Глава 2. Корейцы Сибири на рубеже XX-XXI в.

Начатый в 1950-е гг. постепенный процесс миграции корейского населения в Сибирь привел к формированию устойчивого сообщества с определенным набором характеристик и социально-культурных установок. На рубеже XX-XXI в. заметна тенденция формирования корейских общественных организаций. Этот процесс институциализации этнических сообществ можно связать с общероссийским всплеском этничности в конце 1980-х – начале 1990-х гг. В результате чего корейское сообщество еще глубже утвердилось в Сибири, и на сегодняшний день представляет собой устойчивую этническую группу с высокой степенью интеграции в сибирском обществе.

Этно-социальная характеристика корейцев Сибири

Демография

На ранних этапах корейцы России были преимущественно сельским населением. Однако со временем наблюдается перемещение корейского населения из деревни в город. Всесоюзные переписи позволяют проследить урбанизацию корейцев.

Соотношение городского и сельского населения корейцев СССР и России в 1926-2010 гг.

Таким образом, начиная с 1950-х гг. корейцы постепенно трансформируются из сельского населения в городское. И к 1970-му г. превращаются в преимущественно городскую этническую группу России. А это в свою очередь обуславливает смену основных этносоциальных характеристик сообщества. С увеличением доли городского населения повышается уровень образования, социальный статус, сфера деятельности и проч.

Согласно переписи 2010 г., по типу населения во всех рассматриваемых регионах Сибири, за исключением Алтайского края, среди корейцев преобладает городское население. Такое распределение корейцев по типу населения обусловлено историей формирования корейских сообществ в каждом отдельном регионе, а также характеристиками самих регионов. Как показывает Таблица 4, в Иркутской, Новосибирской и Томской области, академических и промышленных центрах Сибири, городское население значительно преобладает над сельским.

Таблица 4. Распределение корейцев по типу населения в 2010 г.

Тип населения	Городское население	Сельское население
Алтайский край	499	693
Красноярский край	855	158
Иркутская область	1138	186
Новосибирская область	2978	194
Омская область	576	114
Томская область	1107	89

Источник: Итоги Всероссийской переписи населения. Электронный ресурс.

При анализе половозрастной пирамиды корейцев Сибири очевиден дисбаланс числа мужчин и женщин трудоспособного возраста. Вероятно, это свидетельствует о присутствии в регионе трудовых мигрантов из КНДР, занятых в основном в строительстве. Половозрастная пирамида корейцев по состоянию на 2010 г. соответствует регрессивному или стареющему типу [Баталина, Волков, 1985. Электронный ресурс: http://demography.academic.ru/1490/%D0%92%D0%9E%D0%97%D0%A0%D0%90%D0%A1%D0%A2%D0%9D%D0%90%D0%AF_%D0%9F%D0%98%D0%A0%D0%90%D0%9C%D0%98%D0%94%D0%90]. Российский демограф Д.Д. Богоявленский также выделяет корейцев в группу с заметным уровнем старости, где доля пожилых людей (старше 60 лет) приблизительно 18% [Богоявленский, 2013. Электронный ресурс: http://www.perspektivy.info/rus/demo/perepis_2010_etnicheskij_srez_2013-04-28.htm].

На старение корейского населения России и Сибири, несомненно, влияет снижение рождаемости. Согласно данным Всероссийской переписи 2010 г., у большинства корейцев в Сибири по 1-2 ребенка либо нет детей. Гораздо реже в корейских семьях 3-4 детей, и в единичных случаях – более 4 детей.

Таблица 5. Число рожденных детей по данным переписи 2010 г.

Год переписи		2010
Число рожденных детей		0	1	2	3	4	5	6	7
Корейцы	Алтайский край	103	105	174	59	15	5	0	5
	Красноярский край	88	116	131	23	3	3	0	0
	Иркутская область	134	120	184	44	5	7	0	0
	Новосибирская область	237	219	279	83	18	3	0	0
	Омская область	62	76	113	27	9	0	0	6
	Томская область	178	118	131	26	7	4	0	0

К сожалению, официальная советская статистика не содержит материалов о количестве рожденных детей по этническим группам в более ранние периоды. Однако материалы интервью позволяют сделать вывод о снижении рождаемости в корейском сообществе современной России.

Сейчас, конечно, в корейских семьях меньше детей рождается. Вот нас в семье трое, у мужа – четверо, а сейчас у нас с мужем двое детей, а других братьев и сестер и того меньше. Раньше на порядок больше детей рожали. У деда моего было семеро детей, и это при высокой детской смертности. Смотрю сейчас на своих детей, они бы, дай Бог, по одному ребенку родили. А то вообще без внуков могу остаться (Интервью Ц.Л.В., 18.07.2013, г. Новосибирск).

