всевозможными грязными вещами, чтобы как можно чаще соприкасаться с микробами. Через несколько дней пациентка могла обнимать и ласкать своих детей без боязни заразить их. Навязчивость мытья рук исчезла. Женщина могла выполнять все повседневные дела, на которые раньше была не способна.

Метод парадоксальной интенции предполагает использование специфической человеческой способности, а именно юмора, с которым индивид может относиться к самому себе. Юмористическая организация ситуации позволяет придерживаться установки менее серьезного отношения к своим невротическим симптомам. Пациент оказывается способным посмеяться над самим собой. Он как бы обретает возможность отделиться от невроза, дистанцироваться от него, воспринять происходящее в шутливой форме. Метод парадоксальной интенции как раз и основывается на том, что обучение пациента юмористическому отношению к самому себе, своим симптомам и невротическому заболеванию в целом является важным и необходимым условием для возможного его выздоровления.

Если, например, человек страдает излишней застенчивостью и в присутствии вышестоящего должностного лица его охватывает дрожь, в результате чего одна только мысль о предстоящей встрече с ним вызывает у него панический страх, то он может прибегнуть к следующему приему. Он может сказать самому себе: «Наконец-то я вновь вижу должностное лицо. Сейчас я начну так дрожать перед ним, что никто не сможет сравниться со мной по степени дрожания. Я самый великий дрожатель в мире. Я могу так долго дрожать, что мой рекорд дрожания занесут в Книгу рекордов Гиннесса». Или если пациент страдает невротическим страхом сердечных приступов и боится один ездить в лифте, так как в случае приступа никто не сможет ему помочь, то он может сказать своему собственному страху: «Вчера я спускался по лестнице пешком вместе с соседом, а сегодня я один не только воспользуюсь лифтом, но даже специально поднимусь на пять этажей выше, чтобы у меня было несколько сердечных приступов». Практика логотерапии показывает, что и в том и в другом случае происходит совсем не то, к чему стремится человек: «дрожателю» не суждено попасть в Книгу рекордов Гиннесса, поездка на лифте несколькими этажами выше не сопровождается у человека сердечным приступом.

По мнению ряда логотерапевтов, метод парадоксальной интенции особенно эффективен при лечении различного рода фобий, особенно в том случае, когда аналитику удается научить пациента с юмором и смехом относиться к собственным страхам, тревогам, волнениям, переживаниям.