Таким образом, анализ демографических показателей корейского сообщества Сибири позволяет сделать следующие выводы. Во-первых, начиная с 1950-х гг. корейцы СССР постепенно трансформируются из сельского сообщества в городское. И в Сибири оно уже представлено преимущественно городскими сообществами, за исключением Алтайского края, где сельское население преобладает над городским. Во-вторых, для корейцев Сибири характерна непропорциональная половозрастная структура, что свидетельствует о присутствии в регионе трудовых мигрантов мужского пола. В-третьих, заметно снижение рождаемости и значительное старение корейского населения. Таким образом, все эти выводы косвенно указывают на высокую миграционную подвижность корейцев главным образом внутри страны. Причем следует заметить, что высокая миграционная мобильность характерна для корейцев на всех этапах их проживания в России.

Уровень образования

В связи с тем, что в большинстве случаев корейцы приезжали в крупные города Сибири для получения высшего образования, одной из наименее неоспоримых характеристик корейцев Сибири является высокий образовательный уровень.

По данным Всероссийской переписи населения 2010 г., процент корейцев, имеющих высшее образование, от общей численности корейцев в России составил 24%. Для сравнения, у русских аналогичный показатель находится на уровне 20%, у евреев, как самой образованной этнической группы России – 60%. Однако в Сибири процент образованных корейцев в среднем выше общероссийского показателя.

Таблица 3. Процент корейцев с высшим образованием по регионам Сибири

	Численность корейцев	Численность корейцев с высшим образованием	Процент корейцев с высшим образованием
Российская Федерация	153 156	37 068	24%
Алтайский край	1214	260	21%
Красноярский край	1029	310	30%
Иркутская область	1342	422	31%
Новосибирская область	3193	909	28%
Омская область	223705	223	31%
Томская область	1207	470	37%

Источник: Итоги Всероссийской переписи населения 2010. Электронный ресурс.

Полевые исследования показали, что большинство (75%) опрошенных корейцев в г. Новосибирск, г. Томск, г. Барнаул, г. Иркутск, г. Красноярск и проч. в возрасте от 18 до 63 лет имеют высшее образование или являются студентами ВУЗов.

Среди специальностей при получении высшего образования преобладают экономика и финансы, медицина, юриспруденция, физика, химия, математика и другие наиболее престижные ВУЗовские специальности. По косвенным материалам воспоминаний респондентов можно сделать вывод о переориентации корейцев на более востребованные специальности.

У нас в семье все были либо педагогами, либо инженерами. Мой отец, я и мой старший брат закончили Педагогические институты. Мой младший брат – инженер строитель. И по инерции дети старшего брата еще учились в Педе, но никто по специальности не работает. Сейчас это не престижно. Не знаю, как другие корейцы, но наши дети выбрали сферу экономики, иностранных языков и медицину (Интервью К.Т.А., 19.06.2013, г. Новосибирск).

Большинство из респондентов получили высшее образование в ВУЗах Сибири. Следует заметить, что изначально переселенцами из Корейского полуострова были преимущественно крестьяне и рабочие. Однако вместе с расширением прав мигрантов у корейцев происходит стремительная переориентация на получение высшего образования. Такое стремление к образованию имеет корни в азиатской культуре под влиянием конфуцианства. Однако реализация данной культурной ценности была возможна лишь при определенной степени интеграции в принимающее общество.

Мой отец вообще был неграмотным. Он самостоятельно учился писать и читать по-русски. Отец мне всегда говорил, что когда я вырасту, все будет по-другому, у всех людей будет высшее образование. Он прогнозировал ситуацию так, что в будущем будет развиваться техника, и даже ассенизатором без высшего образования работать будет невозможно. У него был настрой – дать детям высшее образование. У нас в семье 8 детей, и почти у всех есть высшее образование (Прим. авт. заместитель мэра г. Новосибирск) (Интервью с К.Е.С., 25.03.2013).

Таким образом, нельзя сказать, что произошла подмена традиционных ценностей по отношению к образованию, однако в советском и российском обществе произошла реализация этих ценностей по советскому образцу. Ориентация корейцев на получение высшего образования послужило фундаментом для социальной мобильности корейцев, как группы. Следует еще раз заметить, что первые корейские мигранты преимущественно были заняты в сельском хозяйстве и в сфере неквалифицированного труда. Сегодня же корейское сообщество – это, главным образом, городское население с высоким уровнем образования. В связи с этим корейцы Сибири представлены во властных и административных структурах, в науке, образовании, медицине, бизнесе и прочих сферах городского сообщества. Следует заметить, что респонденты выражали чувство гордости за наиболее успешных соотечественников, напоминая об их достижениях.

Социально-экономический статус

1985 г. в жизни СССР создал реальную возможность и необходимые условия для решения вопросов, связанных со снятием обвинений, выдвигаемых против лиц, подвергшихся репрессиям в период культа личности, осуществления полной их реабилитации [Бугай Н.Ф., 1998, с. 186]. С конца 1980-х гг. в правительстве обсуждаются вопросы реабилитации репрессированных народов, и практику насильственного переселения признали противоправной. В итоге в 1989 г. была принята декларация Верховного Совета СССР «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав». В этом документе упоминалась и депортация корейцев с Дальнего Востока. В последствии правительство СССР приняло еще ряд юридических актов, которыми были отменены восемь нормативных актов, послуживших основой для противоправного насильственного переселения. Следующим шагом в восстановлении прав репрессированных народов было принятие в 1991 г. Закона Верховного Совета РСФСР «О реабилитации репрессированных народов». На базе этих юридических актов реабилитация продолжилась и в законодательстве Российской Федерации.

На базе принятого в 1991 г. Закона Верховного Совета РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» в 1993 г. вступило в силу постановление Верховного Совета Российской Федерации «О реабилитации российских корейцев». Постановлением признавались незаконными все акты, принятые начиная с 1937 г. в отношении российских корейцев, на основе которых они были превентивно переселены в Казахстан и республики Средней Азии, переносили трудности режимного проживания, связанные с нарушением конституционных норм проживания в обществе, с призывами в рабочие колонны и батальоны [Пак Б.Д., Бугай Н.Ф., 2004, с.334]. Закон о реабилитации включал в себя три составные части понятия реабилитации: правовую, территориальную и социально-культурную. Во втором пункте постановления говорится следующее:

«…Признать в соответствии с Законом РСФСР «О реабилитации репрессированных народов», что политическая реабилитация российских корейцев означает их право на свободное национальное развитие, обеспечение им равных с другими народами возможностей в осуществлении своих политических прав и свобод, гарантированных действующим законодательством, и добровольное их возвращение на индивидуальной основе в места прежнего проживания на территории Российской Федерации…» (http://rosagr.natm.ru/dynamic/docs/reabilitacijakoreicev.doc; 19.02.2007). Таким образом, с корейцев России был снят статус репрессированного народа и возвращено право переселения в места компактного проживания. Социально-культурная составляющая реабилитационного процесса подразумевала программы национально-культурного развития этносов. Правительству Российской Федерации поручалось «разработать и представить в установленном порядке до 1 сентября 1993 года комплексную государственную программу национально-культурного возрождения российских корейцев и определить источники ее финансирования» (http://rosagr.natm.ru/dynamic/docs/reabilitacijakoreicev.doc; 19.02.2007). Этот документ явился отражением общероссийской тенденции к реабилитации народов и лиц, пострадавших от сталинских репрессий, и значительно улучшил правовое положение российских корейцев. Реабилитация корейцев стимулировала повышение их социального статуса.

Другим фактором, повлиявшим на повышение социального статуса корейцев Сибири, стал высокий уровень образования. По данным полевых исследований в г. Новосибирске, г. Томске, г. Барнауле, г. Красноярске, г. Омске, г. Иркутске в 2006-2014 гг. основными сферами деятельности корейцев Сибири являются наука и образование (24%), бизнес и предпринимательство (18%), медицина (11%), сфера услуг (11%), финансы (9%), строительство (7%) и проч. Материалы опроса корейцев Сибири показали, что 63% респондентов оценивают уровень своего дохода, как средний, 18% – выше среднего, и 19% – ниже среднего. Переписные данные свидетельствуют о том, что основными источниками дохода у корейцев Сибирского Федерального округа являются трудовая деятельность (42%), иждивение (28%) и пенсия (17%) [Всероссийская перепись населения 2010 г. Электронный ресурс].

Корейцы широко представлены во властной, научной и бизнес элите Сибири.

Среди наших соотечественников есть и выдающиеся управленцы. Заместитель мэра г. Новосибирска – кореец, у нас есть два депутата законодательного собрания… Директор Евсинской птицефабрики раньше был кореец. Бывший главный врач Черепановской районной больницы тоже кореец (Интервью Х.А.Н., 25.06.2013, г. Новосибирск).

В г. Красноярске я познакомился с главой корейской ассоциации П.Д.К., он доктор технических наук. Тогда я впервые посетил празднование корейского Нового года. И узнал, что в г. Красноярске более десятка профессоров корейцев в разных университетах города… Да, я раньше был депутатом законодательного собрания Красноярского края, но поверьте мне, мои избиратели голосовали не за корейца, а за обычного русского сибиряка. В Красноярском крае был заместитель губернатора кореец, сейчас заместитель главы города кореец. Думаю, что в процентном соотношении мы представлены во властных структурах (Интервью К.С.Н., 17.03.2014, г. Красноярск).

В бизнес элите Сибири среди корейцев наиболее заметной фигурой является крупный российский предприниматель и банкир Игорь Ким. По версии журнала Forbes, в 2009 г. и 2011 г. Игорь Ким занимал 93 и 186 место соответственно в списке Богатейших бизнесменов России [Электронный ресурс http://www.forbes.ru/profile/igor-kim]. По мнению сибирских изданий, Игорь Ким стабильно входит в число самых богатых людей г. Новосибирска [Электронный ресурс http://aviacapital.ru/Biznes/319443].

По мнению онлайн энциклопедии-хрестоматии Иркутской области и Байкала, в 2011 г. в список самых известных людей Иркутской области вошли три корейца: Евгений Пак, известный хирург, заслуженный врач РСФСР; Юрий Тен, строитель, депутат Государственной думы РФ, в честь которого названа улица в г. Иркутске; и Сергей Тен, юрист, директор ЗАО «Труд», депутат Государственной думы РФ [Энциклопедия-хрестоматия Иркутской области и Байкала. Электронный ресурс: http://irkipedia.ru/content/izvestnye_lyudi_irkutskoy_oblasti].

До конца 2013 г. депутатом Законодательного собрания Томской области был В.П. Хан, глава ООО «Дорожные технологии» [Законодательная дума Томской области. Электронный ресурс: http://duma.tomsk.ru/page/20788/]. На 2014 г. В.П. Хан является заместителем мэра г. Томска по городскому хозяйству [Официальный портал муниципального образования «Город Томск» Электронный ресурс: http://www.admin.tomsk.ru/pages/admin_zam].

Депутатом районного и Барнаульского городского Совета народных депутатов является ректор Алтайской академии экономики и права Л.В. Тен [Алтайская академия экономики и права. Электронный ресурс: http://www.aael.altai.ru/index.php/99-rektor]. А также председатель Арбитражного суда Алтайского края Огай Виктор Михайлович является выходцем из среды сахалинских корейцев [Арбитражный суд Алтайского края. Электронный ресурс: http://altai-krai.arbitr.ru/about/ourJudges/ogay].

Таким образом, среди корейцев Сибири заметны яркие публичные, общественные деятели. Это свидетельствует об общем сравнительно высоком социальном статусе группы в целом. Примеры корейцев, представленных в законодательных собраниях практически во всех рассматриваемых регионах, иллюстрируют высокий уровень интеграции корейцев в принимающее сибирское общество. Следовательно, можно сделать вывод о том, что адаптационные процессы первых корейских поселенцев с успехом перешли на уровень интеграции в принимающем обществе.

Этническая идентичность

Этническое самосознание, по мнению Ю.В. Бромлея, является наиболее важным этнодифференцирующим признаком [Бромлей, 1983, с. 59]. Конструктивисты же подчеркивают ситуативности и изменчивость данной характеристики в зависимости от социальной реальности и групповых интересов [Тишков, 2003, с. 112]. Согласно этнопсихологическому исследованию В.Ю. Хотинец, «если социальная идентичность реализуется в пространстве взаимоотношений Я с Другим и определяет человека в конкретных социальных категориях, то этническая идентичность начинает свое становление в межгрупповом континууме – в системе отношений Мы и Они и распределяет социальные категории по специфическим этнокультурным значениям» [Хотинец, 2002, с. 63]. Другими словами, этническая идентичность наиболее отчетливо проявляется в межкультурном взаимодействии. Таким образом, наиболее интересно изучение этнической идентичности мигрантов или этнических групп в условиях многонационального общества. К тому же в случае с корейцами России, для которых характерна утрата многих этнодифференцирующих признаков, исследование этнической идентичности может выявить феномен сохранения их культурных особенностей.

Этническая идентичность, то есть осознание своей этнической принадлежности, причисление себя к той или иной этнической группе является одной из составляющих этнического самосознания. Для изучения этнической идентичности в рамках данного исследования был проведен тест Куна-Макпартленда по выявлению структуры самосознания и степени значимости для респондентов ее различных компонентов. Анкетирование проходило в два этапа: первый – в 2006-2007 гг., второй – в 2012-2014 гг. на выборке по 100 человек на каждом этапе. Выборка формировалась методом случайного отбора среди жителей Новосибирской, Томской, Иркутской области, Алтайского и Красноярского края в возрасте от 17 до 60 лет.

Тест Куна-Макпартленда был разработан в 1950-е гг. для изучения самоидентификации личности. Респонденту предлагается 20 раз ответить на вопрос «Кто я?», используя только существительные, в том порядке как ответы приходят в голову. Авторами этой методики было установлено, что ответы разбиваются на 4 класса. Два из них относятся к объективным (обозначим их как К1 и К2), а другие два к субъективным (К3, К4). К классу К1 относятся такие самоопределения индивида, как физический объект (Я – человек, Я – женщина). Класс К2 составляют самоопределения, представляющие индивида как социальный объект (Я – член общества, Я – студент). К классу субъективных определений К3 относятся те, которые связаны с социально-релевантными характеристиками поведения (Я – оптимист, Я – любитель музыки). И наконец, класс К4 образуют те самоопределения, которые в той или иной мере иррелевантны по отношению к социальному поведению. Идентификатор этнического самоопределения относится ко второму классу. Использование данного метода в работе, посвященной корейцам Сибири, позволило оценить иерархию их идентичности.

Результаты первого этапа тестирования в 2006-2007 гг. показали, что при выполнении теста Куна у 57% опрошенных среди 20 существительных присутствовал этноним (кореец или кореянка). 25% опрошенных расположили этот ответ в числе первых 3 пунктов. Остальные 32% респондентов, у которых присутствовал этноним в числе 20 ответов на вопрос «Кто я?», расположили ответ «кореец/кореянка» в числе последующих пунктов. Аналогичный опрос 2012-2013 гг. продемонстрировал увеличение данных показателей. У 77% опрошенных в структуре самоидентификации присутствовала этническая составляющая. 33% респондентов расположили этноним в числе первых трех пунктов, остальные 44% – в числе последующих. Таким образом, это свидетельствует об актуализации этнической идентичности у российских корейцев в период с 2006 по 2014 гг.

Разброс того, под каким порядковым номером респонденты располагали этноним, позволяет выявить некую иерархию национальной идентификации. У некоторых респондентов совсем отсутствовал этноним в структуре самоидентификации, другие респонденты расположили его в числе первых трех ответов, а остальные – в числе последующих характеристик. Половозрастные различия, а также различия места рождения настолько незначительны, что можно говорить о гомогенности группы в данном аспекте.

Средний ранговый номер этнических самооценок сибирских корейцев в 2007 г. был равен 3,4, а в 2014 г. 4,4. Низкий ранговый номер (ближе к 1) свидетельствует о значимости этнической принадлежности для членов группы, о напряженной работе механизмов социально-психологической защиты группы от разрушения [Лебедева, 1999, с. 187]. Ранговый номер этнических самооценок от 3 до 4 в целом по группе наряду с другими показателями, согласно Н.М. Лебедевой, характеризуют модель «здоровой» этнокультурной группы. Эта модель складывается в ситуации устойчивости этнокультурной группы, когда межэтнические отношения строятся по типу интеграции.

По мнению Л.М. Дробижевой, если в обществе социальное и этническое деление не совпадают, если нет соперничающих социальных групп, различающихся по национальному признаку и нет конфликтов, то принадлежность к этнической общности становится для личности если не формальным, то, во всяком случае, несравнимо менее существенным признаком, чем принадлежность к социальной, политической группе, коллективу. В обычных условиях, а точнее без «внешнего давления» для национальной идентификации большее значение приобретают те культурные различия, которые осознаются в процессе межэтнических сопоставлений [Дробижева, 1985, с. 6].

Следует заметить, что 36% опрошенных корейцев Сибири происходят из смешанных семей. Однако, несмотря на этот факт, подавляющее большинство из них причисляют себя к корейцам. Как правило, степень актуализации этнической идентичности у выходцев из смешанных семей ниже. На этом фоне устойчивость этнической идентичности у корейцев Сибири при отсутствии конфликтной среды может быть связано с фенотипичными различиями, а также повышением статуса Республики Корея.

Для корейцев Сибири характерна не только высокая адаптация к культурным ценностям принимающего общества, но и значительное взаимопроникновение культурных элементов. Развитие корейского сообщества Сибири происходит по типу интеграции, для которой характерно сохранение этнической идентичности одновременно с частичным усвоением культурных ценностей других этнических групп.